Зорко одно лишь сердце

      — Карла останется здесь до конца лета.       — Да, конечно, дорогая, иди сюда, — захлопотала Молли Уизли. — Ты голодна, будешь ужинать?       — Нет, спасибо, только чаю.       — Альбус, я хочу проводить Гарри до министерства, — порывисто поднялся Сириус из кресла.       — Нет, Сириус. Сейчас не лучшее время для риска. Ты должен быть тут. Выходить тебе отсюда пока нельзя.       Сириус сжал зубы, засунул руки в карманы и отвернулся к камину.       — Сколько можно, — пробормотал он себе под нос. — Сижу тут как на цепи. Надоело.       — Сириус, — мягко отозвался Дамблдор. — Я понимаю, что тебе нелегко тут в четырех стенах. Но сейчас Гарри очень нуждается в тебе. Кроме тебя, у него нет больше любящих родственников. Он очень дорожит тобой. Подумай, каково будет ему, если с тобой что-нибудь случится. Я прошу тебя, наберись терпения.       Сириус не ответил, а только тяжело вздохнул.       — Альбус, иди ужинать, — позвала миссис Уизли.       — Да, конечно, Молли, уже спешу. Ты всегда так восхитительно готовишь!       Миссис Уизли смущенно покраснела и загремела посудой.       Карла за столом пила чай, безучастно глядя в никуда. Дамблдор сел напротив нее и приступил к ужину, радостно восхваляя таланты миссис Уизли, отчего та, заалев, словно маков цвет, смутилась еще больше.       — Артур, отнеси чемодан Карлы в комнату девочек.       — Нет, — резко прервала Карла миссис Уизли.       — Что, дорогая? — Молли повернулась к ней.       — Мне нужна комната, где я буду жить одна.       — Но эта комната уже обжита. Остальные еще не разбирали, и там полно грязи…       — О, миссис Уизли, поверьте, не стоит беспокоиться по этому поводу, — Карла улыбнулась милой улыбкой. — Я сама приберусь в комнате, не волнуйтесь.       — Но тогда… Сириус, куда мы можем ее поселить? — словно ища поддержки, Молли беспомощно посмотрела на него.       — Комната моего брата вас устоит, мисс? — иронично осведомился Сириус у Карлы. — Вы же у нас слизеринка и лучшая ученица профессора Нюниуса, я думаю, вам там понравится.       На губах у девушки заиграла лукавая улыбка. Она приняла вызов.       — А почему бы вам, мистер Блэк, не уступить мне комнату вашей матери — милейшая была женщина, судя по ее портрету. Вот уж где бы мне действительно было комфортно, — присела она в реверансе.       — Я бы с удовольствием, мисс Найт, но боюсь, что вы с Клювокрылом не уживетесь в одной комнате, — в ответ галантно поклонился Сириус.       — О, как я понимаю ваше волнение за питомца, мистер Блэк. Еще, не приведи Мерлин, отравится, подышав со мной одним воздухом…       Остальные, улыбаясь, молча следили за этой перепалкой. Внезапно Сириус отрывисто рассмеялся:       — А ты не промах, девочка. Пойдем, я провожу тебя до комнаты Регулуса.       — Нет, благодарю вас. Я думаю, мистер Уизли прекрасно справится сам, у меня ведь всего один чемодан, а не пять, — выходя из комнаты, она повернулась и подмигнула Сириусу. — Я вижу, скучать в вашем обществе мне не придется, мистер Блэк…       Утром Карлу разбудили радостные вопли близнецов. Они ворвались в ее комнату и уселись на кровать.       — Ну, наконец-то!       — Когда ты приехала?       — Где была этим летом?       — Ну, теперь мы заживем!       — Ага, весь дом на уши поднимем!       Карла, приподнявшись на локте, снисходительно смотрела на их счастливые лица.       — Вы два наглеца! Врываетесь с утра пораньше в спальню к девушке… А я, между прочим, легла только под утро.       — Карла, мы должны тебе все рассказать!       — И ты тоже должна нам все рассказать!       — Знаете что, — зевнула она и легла обратно, закутавшись в одеяло. — Пошли отсюда вон. Сейчас я дико хочу спать. А если мне не дают спать, когда я хочу, я становлюсь жуткой злюкой. Прокляну, как пить дать, — пробормотала девушка. — Высплюсь, обязательно поговорим.       — Фред, Джордж! Это что еще такое?! Бесстыдники! — завопила миссис Уизли, появившись в дверях комнаты.       — Упс, — близнецы с громким хлопком исчезли.       — Отдыхай, дорогая, — улыбнулась Молли и закрыла дверь. Карла прислушалась к топоту ее шагов, а потом воплям, когда миссис Уизли начала распекать своих непутевых сыновей. Девушка хихикнула, устроилась поудобнее и снова уснула. Больше ей никто не мешал…       Проснувшись и пообедав, Карла вернулась в комнату, чтобы навести там порядок и сделать ее пригодной для жилья. Фред и Джордж увязались за ней. Им не терпелось поделиться с подругой новостями, и в свою очередь, узнать все о ней, а если получится — то и о работе Ордена. Парни уселись на ее кровать и, привычно дополняя и перебивая друг друга, рассказали девушке о том, что Гарри в конце года отдал им деньги на магазин, что магазин они еще не приобрели, а занимаются рассылкой товара по почте.       — Забастовочные завтраки? Хм, хорошая идея. Надо будет попробовать на моих однокурсниках, — ухмыльнулась Карла.       Она сейчас разбирала шкаф с вещами.       — Представляю реакцию Снейпа, когда на его уроке сляжет половина слизеринцев.       — Половина? А почему не все?       — Потому что вторая половина в это время будет атаковать его с признаниями в любви, я напою их любовным зельем. Он же так любит своих студентов. Это несправедливо, пусть они ответят ему взаимностью, — хихикнула девушка.       — А представляете, можно было бы сварить сыворотку правды, и всех ею напоить! — воскликнул Джордж. — Узнаем много нового.       — Точно, Ворона, ты у нас спец по зельям, сделаешь? — подхватил Фред.       Карла осуждающе покачала головой:       — Вы хоть знаете его состав? Во-первых, ингредиентов для него нет. Вернее есть, но я думаю, они под строгим надзором Снейпа. Во-вторых, на опушке леса, как я варила в прошлом году, его не сваришь, а в класс Снейп меня пустит вряд ли.       — Кстати, расскажи-ка, что ты делала со Снейпом?       — Мы видели, что ты приходила с ним на собрание Ордена.       — Как вы вместе оказались?       Девушка состроила недовольную гримасу:       — Вы не представляете, как он мне надоел за это лето! Это просто кошмар какой-то, врагу не пожелаешь такого отдыха.       — Рассказывай, давай!       Карла выкинула последнюю вещь из шкафа, захлопнула его дверцы, и села за стол с намерением разобрать бумаги и книги.       — В-общем, Дамблдор хотел на лето, чтобы я была под присмотром кого-либо из учителей и могла продолжать заниматься. Вы же знаете, что чем быстрее я отучусь, тем лучше будет для всех. Ну и естественно, Снейп. Я вот одного не пойму, Дамблдор к нему особую слабость питает что ли? Чего ни коснись, без Снейпа ничего не обходится. Причем директор так его уважает. Ну, в общем, стоило только Снейпу заикнуться о том, что он присмотрит за мной, так Дамблдор меня ему на воспитание и отдал. Знаю, Снейп это специально сделал, чтобы отомстить мне за все те проделки в школе, — зло сказала девушка, смяв листок бумаги и зашвырнув его в мешок с мусором.       — Он сильно тебя мучил? — сочувственно спросили близнецы.       — Говорю же, худших каникул в моей жизни не было. Сначала ему приспичило учить меня хорошим манерам, как и подобает истинной аристократке и слизеринке. Говорил, чтобы я больше не смела его позорить. Как будто бы он из-за меня со стыда краснеет. Что-то я ни разу не видела его красным, — хихикнула Карла. — Потом всякие уроки и прочее, прочее. И еще, естественно я была у него вместо повара и уборщицы, — лицо девушки исказила ненависть. — Честное слово, в приюте и то было лучше.       — Да уж, не повезло.       — А что он делает для Ордена?       — Понятия не имею. Меня наш многоуважаемый профессор не посвящал в свои дела. Так что ни о его делах, ни о делах Ордена вам ничего рассказать не могу.       — Жаль, — разочарованию близнецов не было предела.       — Но ведь ты была на двух собраниях.       — Что они там говорили?       Карла беспомощно развела руками.       — Меня просто представили всем присутствующим, сказали, что я после этого учебного года вливаюсь в их ряды, и коротко описали круг моих будущих обязанностей в Ордене…       — И?       — А вот этого я вам пока сказать не могу, — внезапно посерьезнела девушка.       — Ну вот, а мы надеялись все у тебя узнать.       — Ну, я же не энциклопедия, чтобы знать все, — фыркнула девушка. — Ага, а вот эту книжку я оставлю. Почитаю на досуге, — она внимательно рассматривала книгу. — О, а кто этот красавчик? На Сириуса похож.       Парни подошли к ней и взглянули на фотографию, выпавшую из книги, которую Карла держала в руках.       — Это, наверно, брат Сириуса. — Регулус Блэк.       — Откуда ты знаешь? — спросила девушка Фреда.       — У тебя на двери его имя написано…       В дверях появилась миссис Уизли.       — Ужинать, — строго сказала она и неодобрительно покосилась на близнецов. — Вы опять надоедаете Карле?       — Ну что вы, миссис Уизли. Они вовсе мне не надоедают, — улыбнулась девушка, встав на защиту близнецов. — У нас тут производственное совещание.       — Знаю я этих обормотов. Чтоб через пять минут все были за столом, — проворчала Молли, однако без злости…       — Гарри, я выгладила к завтрашнему утру твою лучшую одежду, — тихо сказала миссис Уизли мальчику за ужином. Все разом умолкли и посмотрели на него. — А что случилось? — поинтересовалась Карла, которая была не в курсе событий.       Фред и Джордж тихо начали ей рассказывать о том, что Гарри ждет слушание в министерстве. Девушка смерила Поттера задумчивым взглядом, но ничего не сказала.

***

      Сириус мрачнел все больше и больше по мере того, как каникулы подходили к концу, а Гарри и остальным надо было возвращаться в Хогвартс. И если бы не изящные словесные пикировки с Карлой Найт, он бы совсем упал духом. А так язвительная девица не давала ему расслабиться и сосредоточиться на мрачных мыслях. Фред и Джордж подхватили ее эстафету, и неугомонная троица доставляла всем немало хлопот. Ни дня не проходило без того, чтобы кто-нибудь не стал участником какого-либо розыгрыша. Карла чувствовала, что это лето — последнее, когда она может так беззаботно веселиться и проводить время. Поэтому она решила максимально плодотворно воспользоваться тем, что судьба предоставила ей этот шанс. Беззаботное детство заканчивалось, следующим летом ей предстояло встретиться с Волан де Мортом, а что будет после этого — загадывать не имело смысла. И девушка успевала наслаждаться этими мгновениями. На собрания Ордена ее больше не пускали, зато, как и остальных, по полной программе загрузили уборкой дома.       Прилетели совы со списками учебников и известием о том, что Рон и Гермиона назначены старостами. Рон так трогательно таскал с собой повсюду свой значок, что трое шутников ну никак не могли упустить такой шанс.       — Рон, дай посмотреть, — попросила Карла, когда вечером миссис Уизли устроила праздник в честь новых старост.       Рон смущенно протянул свой значок девушке.       — Да уж, мне такой точно не светит, — рассмеялась она.       — Тем лучше, — подошел к ней Фред.       — Ворона, если ты посмеешь заделаться старостой, мы с тобой даже разговаривать не будем, — Джордж тоже присоединился к ним.       