Клятва

      День не то, чтобы не задался.       Вполне задался день, но, сволочь, вышел настолько длинным и насыщенным, что хотелось только одного: добраться до дома и рухнуть на ближайший диван.       Джош задержался перед дверью, мысленно ругаясь на количество замков и ключей к ним. Так. Теперь ещё снять с сигнализации... чтобы парни в бронежилетах не подумали, будто кто-то вломился в грёбаный дом мать его Уэббера...       На звук открываемой двери уже выбежала Сорока, короткошёрстная чёрно-белая кошка. Распахнула маленький розовый зев в неслышном тонком мяве. Джош вздохнул.       — Ну ладно, ладно... идём жрать...       Наполнив кошачью мисочку кормом (запах тунца как обычно показался ему куда более аппетитным, чем в "человеческих" консервах) Джош задержался на корточках, наблюдая, как Сорока уписывает за обе щёки.       — Скучно тебе здесь, да? Никого нет, не с кем поиграть... — Джош погладил кошку по спинке, медленно поднялся, открыл холодильник. — А вот мне есть с кем... мне есть... — Джош достал ещё вчера доставленный, но до сих пор непочатый карри, открыл его, понюхал, поставил в микроволновку. От густого запаха пряностей одновременно текли слюнки и хотелось блевать. «Это всё усталость...»       Карри он съел тут же, стоя — решил попробовать, хорошо ли подогрелся, и вдруг поймал себя на том, что уже вылизывает картонку. Вспомнилось начало 90-х. Кто-то из ребят (кажется, Рой?) добавил вот в такой же карри грибов-псилоцибов. Весёлые шуточки были у Роя. Карри с псилоцибами, кола с ЛСД...       — Придурки, — покачал головой Джош, имея в виду их тогда, весь Mary Of Iron полным составом. Полным тем составом. Где сейчас Рой?.. В очередной клинике?       Он снова открыл холодильник, достал банку пива и медленно направился в гостиную. Диван. Добраться до дивана. Диван — мечта. Практически как какой-нибудь папаша среднего класса: после работы с пивом на диван. Но никаких телевизоров...       — Какого чёрта?.. — Плоский экран был включен. Рой Шиммер улыбнулся ему и отошёл в сторону. Его место занял Стэн, беззвучно шевелящий губами. Потом — кадр с самим Джошем, с Заком, и снова — Стэн, теперь показывает жестом: вверх, вверх!       — Звук тебе, что ли, увеличить? — ухмыльнулся Джош. Странно, он не помнил этого клипа. Тогда, конечно, многое было как в тумане... судя по тому, что Рой ещё в группе, год 1992. Или 1993?       Вверх, вверх! — опять показал Стэн и тряхнул пушистыми волосами. Такая у него была причёска: "недодреды".       Джош, сделав ещё глоток, наконец опустился на диван, нашарил пульт, нажал на кнопочку "vol+".       — Урод! — радостно сказал ему Стэн. — Какого ёбаного чёрта ты задумал?!       — Ч-чего? — «Ну всё, с телевизором разговариваю...» Сорока, вбежав в комнату, запрыгнула на диван и, устроившись рядом, с интересом следила за экраном.       — Я про новый альбом! Ты думаешь, мы не знаем?..       — Кто «мы»?       — Я и Рой...       — Он что... умер?       — Он там же, где и я... так что думаю....       Темноволосая голова Роя показалась в кадре:       — Всё ништяк, чувак! Спасибо, что навещал меня пять лет назад в Канзасе... — Рой ещё успел показать поднятый большой палец, как Стэн его снова отпихнул:       — Милый Джоооошииии! Такой заботливый... видится с друзьями раз в десять лет...       Джош приложил ещё холодную банку ко лбу.       — Чего вам надо? — тихо спросил он.       — Фу, какой ты стал старый дядька... пообщаться! Вспомнить былое! Выпороть тебя за нарушение клятв!       — Каких клятв? — Усталость накатывала океаническим приливом. Зависит ли усталость от Луны?...       — Рой, он не помнит клятв! — хихикнул Стэн. — А как же «Mary Of Iron только полным составом»? Всегда? Везде? Во всём?       Джош застонал.       — И мы сейчас...       — Идите на хуй! — громко сказал Джош и выключил телевизор. Даже странно, что это так просто получилось. Он ожидал чего-то более... стивенкинговского. Джош посидел с закрытыми глазами. Допил пиво, поставил банку на пол и вытянулся тут же, на диване, с урчащей Сорокой под боком.       Он проснулся ночью. Телевизор снова был включен (во сне нажал на пульт?), и Стэн смотрел на него своими печальными бронзовыми глазами. На этот раз молча.       — Я помню эту клятву, — прошептал Джош. — Но я всегда считал, что она нарушена, после того, как ты сказал «Не называйте ребят из Mary Of Iron моими друзьями». Это было больно, Стэн. Возможно, нам вообще не надо было давать эту клятву. Возможно, ни одна клятва не стоит того, чтобы... — Джош мотнул головой, — ...чтобы уносить её с собой в могилу. И продолжать следовать ей после смерти. Ты был моим другом. Ты всегда останешься им. Ты и Рой. Но... мы живые. Вы — нет.       Экран погас сам собой.       В эту ночь ничего странного больше не происходило.       Много позже Джош рассказал эту историю Заку Диксону. Потому что понял бы только Зак.       — Когда это было? — спросил барабанщик.       — Не помню точно, в начале мая две тысячи седьмого, кажется...       — Ну так они тебя наебали, — уверенно сказал Зак.       — Почему?       — Рой Шиммер умер всего два года назад. В две тыщи одиннадцатом.       Джош помолчал, переваривая информацию.       — Ты хочешь сказать, что они... что он блефовал?       — Кто он?       — Стэн.       — Я хочу сказать, что в девяностом мы нажрались этого карри с грибами и ты разговаривал с Джими Хендриксом.       — То есть, ты считаешь...       — Пить надо меньше. — Зак ласково потрепал Джоша по плечу и приложился к бутылке негазированной воды.