Вечная зима

      Следующие сутки дались тяжело для обоих парней. Март не отходил от мужчины, что метался по кровати в бреду. Он больше ничем ему не сможет помочь. Теперь все зависело от самого Арса, а точнее от его организма.       Арс побледнел, лицо осунулось, светлые серые глаза смотрели безжизненно, будто сквозь предметы. Мужчина не чувствовал боли из-за таблеток, что Март почти каждую минуту в него впихивал. Он то проваливался в беспамятство, то не мог уснуть, тревожа этим спасшего его парня.       Сам Март выглядел не лучше. Слишком близко к сердцу парень принял состояние Арса. Иногда мужчине казалось, что Март всего лишь ему приснился, и что все то, что сейчас происходило, всего лишь его воображение. Иногда в такие моменты Арс бормотал что-то неразборчивое, касался Марта, брал его за руку, легкими движениями дотрагивался до его лица, боясь, что тот растворится. В такие моменты парень чувствовал себя до невозможности неловко, чувствуя обжигающе горячие прикосновения к коже. Тогда он понимал, что у мужчины снова жар и нужно что-то с этим делать.       Арсу стало лучше на вторые сутки, что он находился в бункере. Просто открыл глаза и понял, что ему намного лучше: перед глазами не плыло, жара не было, и он мог двигаться. Март, спящий в это время возле кровати мужчины, испуганно подорвался и начал метаться по комнате. — У тебя снова жар? Сейчас, потерпи немного. Сейчас — сейчас, — Март подлетел к столу, лихорадочно что-то ища. — Все хорошо. Я чувствую себя нормально, успокойся, — проговорил Арс, садясь на кровати. — Долго я провалялся? — Двое суток, — ответил Март, падая в рядом стоящее кресло. — Черт! — Что такое? — Слишком долго. Мне нельзя оставаться на одном месте долго, — Арс попытался встать, но того повело немного в сторону. И если бы Март не оказался в миг рядом, то непременно завалился бы на пол. — Давай сейчас ты останешься здесь пока что? Ты трое суток ничего не ел, да и кто знает, сколько до этого. Организм не сможет восстановиться быстро, — проговорил Март, усаживая мужчину на прежнее место. — Почему ты мне помогаешь?       Вопрос Марта застал врасплох. Он, на самом деле, и сам не понимал, почему так спокойно впустил незнакомого человека. В нынешнее время доверять можно только самому себе, потому что окружающие тебя люди думают только о своем благополучии. Никого не колышат твои проблемы. Именно поэтому Арс удивился стремлению паренька помочь ему. И только сейчас он задумался, где вообще находится. — А где мы вообще? — Так, давай поступим так. Сейчас ты сходишь в душ и переоденешься. Я приготовлю нам поесть, а после, сытые, мы поговорим. Идет? — Как тебя зовут хоть, чудо? — усмехнулся Арс, подмигивая. — Я Март, — немного смутившись от обращения в свою сторону, ответил парень. — Март? Я Арсений, но называй меня просто Арс. — Отлично, — парень хлопнул себя ладонями по коленям и встал. — Пойдем в душ. Тебе помочь встать? — Да, было бы неплохо.       От помощи в омовение своего тела мужчина отказался, сославшись на то, что он уже не при смерти и ему неловко, что с ним носятся как писаной торбой. Но в этом весь Март. Он всю жизнь был таким, окружая заботой всех своих близких даже если они того не просят.       Когда все процедуры были завершены, Март дал Арсению свои штаны и футболку. Так как мужчина был в два раза крупнее, то вещи просто почти трещали на нем. Но Арс не жаловался, главное, что в тепле, а все остальное не важно.       Теперь его волновал вопрос, где он находится. Странное место. Нет, он, конечно, понимал, что находится в каком-то бункере. Но его удивляло, что здесь больше нет людей. Во всех бункерах, что он побывал, было большое количество людей. Да так много, что люди чуть ли не лежали друг на друге.       