Странный братец Чон Чонгука

      Чонгук не уверен в том, что очень уж хочет услышать от брата подтверждение своих догадок о возникших чувствах у старшего, просто потому, что он не знает, как потом ему с этим поступить, так как в своей симпатии к нему всё ещё сомневается. И в тоже время, если услышит от Кима посыл в далёкое эротическое, такое привычное «придурок», и что Чонгук это всё себе нафантазировал, он тоже без понятия, что будет делать дальше. Но с каждым шагом к комнате брата уверенность в том, что следует прояснить сложившуюся ситуацию стоит, росла, и вот он стоит уже у самой двери, не решаясь взяться за ручку. В голове он уже построил варианты диалога и знал, что должен сказать, однако, смотря брату в глаза, это будет сделать сложно. Тэхён лежит на своей кровати в наушниках и смотрит прямую трансляцию концерта, сегодня у него выходной, он решил сделать всю накопившуюся работу по дому, а теперь просто отдыхает, наслаждаясь выступлениями групп. Не удачное время для разговора, так как Ким, скорее всего, и слушать его не станет. Он проходит в комнату и останавливается рядом с кроватью, касаясь спины старшего и привлекая этим к себе внимание. Старший вздрагивает от неожиданности, нажимает на паузу и вытаскивает наушники, поворачиваясь к Чону.       — О, привет. Ты, наверное, голодный? Я недавно приготовил по рецепту, что нашёл в интернете, правда не знаю, понравится ли тебе, — произносит с неловкой улыбкой.       — Хён, нам надо поговорить, — хрипит Гук и прокашливается, — Я о том поцелуе, хён, и всем твоим внезапным заботой и вниманием. Тэхён прикусывает губу и отводит взгляд, накручивая на палец провод от наушников.       — Ты ведь мой брат, я вёл себя с тобой как последний мудак, вот и пытаюсь вину загладить. А поцелуй. За него прости, — негромко говорит Ким, скидывая чёлку на глаза. Вот как знал, что долго бегать не получится, вроде, правдоподобно вышло, да? Чонгук качает головой и садится рядом, приподнимая голову за подбородок и этим заставляя смотреть на себя.       — Так не заботятся о братьях. И эта твоя нежность в глазах, — Гук невольно заглядывается на его губы, Тэхён облизывает их от нервов, и Чон не знает, сколько ещё у него хватит сил терпеть, — Я хочу кое-что проверить, — шепчет он. Вырвавшееся изо рта «что» тонет где-то в губах у Чонгука, тот касается губ на пробу, медленно, не стараясь углубить, просто сминает губы своими, проводя по ним языком. Тэхён каменеет, смотрит удивлённо и хлопает ресничками. Младший запускает руку в его волосы, сжимая на затылке, притягивая ближе к себе. Он не очень-то умеет целоваться, ну, было у него пару раз, но чтобы как-то этот навык улучшился — особо было незаметно. Язык у Чона горячий, и когда он проникает в рот, проводя по зубам, а после касаясь тэхёнова языка, у Кима тяжелеет внизу всё и веки сами собой опускаются, тело совершенно перестаёт здраво соображать, ведь молчал он о своих чувствах, чтобы брату не позволить иметь отношения с таким, как он. А хотелось, хотелось до одурения вот так целоваться с ним, чтобы тот обнимал его, и своими крепкими руками удерживал его бёдра, пока Тэхён стонал под ним и просил трахать его глубже. Он касается ладонью щеки Гука, поглаживая, а вторую ладонь устраивает на груди, хочется оттолкнуть и убедить, что они не должны так, но другая сторона Кима кричит, чтобы тот и не думал останавливать его. И кого слушать? Чонгук отстраняется, когда воздуха уже катастрофически не хватает, и смотрит в затуманенные глаза напротив. Тэ облизывает блестящие, чуть припухшие губы и снова отводит взгляд, но Чон рычит, чтобы тот смотрел на него, и такой его тон старший впервые слышит, оттого и смотрит послушно в смоляные глаза, пытаясь не утонуть в них.       — Хён, ты любишь меня? — спрашивает негромко, проводя костяшками по щеке.       — Чонгук, я… — начинает Тэ, но глотает слова от грубого голоса: «хён»!       — Да. Да, я люблю тебя, Чонгук. Но какое это имеет значение? У тебя ведь девушка есть, да, и родители, — вздыхает старший, отстраняясь, и добавляет, — Не губи свою жизнь, только оттого, что я признался тебе. Чонгук вздыхает облегчённо, он не спятил, старший действительно влюбился в него, он обнимает его, прижимая к себе. Тэхён неуверенно кладёт руки ему на плечи и утыкается в шею, втягивая носом запах лёгкого парфюма. Чон поглаживает его по спине и говорит негромко, что у самого тоже перемкнуло что-то, и он внезапно начал чувствовать, как его тянет к нему. Он не говорит ему, что любит, но это и не нужно Тэхёну, чтобы понять, что младший к нему неравнодушен. Если они и начнут строить отношения, то однажды Чон всё равно ему скажет заветные три слова. Ким отстраняется, чтобы обвить руками шею и впиться в губы требовательным поцелуем. Он усаживается к нему на колени и валит на спину, нависая сверху. Гук проникает руками под свободную футболку и касается холодными пальцами кожи, поглаживая по талии, и Тэ вздрагивает то ли от холодных прикосновений к горячей коже, то ли оттого, что ждал этих самых прикосновений. В отличие от Чонгука, Тэхён целуется тягуче и так опьяняюще, что крыша съезжает, махая напоследок рукой: не пиши, не вспоминай. Он прижимается плотно бёдрами к чонгуковым, что младший чувствует, как возбуждён старший, а от этого и заводится сам.       — Ты ведь ещё девственник, Гукки? — спрашивает негромко Ким, покрывая поцелуями шею. Чон сжимает руки на боках старшего и запрокидывает голову, открывая больше доступа. Сказать что-то в ответ ужасно неловко, ведь у него и вправду не было секса. Он встречался с девушками, но дальше поцелуев никогда не заходило, что многие просто бросали его, говоря, что Гук слишком медлительный. Тэхён понимает без слов, Чонгук всегда был слишком правильный — влияние родителей, он улыбается мягко, обхватывая ладонями лицо младшего и поглаживая большими пальцами щёки, а потом целует нежно, чуть сминая губы своими.       — Хён, ты говорил, что спал с парнями… — хрипит от возбуждения Гук, когда старший отстраняется, чтобы снять с него футболку.       — Трахали в основном меня, ну порой и я был сверху, — спокойно отвечает Тэ, будто то, о чём он говорит, так обычно. И Чона это даже злит немного, он и раньше его ревновал, но сейчас, когда они так близко, и жар тела в полную меру не даёт почувствовать только одежда, он рычит и шлёпает старшего по упругим ягодицам, вырывая негромкий стон. — Но сейчас это неважно, Чонгукки. Я люблю тебя, я только твой. Тэхён стягивает с Чона штаны вместе с бельём, щёлкает по покрасневшей головке и целует, обхватывая после губами. Медленно опускается по основание, язычком задевая каждую венку. Такие не привычные ощущения, но от них просто сносит крышу, и когда Тэ ускоряется, Гук не может не вцепиться в его волосы, насаживая до основания и подмахивая бёдрами. Старший стонет, создавая этим вибрацию, головка входит так глубоко, но из-за накопленного опыта никаких рвотных рефлексов не присутствует. Ким поднимает