Академия строгих правил

— Рэн, все не так! — Совергон неуверенно сделал шаг в сторону Дани, на что получил недовольный взгляд. — Разумеется! Ещё чего скажешь?! Глухой? Проваливай! Видеть тебя не хочу, — прорычал голубоглазый, захлопнув перед кровоточащим носом дверь. Оба парня прислонились спинами к двери и медленно сползли на пол. Совергон схватился руками за голову и тихо выругался. Рэнделл же изо всех сил ударил по стене, сжимая зубы от боли. От боли в руке, распространяющейся до самого плеча и от боли в сердце. Той самой, невыносимой боли в сердце, которой раньше парень не испытывал: боли предательства. Перед глазами Дани стояла лишь фотография Совергона, целующего Андрея. Чувства буквально разрывали Рэнделла изнутри, заставляя того сжимать кулаки от невыносимой боли. — Я не уйду, пока ты не дашь мне все объяснить, — уверенно сказал Совергон, постучав по двери еще пару раз. Рэнделл поднялся на ноги и открыл дверь, ведь что-то внутри безумно хотело этого. Как только дверь открылась, Миша в ту же секунду впал в комнату, ударяясь головой об пол. Даня моментально наклонился, желая проверить все ли нормально, но тут же отстранился, вспомнив о ссоре. — Твою мать, — прошипел Совергон, надавив на ушибленный затылок, но, вспомнив о том, что должен все объяснить, поднялся на ноги, — Рэн, я безумно тебе благодарен. За всё, что ты ради меня делаешь. Я все это замечаю и представляю, насколько тяжело тебе это даётся. Тогда... — темноволосый слегка замялся, — На кону стояли наши с Андреем жизни, поэтому, другого выхода у меня не было. Я очень сожалею о том, что сделал, но знаю, что не мог иначе, — Совергон выдохнул, заметив лёгкую улыбку на лице Дани, — Я люблю только тебя, — закончил Миша. — Что? Я не расслышал? — улыбнулся голубоглазый, подходя ближе к парню. — Повторять это я не буду, — Совергон обнял парня, прижимаясь к такому родному, тёплому телу. — Я тоже люблю тебя, — Рэнделл провел ладонью по щеке парня и вовлёк того в поцелуй.

***

Еще несколько месяцев прошло, перед тем как Ярик смог достичь 10 ранга. Парень усердно учился и занимался спортом, стараясь агитировать и других учеников академии. Как и планировал Малинов, ученики ставили Косухина в пример и старались делать всё, как он. Количество драк и издёвок пошло на убывание, а это уже о многом говорило. Спустя несколько лет, ребята выпустились. Косухин не забыл о своём задании и вернулся в газету, игнорируя подачки академии. Вскоре после выпуска, в газете «Скандалы культурной столицы» вышла новая статья с подписанными внизу именем Ярослава Косухина. В этой статье говорилось: « Недавно мне выдалось посетить академию, спонсируемую правительством. Как уже многим известно, учеников там подразделяют на ранги, которые можно поднять путём соблюдения ряда правил и хорошей успеваемости. Но многие выпускники Академии строгих правил все же умалчивают один нюанс: сугубо строгая иерархия строится на насилии. Просто невыносимо смотреть на то, как люди бьют, унижают и даже убивают таких же людей лишь потому, что могут. В стенах академии даже убийство не наказывается, что уж говорить об избиениях и обычном унижении. Но, помимо жестокости, насилия и негатива, я нашёл в академии новых друзей, а самое важное — любовь. Я тысячи раз слышал о том, что отношения проверяются проблемами, но только в академии понял, что это значит. Единственное, что может спасти Академию строгих правил — любовь. Ведь если ты нашёл человека, которого можешь полюбить, ты будешь защищать его всеми силами и не позволишь никому обидеть любимого человека. Думаю, это решило бы проблему с насилием раз и навсегда. К сожалению, повлиять на всех я не могу, но я знаю точно, что рано или поздно, каждый встретит человека, ради которого он будет готов даже Академию строгих правил окончить. Ярослав Косухин, газетчик-стажёр» Может, Яр и прав, ведь если ты встречаешь человека, которого хочешь защитить, тебе уже нет дела до остальных: до их мнения, слов и поступков. Самое главное — чтобы человек, которого ты любишь был рядом с тобой, и больше ничего не нужно. Спустя время Ярик и Андрей стали жить вместе. Косухин продолжал свою карьеру газетчика, в которой неплохо продвигался. Андрей, хоть и мог получить любую работу, по просьбе Косухина, остался дома, создавая уют. Яр наконец получил то, чего так сильно хотел. Не статью в известной газете, не славу и популярность, а дом, в который хочется возвращаться. Рэнделл занял высокую должность, наряду с Мишей. Их отношения продолжали своё существование, но всё было в их традициях. На работе парни вечно соревновались, а дома их ждала семейная идиллия. Если бы кому-то из их друзей сказали об этом, человека, который сказал уже бы обсмеяли. «Ведь не могут такие разные ПАРНИ жить вместе, да еще и называться семьёй» — думали все друзья, в то время как, вопреки стереотипам и мнениям, Рэнделл и Миша жили душа в душу. Ведь, не важно что о них думают друзья и общественность, им хорошо вместе, а значит, так и должно быть. Что же касается Руслана и Данилы, эти двое уже давно закончили академию и заняли достаточно высокие должности. Ребята редко виделись, но однажды... Очередная бурная ночь, после нескольких месяцев отсутствия какого-либо контакта. Когда все закончилось, резкая боль появилась в сердце Данилы. Парень понял, что больше не может держать в себе свои чувства, не может больше подавлять их. Тушенцов устало начал закрывать глаза, но его сон, как рукой сняло, когда Данила нежно поцеловал его в губы. Раньше, подобные поцелуи выражали лишь страсть и желание, но только не сейчас. Сейчас Данила был спокоен и, казалось, он боялся спугнуть парня неосторожным движением, поэтому попросту замер. — Я люблю тебя, — разорвав поцелуй, выдохнул Кашин, ожидая реакции Тушенцова. Эти слова эхом отдавались в голове Руслана. Парень прокручивал их вновь и вновь, стараясь поверить в них. Тысячи вариантов одновременно посещали голову Тушенцова, но парень уверенно отбросил их в сторону, приняв слова Кашина за чистую монету. — Я тоже люблю тебя, — улыбнулся Руслан. Кашин поцеловал парня в нос и крепко обнял, прижимая к себе. Данила понимал, что больше не нужно беспокоиться о том, что он не сможет защитить возлюбленного, но все равно боялся за его жизнь. Любая опасность, которой Руслан себя подвергал, выводила Кашина из себя. Ребята стали видеться чаще, а через несколько лет, так же съехались, пытаясь ужиться вместе. Несмотря на скандал, развернувшийся вокруг политики Академии строгих правил, учеников не убавилось, поэтому академия продолжает работу. Насилие в этой академии будет всегда, пока там будут люди. От этого никуда не деться. Может, когда-нибудь, через много-много лет, люди поймут, что подобными действиями они ничего не добьются, но это только догадка.