Вспомнив последний свой бункер, Арс поморщился. Это было ужасное место, куда он попал чисто случайно. Наткнулся на давнего знакомого, а тот позвал его в то место, где он жил. Оказалось, что это был какой-то притон. Женщин осталось в мире очень мало. Теперь ты не сможешь встретить женщину просто на улице. Они оберегались, как зеница ока. По непонятным причинам радиация действовала на женщин не так, как на мужчин. Если мужчины умирали медленно и мучительно, то женщины умирали быстро. Никто не знал причин такой аномалии, также они не могли мутировать, что тоже было довольно странно. — Арсений, над чем задумался? — задал вопрос Март, смотря как мужчина, сидя за столом, смотрит в одну точку на стене.       От вопроса мужчина вздрогнул и повернул голову на голос. Его так затянули мысли о прошлом, что он сначала не до конца понял, что обратились к нему. Вся эта ситуация напрягала Арса до чертиков, он сидел в напряжении, как вышел из душа. Он не мог понять, что этот Март за человек. Зачем притворяться, что ему есть дело до его здоровья? И зачем ему знать, что у него за мысли? — Ни над чем, — резко и довольно грубо отрезал мужчина, искоса посмотрев на Марта. — Как хочешь, — пожал плечами парень, несколько обидевшись такой интонации. Он все же спас ему жизнь и не заслужил такого обращения.       Март закончил колдовать над плитой и поставил на стол две тарелки с едой. Выбирать особо не из чего было, поэтому на столе стояли макароны с тушенкой и консервированные соленые огурцы. У Арса предательски заурчал живот, но он не обратил на это внимания. Он тупо пялился на еще горячую еду и не мог взять в руку столовый прибор. — Арсений, что-то не так? Ты такое не ешь? — Марта очень взволновало молчание мужчины, даже можно сказать, не взволновало, а напугало.       Только сейчас Март стал понимать, что впустил в свою обитель совершенно незнакомого мужчину. Тот мог легко сейчас его вырубить и выкинуть на улицу умирать, но что-то внутри парня подсказывало ему, что Арсений так не сможет сделать. Но неопределенность какая-то витала в воздухе, как и напряжение. — Арсений, я понимаю, что тебе неловко от моей заботы. Но я хочу пояснить кое-что. Я здесь с самого начала войны. — В каком смысле? — настороженно спросил Арс, чувствуя в этих словах недосказанность. — Я… м, ну, во время бомбежки я уже был здесь. — То есть ты здесь больше трех лет сидишь? — Да.       Теперь Арсений понял, что к чему. Март просто не знает жизни за пределами бункера. Не знает о том, что творится за стальными стенами. Не знает, что люди убивают друг друга за банку консервов! Поэтому он так легко помог Арсу, рискуя своей жизнью. — Но ты помог мне. Почему? Я хотел сказать, что ты спас меня, рискуя своей жизнью. Зачем? — Это странный вопрос, Арсений. Мы же люди и должны помогать друг другу в сложных ситуациях, — удивился Март такому вопросу. — Да-а? — протянул медленно мужчина, а после рассмеялся. — Ты серьезно это сейчас? Помогать? Хочешь, я тебе кое-что расскажу? — Да, — настороженно произнес парень, даже не взяв в руку ложку — ему кусок в горло не лез. — Хорошо. Год назад мы с ребятами отправились на ревизию супермаркета, который находился далеко от нашего убежища. Один мой товарищ, неудачно споткнувшись, уронил на себя огромный стеллаж. Что ты, думаешь, произошло? О-о-о, ты себе представить не можешь. К несчастью, недалеко проходил «ушлый». Мы все спрятались, кто где мог. Мы смотрели, как «ушлый» жрет нашего товарища и ничего не могли сделать. Нам всем хотелось жить, поэтому мы сидели тихо. Как бы мы им не дорожили, своя жизнь дороже чей-то. Знаешь, у него осталась жена и дочь. Они смогли выжить во время взрыва, но не смогли выжить без родного человека, — закончил Арс свою проникновенную речь, громко ударив кулаком по столу и, поднявшись, вышел из импровизированной кухни.       Март сидел, не шевелясь, и смотрел в одну точку на стене, слыша все будто через какой-то вакуум. Он не чувствовал, что по щекам бегут слезы от несправедливости всего происходящего. Он чувствовал свою вину. Он ненавидел себя, лютой ненавистью. Он мог все исправить, мог. Но у него не хватило смелости. Он мог повлиять на это все, но не смог. Слишком боялся ответственности. Трус. Он не заслуживал жить.