глаза на братца и смотрит так совершенно по-блядски, что Гук не выдерживает, кончая ему в рот, от чего стыдно ужасно. Тэхён, видя покрасневшие щёки младшего, умиляется, облизывает губы и смазано целует. Младший, проявляя инициативу, заваливает его на спину и раздевает, буквально срывая одежду, и застывает, восхищённо рассматривая стройное тело, не такое как у любого другого парня, нежное с мягким животиком, в который, не удержавшись, целует, вызывая мурашки по всему телу. Разводит его ноги в стороны, целуя внутренние стороны бёдер и оставляя засосы, кусая в нескольких местах, а потом застывает, прикусывая губу. Он смотрел порно и много, но без понятия, что нужно делать с парнем. Тэхён поглаживает плечи, отвлекая от мыслей, шепчет что-то о смазке, которая находится под подушкой. Небольшой бутылёк обнаруживается сразу же, он выдавливает немного прозрачной жидкости с ароматом клубники на руку, смазывая пальцы, и приставляет к сжавшемуся колечку мышц. Первый палец проникает легко, сразу полностью, Чон медленно двигает им внутри и добавляет второй, нажимая на нежные стеночки и разводя пальцы в стороны на манер ножниц. Он внимательно наблюдает за эмоциями на лице старшего, тот запрокинул голову и прикрыл глаза, без перерыва облизывая припухшие красные от поцелуев губы. Не удержавшись, Гук наклоняется к нему, обхватывает нижнюю губу своими, посасывая, и кусает до металлического привкуса, после всхлипа Кима тут же зализывая ранку. Чонгук и вправду слишком медлительный, он слишком старательно растягивает Тэхёна, свободно проникая в него тремя пальцами, старший скулит и просит большего, несдержанно подмахивая бёдрами. Чон закусывает губу и вынимает пальцы, старший шире разводит ножки, приглашая, и Гук пристраивается между, оглаживая бёдра и смотрит на смущённого Кима, что взгляд отводит. Такой милый. С этой мыслью он входит в него медленно и до основания, Тэ дышит тяжело, обвивая ногами талию Чона, и тот склоняется над ним, упираясь руками в кровать с двух сторон от головы старшего, втягивает его в поцелуй, обхватывая язычок губами и посасывая, и начинает двигаться, неожиданно для себя резко, втрахивая Кима в кровать. Тот стонет громко и бесстыдно, плавясь от поцелуев, которые младший оставляет, казалось бы, на каждом миллиметре горячего тела. Он быстро находит все чувствительные зоны, особенно ему нравится реакция Тэхёна на то, когда он начинает лизать и посасывать соски, которые стоят уже так сильно, и старший прикрывает их руками, но после очередного рычания младшего и резкого толчка прямо по простате, обмякает и изливается, выстанывая имя братца и сжимаясь вокруг органа. Чонгук целует во влажный лоб, делая последние толчки и полностью заполняя старшего, он выходит и перекатывается вместе с ним на бок, крепко обнимая и зацеловывая алеющие щёки. Осознание того, что они сделали, прилетает к Киму сразу, он тычется носом в чонгукову шею и жмурится, стараясь игнорировать нежный смущающий до чёртиков шёпот в самое ушко. А младший улыбается довольно, чувствуя свою победу над дерзким старшим, и тот в отместку кусает за ключицу. Они лежат так вместе долго, уже под одеялом, продолжая обниматься, Тэхён потихоньку начинает дремать на плече у брата, когда тот нарушает приятную тишину:       — Что мы родителям скажем? Ким отстраняется, смотрит задумчиво в глаза, а потом улыбается и чмокает младшего в нос:       — Что ни от одного из сыновей наследников они не дождутся. И оба заливисто смеются.

