Цветок зла

Всю жизнь я убегал от реальности, прячась от неё в кислотных трипах и дыму марихуаны. Теперь же реальность беспощадно бьёт меня ― в голову, в сердце, в печень. Я болен. Смертельно болен. Раньше я проживал каждый день как последний, а теперь вдруг ясно почувствовал, что умирать я боюсь и не хочу. Да, в книжках так и бывает: на пороге смерти человек окидывает взглядом свой жизненный путь. Как скучно и затёрто. Я терпеть не мог книги, в которых описывалась реальная жизнь, но в итоге они оказались правы, а весь мой волшебный мир, населённый чудными существами, рухнул, как карточный домик. Если бы только пару лет назад мне сообщили, что мне осталось не больше года ― я непременно пустился бы во все тяжкие. Нюхал, курил, колол и прочими доступными способами употреблял бы наркоту раз в десять больше, громил витрины, творил всяческий беспредел… Но вот старуха с косой уже не в каких-то дальних краях, а прямо за моей спиной — а я чувствую, что, стараясь брать от жизни всё, упустил нечто очень важное. Что — и сам не пойму. Я даже не знаю, есть ли на свете дрянь, которую я ещё не пробовал, ― во всяком случае, из всего того, что можно достать в Англии. Peace & Love ― декларировала наша идеология. Только вот был ли у меня мир ― хотя бы с самим собой? И любил ли я хоть когда-нибудь хоть кого-нибудь, ― не трахался, а привязывался всей душой? Я всегда стремился быть не таким, как все. Быть лучше всех. Но многим ли я отличаюсь от других? Музыканты есть гораздо талантливее и успешнее меня, ― а некоторым из них даже посчастливилось умереть во цвете лет и остаться в памяти фанатов молодыми и красивыми, а не старыми развалинами. Хиппи из меня, как видно, и вовсе не вышло ― одна мишура, да и только. И даже наркоман я не первоклассный ― я встречал экземпляров, которые чуть ли не завтракали, обедали и ужинали наркотиками всех сортов, и при этом чувствовали себя прекрасно. Только вот давно о них ничего не слышно… Четыре буквы, звучащие как проклятие. Четыре буквы, повергающие в шок и недоумение даже маститых учёных. Четыре буквы, о которых ещё какое-то десятилетие назад даже не было слышно. И всё-таки, чёрт возьми, даже в этом я не первый и далеко не последний. Нелепо о таком думать? Да, нелепо, но это было бы хоть что-то. Легко, наверное, живётся верующим ― они убеждены, что сценарий их жизни уже написан богами, и плывут по течению, не задумываясь о будущем. Они точно знают, что после смерти их ждёт райское блаженство. Ну, или адские муки ― зависит от их собственного поведения и от капризов их богов. Впрочем, каждый человек во что-то верит ― я вот верил в Свободу в самом высшем её проявлении. И вот мой идол попран, а святилище разлетелось на мелкие кусочки. Случилось ли это бы со мной, если бы я жил как все? Прилично. Нормально. Устроился бы на приличную (опять это слово!) работу, ходил бы в деловом костюме, не пил, не употреблял ничего, женился, завёл детей, ходил бы по воскресеньям в церковь… что там ещё полагается? Нет, пожалуй, и правильная жизнь могла бы в одночасье оказаться бессмысленной. Если кто-то и пишет сценарии наших судеб, то у него определённо неплохое чувство юмора. Хотя не слишком ли это утомительно — придумывать сценарий для каждого из многих миллионов человеческих существ? Пожалуй, гораздо забавней просто выбросить их в этот безумный мир и с интересом наблюдать, как они барахтаются в водовороте жизни. Смешанные чувства возникают от того, что твои жизненные рамки оказываются резко ограниченными. С одной стороны — ступор и замешательство, с другой — какое-то удивительное облегчение. У тебя осталось мало времени — и при этом тебе некуда спешить. Кто-то говорит, что нет ничего страшнее неопределённости — и вот пожалуйста, самая чёткая и беспощадная определённость. Сочувственные взгляды, с трудом подбираемые фразы, качание головой… ай, к чёрту. Может быть, я даже рад, что всё вышло именно так. Наверное, я должен провести остаток жизни с пользой. Ну там, написать книгу о своём поколении, издать прощальный альбом, пожертвовать все мои скромные сбережения на благотворительность… Или… почему я должен? Не лучше ли обхитрить этого бессовестного вселенского сценариста, взять хоть раз на себя ответственность? Может, хотя бы так удастся ощутить власть над своей судьбой? Или я снова поддамся собственной слабости и останусь в дураках?.. В любом случае время у меня ещё есть, и я пока могу подумать над тем, как им лучше распорядиться. Когда я наконец откину коньки, посадите на моей могиле цветы. Я ведь всё-таки их дитя. Боюсь только, некому будет её посещать: мои друзья умрут раньше, чем она зарастёт сорняками.