Странный братец Чон Чонгука

      Погода в Сеуле отличается от погоды дома, в Пусане. Когда утром ехал на вокзал, было тепло и солнечно, соответствующая погода середине июля, однако большой город встречает Чонгука хмурым небом и мелким противным дождём, что так неприятно бьёт холодными каплями по открытой коже. Он прячет лицо под кепкой и, ухватившись за лямку рюкзака и вцепившись в ручку чемодана, спешит войти внутрь вокзала, быстро перемещаясь между людьми. Он впервые приехал в столицу, и первое впечатление — ну, как-то совсем не того он ожидал. Чон никогда не любил суматоху, любил, когда всё идёт по плану, а тут он просто растерялся. На вокзале очень много людей, мельтешащих перед глазами с места на место. Вокзал в Сеуле куда больше, чем в Пусане, здесь слишком много людей: кто с сумками — собираются куда-то; молодёжь, что идёт небольшой компашкой, обсуждая предстоящую поездку; взрослые люди, бизнесмены, активно разговаривающие по телефону, и нервно теребящие либо ворот рубашки, либо ручку дипломата. Чон немного теряется среди них, но следует к выходу, ориентируясь по указателям, и, наконец, покидает здание. Дождь закончился, но небо всё ещё серое, как и настроение парня, хотя кое-где уже мелькают голубые кусочки и лучи солнца. Чонгук осматривается в поисках знакомого лица, он видел его давно, хотя брата всё равно узнает, но поняв, что его никто не ждёт, вздыхает, думая о том, как будет добираться. Рядом возникает парень чуть ниже него ростом со светлыми волосами. Одет он в широкую майку и короткие шорты, на ногах чёрные сланцы. Картинку дополняют очки причудливой формы, парень снимает их, цепляя на затылок, и смотрит на Чонгука изучающе и чуть недовольно.       — Я же сказал ждать меня внутри, разве нет? — произносит он, щёлкая Чона по носу. Тот морщится, потирая нос, и узнаёт старшего брата. Он так изменился. Тэхён фыркает, видя восторженный и влюблённый взгляд младшего, прямо как тогда в детстве, когда хвостиком ходил за ним по пятам. Но только сейчас перед ним возмужавший и похорошевший парень, а не просто тот черноволосый замухрышка. Ким невольно заглядывается на его бицепсы, прикусывая губу, а потом трясёт головой, это всё ещё Чон Чонгук — его надоедливый младший братец. Он разворачивается и идёт вперёд, пока Чонгук выныривает из мыслей и спешит за ним. Тэхён останавливается у синей Мазды и выуживает из кармана ключи, снимая сигналку.       — О, хён, у тебя машина есть! — говорит Чонгук, пока Ким без слов забирает у того чемодан и кладёт его в багаж.       — Машина не моя, а моего друга, — бросает он, садясь на водительское сидение. Младший вблизи рассматривает его татуировки, хочется коснуться, но раздражённый Тэхён ему тогда пальцы откусит. Он поворачивается к нему, сталкиваясь взглядом, и Чон теряется на миг в карамельных глазах. — Не забудь пристегнуться, не хватало мне штраф за несовершеннолетних платить, и так без прав езжу. До Чонгука не сразу доходит реплика старшего, он всё ещё смотрит на него, когда Ким уже заводит двигатель.       — Без прав?!       — Погнали! — произносит Тэ с дьявольской улыбкой и вдавливает педаль газа в пол.       — Хён! Тэхён очень благодарен Гуку, что тот едет, прилепившись к стеклу, и молчит. Из динамиков негромко льётся музыка, и Ким качает в такт головой, пока они стоят на светофоре. Не успевает он отъехать, как его тормозит возникший из ниоткуда полицейский и жестом показывает свернуть к обочине. Очень знакомый полицейский и очень не вовремя.       — Так, и кто тут у нас. Сколько лет парню? — произносит мужчина, улыбаясь.       — Ащь, ну, хён. Тебе что, останавливать больше некого?! — обречённо вздыхает Ким и бьётся головой об руль, случайно нажав на сигналку. Хосок только улыбается обворожительно и с насмешкой смотрит на младшего, пока тот бубнит себе под нос маты.       — Тэ, я и так закрываю глаза на то, что ты без прав гоняешь, а знаешь, как мне влететь может? Итак, сколько лет парню?       — Двадцать.       — Тэхён-а.       — Ну, ладно, ладно, девятнадцать, но у него днюха в сентябре.       — Однако это не меняет того факта, что он несовершеннолетний, — произносит Хосок, начиная что-то чиркать в своём блокноте.       — Хён, мне за коммуналку платить нечем, а ты со своими штрафами лезешь. Хосок отрывается от своих каракулей и смотрит на строящего глазки Тэхёна, который для большей жалости губки поджимает, а потом переводит взгляд на его брата, внимательно наблюдающего за ними. Он вздыхает тяжело, потирая переносицу, и машет рукой. Ким улыбается благодарно, а Чон бросает напоследок «только не попадись никому».       Чонгук морщится от запаха сигарет, которым пропиталась квартира Кима, старший только фыркает и зовёт за собой, показывая комнату. Делить свою квартиру с кем-то не особо хотелось, и Тэхён недоумевал: почему родители просто не купили мелкому квартиру, ведь денег на это вполне хватает. Он сидит на диване, раздражённо наблюдая, как парень осматривает комнату, а потом выходит в коридор, и Тэ идёт за ним. Хочется крикнуть: «Ничего не трогай», но Ким молча следит за каждым его движением и эмоцией.       — Что? Квартирка не приглянулась? — интересуется Ким, хмыкая, — Это тебе не в отцовском особняке жить. Две комнаты, одна ванная, кухня, так живёт простой люд, но некоторые даже такой позволить не могут. Хотя здесь сделан отличный ремонт, и она почти что новая.       — Если у тебя нет денег, откуда квартира? — оборачивается на голос старшего Гук. Вполне ожидаемый вопрос, однако, отвечать Тэхёну отчего-то совсем не хотелось. Они хоть и были братьями, но никогда не были близки, разве что только в детстве, когда Чонгук только учился ходить, а Тэ бегал за ним, смотря, чтобы младший не упал и не поранился. Ким меняется в лице на секунду, избавляясь от ядовитого взгляда, и негромко с толикой грусти отвечает:       — Досталась в наследство от покойного отца. Чонгук что-то хочет сказать, но Тэхён перебивает его мысли, игнорируя обеспокоенное выражение лица младшего. Он не любитель телячьих нежностей, и перед братом свои слабые стороны показывать не намерен, только по пути в свою комнату бросает через плечо: «Меня без причины не беспокоить, если понадоблюсь, стучи».

✧ ✧ ✧

      Чонгук быстро приживается в Сеуле и находит себе компанию по интересам. С учёбой проблем у него нет, не удивительно, ведь Чон всегда учился на отлично, в отличие от Кима. Весь такой до чёртиков правильный и аккуратный, аж бесит. Фыркает Тэ, наблюдая, как брат гладит себе белоснежную рубашку. Просыпаться, зная, что в квартире, помимо тебя, находится кто-то ещё, совершенно не хочется, даже после того, как Чон срывает с Тэхёна одеяло и сгоняет его с нагретого уютного местечка. Ким пьёт кофе, часто зевая, со взорванными волосами на голове и смотрит одним открывшимся глазом на Гука, который проснулся уже давно, умылся, оделся и волосы уложил. Тэхёну через час нужно идти на собеседование, про которое он и забыл уже, если бы не Чонгук, что брата подгоняет. Ким ворчит и матом кроет, но собирается. Вообще, он бы не пошёл, но деньги-то нужны, потому что снова просить Юнги оплатить коммуналку уже как-то стыдно. Тэ заводит двигатель, бросая взгляд на братца, который проходит мимо машины и идёт в сторону остановки. Он не предлагает его подвезти, а Чонгук не навязывается. Они простые сожители, которые сталкиваются иногда в коридоре и на кухне, почти не разговаривая друг с другом. Тэхён нервно теребит край пиджака и смотрит на блестящие носы лакированных ботинок, в кабинете директора очень душно, а возможно это просто Ким так сильно нервничает, пока мужчина тщательно изучает его досье. Устроиться по специальности после увольнения из компании брата Юнги у него ещё ни разу не получалось, а тут братишка удружил, поговорив с родителями, после чего отец вызвонил знакомого, и тот не сразу, но согласился посмотреть на Тэхёна в деле. Мужчина, наконец, откладывает бумаги и, снимая очки, обращает внимание на Кима, который на миг дышать перестаёт. Директор говорит, что он принят, а Тэ с минуту выпадает из реальности. В порыве радости он обнимает мужчину, а потом густо краснеет и ретируется из кабинета, подпрыгивая за дверью. «что за ребёнок». Улыбается мужчина, возвращаясь к работе.       — Приняли, серьёзно? — удивлённый и хриплый голос Юнги из телефона заставляет нахмурить брови.       — Перестань, хён. Я не такой уж и лузер, — обидчиво тянет Тэ, стряхивая пепел в небольшую баночку, пока держит руль коленями и изредка нажимает на газ, когда машины по чуть-чуть начинают ползти вперёд. Мин прокашливается, от такой новости он слишком резко втянул дым, и отвечает:       — За такое дело надо выпить. — И Ким согласно мычит в трубку. — Когда к работе приступаешь?       — Я буду работать только три дня в неделю, а так всю нужную информацию мне будут отправлять по е-мейлу.       — Работа из дома? Везёт, я бы хотел больше времени проводить с Минни.       — Да вы бы только трахались, а не делом занимались.       — И то верно. Потихоньку, но Тэхён добирается до дома к четырём часам, кажется, у мелкого скоро пары кончатся, завтра выходной, Юнги позвал выпить и предложил прихватить с собой братца, чтобы посмотреть на него и познакомиться. Ким сначала долго протестовал, но оставлять его одного в своей квартире как-то совсем уж не хочется. Он переодевается в свою любимую одежду для похода в заведения, после которых его всегда ждала горячая ночь, подводит глазки и мажет бесцветным бальзамом губки. Нужно быть во всеоружии. Напоследок поправив светлую чёлку, хватает ключи и покидает квартиру.       Чонгук чешет затылок, чуть краснея и отводя взгляд, он никак не ожидал, что понравившаяся девушка ему признается сама, и вот теперь они изредка бросают взгляды друг на друга и смущённо улыбаются. Чон, спохватившись, отвечает ей взаимностью и предлагает встречаться. Девушка чмокает его в щёку, машет рукой и негромко произносит, удаляясь: «Увидимся, Чонгук-и». Тот закрывает лицо руками, пряча счастливую улыбку, и стоит какое-то время, привалившись спиной к стене. Вот Югём обзавидуется! Думает Чон, уже представляя реакцию друга и его расстроенное: «Ну, блин, я не успел». «Отлично» за два теста, успешно защищённый проект, ещё и девушка призналась, которая уж очень нравится. Он поднимает сумку с пола и спешит покинуть здание, потому что телефон разрывается уже не только эсэмэсками от Югёма, но и звонками. Гук вылетает на крыльцо, запыхавшийся и раскрасневшийся, где его уже тридцать минут ждёт Ким, тот пинает друга под зад и спрашивает, где его черти носили. Чон спешит похвастаться, что милая особа, которую они обсуждали вместе уже неделю, призналась ему в чувствах, а он предложил ей встречаться. Югём смотрит недовольно и губы дует, произнося ожидаемую Чонгуком фразу. Уж слишком хорошо он его знает. Подходя к воротам, Чон сначала думает, что ему показалось, и даже трёт для достоверности глаза, однако знакомая синяя Мазда пропадать отказывается, и привалившийся к ней парень в чёрной футболке и узких кожаных штанах тоже. Он ослепительно улыбается, снимая солнцезащитные очки, что проходящие мимо девушки пищат так, будто айдола увидели. Только Гук знает, что улыбка у него такая же ядовитая, как и он сам. Сделать вид, что он его не знает, не выходит, потому что Тэхён начинает звать его, жестикулируя руками: «Сюда, Гукки, сюда». Югём округляет глаза, смотря то на парня, то на Гука, и в его глазах отчётливо читается вопрос на тему «ты его знаешь». Чонгук предпочёл бы не знать, ведь Тэхён изменился не