И никто из присутствующих не заметил, как Фред, словно невзначай, коснулся значка своей палочкой. Встретившись с Фредом глазами, Карла поняла, что дело сделано.       — Нет уж, лучше я останусь с вами, — она протянула значок Рону.       Едва значок оказался в его руке, то превратился в черного мохнатого паука. Рон завопил, отшвырнул его и отскочил на пару метров. Шутники засмеялись.       — Ваша работа? — покраснел Рон. — Уроды…       — Ой, ты моя прелесть, иди сюда скорее, — Карла поманила паучка к себе, взяла его в руки и осторожно погладила пальцем по спинке.       Рона передернуло.       — Рон, да ты что? — хохотала девушка. — Как так можно? Ты только посмотри, какой он милашка, — она сделала шаг к парню.       — Уйди! — завопил тот. — Не приближайся!       Фред, Джордж и Карла веселились вовсю.       — Ну как хочешь, — пожала Карла плечами. — В конце концов, это же твой значок…       — Глупые шутки, — Гермиона выхватила из рук Карлы паука.       Пара движений волшебной палочкой — и вот на ее ладони поблескивает значок. Отдав значок Рону, Гермиона осуждающе взглянула на шутников.       — Не будь занудой, Гермиона, — ухмыльнулся Фред, и неугомонная троица, потеряв к ним всякий интерес, ушла к столу за новыми бутылками сливочного пива…       В этот вечер Фред, Джордж и Карла превзошли самих себя. Досталось всем. Сириусу неожиданно заплели хвост на макушке, на носу Грюма вдруг материализовались очки Гарри. Кингсли Бруствер получил салфетку, на которой было написано «Протирать лысину два раза в день — утром и вечером». Бокал сливочного пива, который держала в руках Гермиона, превратился в тяжеленную толстенную книгу, так что девушка, охнув, едва удержала ее в руках. Остальные тоже не остались без внимания — каждому был приготовлен свой розыгрыш.       — Ладно, я понимаю Фред и Джордж, но ты-то, Карла! В своем возрасте могла бы быть и посерьезнее, — рыкнула миссис Уизли, когда у нее кончилось терпение.       — Знаете, миссис Уизли, нормального детства у меня не было. Видите ли, в приюте детям приходится рано взрослеть. Потом мне пришлось уйти из дома. Нынешнее лето у меня выдалось крайне неприятное. То, что ждет впереди, весьма туманно и уж никоим образом не способствует радости и беззаботности. Пока есть такая возможность, мне хочется повеселиться и побыть маленькой девочкой. Разве это плохо? — возразила девушка.       Миссис Уизли пробормотала что-то неразборчивое про боггарта и вышла из комнаты. Карла повернулась и встретилась взглядом с Люпином.       — Все хорошо в меру, — устало улыбнулся он.       — Ага, особенным чувством меры отличались Мародеры, — не удержалась Найт от безжалостной шпильки, заставив Ремуса покраснеть. — Впрочем, как хотите, — Карла криво усмехнулась, развернулась и пошла в свою комнату.       Там девушка уселась на подоконник и задумчиво уставилась в окно. Просто сегодня это была очередная отчаянная попытка отвлечься от грустных мыслей. Северус далеко, а когда она его видит здесь, ни словом и взглядом, ни малейшим намеком нельзя выразить свою радость от встречи с ним. Впрочем, как и ему тоже. Она видела, что побледнел, еще более осунулся — несладко, видно, ему приходится. И ради него она должна молчать, делать равнодушное, а порой и презрительное лицо, а если и говорить, то только гадости. А ведь так хочется прижаться к нему, провести рукой по этой бледной щеке, дотронуться до его губ своими и сказать ему, как он дорог, как соскучилась по нему, его саркастическим замечаниям, ироничной улыбке…       Девушка смахнула непрошеные слезы.       — Так надо, — сказала она своему отражению в стекле, словно уговаривая саму себя. — Так надо, малышка…