только внешне, но и характером, это уже не тот любимый старший брат, порой его хотелось просто прибить. Спокойствие, Чонгук, только спокойствие. Он прощается с Югёмом и идёт в сторону брата, который руки раскрывает для объятия, что вломить ему сейчас хочется ещё больше. Никто не знает, что у Чона есть брат, тем более такой разгильдяй, которого постоянно вышвыривают с работы, поэтому выглядит их встреча уж очень странно. По пути он встречает Сонмин, которая хихикает вместе с подружками, когда видит, как Чонгук останавливается в паре сантиметров от Тэхёна, а тот по плечу хлопает и улыбается. Наверняка, она успела уже надумать кучу всего. Ничего потом попытается объясниться.       — Ты можешь не являться вот так без предупреждения и не портить мне жизнь? — цедит сквозь зубы Чонгук, стараясь оставаться максимально холодным к ситуации, однако сделать это очень тяжело, видя перед собой нахальную улыбку с белоснежными зубами, которые уж очень хочется выбить.       — Ну, ты же испортил мне жизнь своим появлением, — фыркает Тэхён, отстраняясь от капота, — Я ведь просто выполняю просьбу матери, вот и приехал забрать младшего братца, чтобы он не заблудился по дороге домой, — подмигивает Чонгуку и кивает в сторону машины, чтобы тот садился. Однако Чон и с места не двигается. И Тэхён зло щурит глаза, снимая с лица всякий намёк на ухмылку, — Или ты сам сядешь в машину, или я тебя туда запихаю. Чонгук помимо того, что очень терпеливый, ещё и очень упрямый, поэтому братцу в игре «злобные гляделки» противостоять вполне мог бы, только сдаёт обороты, считая, что умнее будет забить на него и сделать, как просит. Тэхён победно улыбается, запрыгивает в машину и заводит двигатель, искоса глянув на Чона, что взглядом провожает девушку, мимо которой они проехали.       — Она тебе нравится? — интересуется отчего-то Тэхён, сжимая в руках руль сильнее.       — Тебе какое дело? — только шикает в ответ Гук и переключает станции, находя рэп. И правда, какое Тэхёну дело.       Чону по глазам режет свет софитов, и в голове неприятно гудит от мощных басов. Он нехотя пожимает протянутую бледную руку парня по имени Мин Юнги, кивает салютующему бокалом ему с дивана Ким Намджуну и улыбающемуся Чон Хосоку, убирает руки, нагло тискающие его за щёки, Пак Чимина, и переводит злой взгляд на братца. Тэхён только пожимает плечами и садится рядом с Намджуном, выхватывая у того бокал с голубой жижей и залпом опустошая. Если Ким во что-то упрётся, до него не достучишься, поэтому, когда Чонгук узнаёт, что они едут в какую-то там «Голубую Луну», он просит остановить машину и говорит, что пойдёт домой, но Тэ его не слышит и слышать не хочет, поэтому он оказывается здесь. Гук сидит рядом с Юнги и сверлит взглядом Тэхёна, который уже навеселе и всячески липнет к Намджуну. Самым адекватным на данный момент в этой компании был Хосок, который пил по чуть-чуть, ибо с утра пораньше на работу, бедолага. Почему-то общий язык нашёлся с Мином, который расспрашивал Чона о его жизни, пытаясь понять, за что же Тэ так его не любит, парень-то приятный. Чонгук с интересом слушает рассказ хёна о своей жизни, болтая в руке бокал с безалкогольным коктейлем. Чимин запретил Гуку пить, хотя тот уже совершеннолетний, на что он ответил: «Если брат у тебя без башки, то не значит, что и мы такие». Однако, Юнги это не мешает понемногу подливать винишко ему в коктейль. Речь заходит о Тэхёне, и только сейчас Чон замечает пропажу, он крутит головой по сторонам в поисках брата, а потом цепляет его взглядом, отплясывающим в обнимку с каким-то парнем. Мин замечает, что младший его не слушает, а потом находит того, на кого так внимательно и ревниво уставился Чонгук. Так смотрят дети на своих родителей, когда те обнимают других, а про них забывают, смотрят на что-то своё, что ускользает у них из рук. Не будь Юнги так пьян, он бы и не увидел всего этого во взгляде младшего, ведь Чонгук, исходя из определения Тэхёна, сто процентный натурал, без какого-либо намёка на голубизну. Мин и сам злится, когда видит Кима с кем-то, особенно если этот кто-то внаглую ягодицы Тэ сжимает и шепчет что-то на ушко. Он поднимается со своего места, вырывает Тэхёна из объятий недоухажёра и ведёт к их столу, игнорируя возмущения Кима по поводу сорванного секса.       — Забирай, — толкает Тэ к Чонгуку, что тот спотыкается, путаясь в собственных ногах, а Чон на автомате ловит его, когда брат чуть лбом в стол не вписывается.       — Что? — хлопает глазами Гук, не понимая, и ставит Тэхёна на ноги, удерживая за талию.       — Ему уже плохо, сейчас понесёт, не найдём потом. Так что, езжайте домой.       — А машина?       — Заберёт потом. До дома они добираются весьма проблематично. Тэхён ведёт себя как маленький ребёнок, останавливается, ногами топает и говорит, что никуда не пойдёт, а потом на Чонгука орёт, что тот ему ночь испортил. Поняв, что пешком они не дойдут, Чон вызывает такси, держа Кима за руку, потому что иначе тот просто убежит и где-нибудь грохнется. Девушка на том конце говорит, что машину ждать пятнадцать минут, а Гук вздыхает страдальчески и спрашивает: нельзя ли побыстрее. Таксист задерживается уже на пять минут, а терпение Чонгука с каждой минутой уходит к нулю. Ночью всё-таки уже холодно, да и братец своими разговорами про «лунных кроликов» уже просто бесит, хочется бросить его и уйти самому, но он себе этого не простит, слишком ответственный. А если старший брат ведёт себя, как годовалый малыш, пьяный малыш, будет точнее, то младший сам должен заботиться и о себе, и о нём. Машина, наконец, подъезжает, и водитель смотрит выпученными глазами на руку Чона на талии Тэхёна, и на самого Тэхёна, повиснувшего на Чонгуке, обняв за плечи. Только парню уже наплевать, он сажает братца в машину и садится рядом, чтобы тот голову себе о дверь не разбил, и называет адрес. Кое-как попав ключами в замочную скважину, скидывает ботинки и отводит старшего в комнату, укладывая в кровать. Чон пытается раздеть брата, говоря что в грязной одежде спать не стоит, за что пару раз получает по носу от размахивающего руками Тэхёна и вопящего: «Извращуга». После долгих уговоров, Ким фыркает и раздевается, бубня себе под нос, что «вот доебался». Надевает большую серую футболку и валится в ней и боксерах на кровать, надувая губы и отворачиваясь к стенке. Гук устало потирает переносицу и снимает прилипшую к спине рубашку.       — Хён? — зовёт негромко, вспоминая сцену в клубе.       — Чего тебе? — бубнит оттуда Ким, не поворачиваясь.       — Тот парень, ты с ним.., — «трахаешься»? Звучит мерзко, и Чон морщится, помотав после головой. Тэхён поворачивается, фокусируя взгляд на брате, что хочет спросить младший, он понимает и потому с ухмылкой отвечает:       — Да, я спал с парнями, чего греха таить, а будешь плохо себя вести, и ты со мной в постели окажешься.       — Лучше бы девушку нашёл! — произносит Чонгук, закатывая глаза, и удаляется с комнаты.       — Отвянь, сам разберусь! — орёт вдогонку Тэхён. Чонгук, стоя под душем, ещё долго пытается переварить информацию о том, что его брат гей, и усиленно пытается вспомнить, о чём же рассказывал Юнги-хён в клубе. От Тэхёна он ничего не услышит, а в глубине души младшему хотелось бы узнать о нём больше, всё-таки Чона всегда тянуло к нему, и, не смотря на его противный характер, он всё ещё любит братца. По пути в свою комнату он заглядывает к Тэхёну, что лежит в кровати, свернувшись клубочком, а в блёклом свете ночничка, без которого Тэ спать страшно в одиночку, видно, как он во сне причмокивает губками. На лице отчего-то ползёт улыбка, при виде такого братца он невольно умиляется. Жаль, что на утро снова вернётся обычный бука-хён.