✧ ✧ ✧

      Чонгук уезжает на неделю к родителям, и без него становится дома так пусто и одиноко. Изначально он планировал, что они поедут вместе с хёном, но тот яростно отказался, из-за чего они чуть не поругались, но Гук всё осмыслил и вечером сам пришёл вымаливать прощение, утопив старшего в поцелуе и повалив его на кровать. Они уже месяц встречаются, а Ким всё ещё смущается от нежных утренних поцелуев и пищит, когда получает от младшего милую эсэмэску с сердечками. Вот только он не писал ему уже два дня и не звонил, и Тэхён ужасно скучает, даже среди друзей не находя себе места. Он сидит на диване в гостиной и болтает в руке бокал вина, наблюдая, как остальные дружно дурачатся. Они собрались все у Мина с Паком, чтобы отметить повышение в должности Хосока, который к этому так долго стремился. А после двух бутылок вина у Намджуна развязался язык, и он сболтнул о том, что начал встречаться с милым парнем старше его на два года, поэтому теперь старшие пьют, кажется, за всё, что есть у них хорошего в жизни. Телефон неожиданно начинает звонить, и все переводят взгляд на Кима, который, увидя имя абонента, хватает первую попавшуюся пачку сигарет и, извиняясь, выходит на балкон. Они говорят долго, обо всём и ни о чём. Тэхён интересуется: как там мама, всё ли у неё хорошо, а Чон отвечает: «Она ужасно соскучилась по старшему сыну». Тэ тоже скучает по ней, по её глазам и улыбке, но он всё ещё помнит, как сильно она кричала и ругалась за то, что он встречался с парнем. Простить — простил, но осадок остался. И никто из родителей не обрадуется, узнав, что сыновья крутят роман, а Ким точно не смог бы за эту неделю ни разу интимно не прикоснуться к Чону и сдал бы их со всеми потрохами. Он задумчиво слушает рассказы братца о делах отца в компании, и, выпуская облачко дыма, говорит:       — Меня уволили. Чонгук тут же замолкает, переваривая информацию, и вздыхает, наверняка потирая переносицу.       — Что на этот раз?       — Пришёл пьяным, — честно отвечает Ким, стряхивая пепел.       — Ну и дурак же ты, братец, — смеётся младший. И Тэхён улыбается, он так соскучился по нему и так хочет увидеть сейчас, когда он улыбается своей милой кроличьей улыбкой, которую с детства так сильно любил, а потом из-за обиды ненавидел. Они разговаривают ещё немного, и Гук обещает скорее приехать, напоследок говоря: «Я всё равно тебя люблю». С улыбкой влюблённого идиота он вплывает в гостиную, оставляя открытым балкон, усаживается на диван и опустошает свой бокал, откидываясь на спинку мягкого дивана из белой кожи и мечтательно смотря в потолок. Старшие переглядываются, но решают ничего не спрашивать, продолжая веселиться и выпивать, и Ким, наконец-то, присоединяется тоже. Разговоры перетекают от домашней жизни к работе, про Хосока слышали, а Юнги говорит, что его ждёт в следующем месяце командировка, Намджун рассказывает о новом помещении для своего салона в несколько раз больше предыдущего, и на следующей неделе уже будет перевозить туда вещи. Чимин же про работу отмалчивается, хотя хёны начинают засыпать вопросами, и тогда Тэ переводит внимание на себя, оповещая, что он вновь безработный. Мин, недолго думая, вытаскивает из-за спины подушку и кидает её в Кима, он ловит и смеётся, наблюдая, как забавно хмурится хён.       — Юнги-я, — не отстаёт Тэ, пытаясь обнять злого, как чёрт, хёна, который ищет свои сигареты, чтобы выйти на балкон, пока кого-нибудь не прибил.       — Не липни к нему, он мой, — в шутку говорит Чимин, отпивая вина.       — Но был когда-то мой, — тормозит Тэ, уставившись на Пака. Мин пользуется моментом и, обнаружив пачку, спешит на балкон, кидая через плечо:       — Вообще-то мы только спали вместе.       — Ты любил меня, а потому сейчас всё равно даёшь мне денежку и помогаешь с работой.       — Не бросать же тебя идиота, друг ведь, — смеётся Чим, видя надувшегося Кима.       — Брось, Чима, ты тоже меня любишь.       — Люблю, как лучшего друга, потому и не запретил Юнги давать тебе деньги, и пытаемся помочь, но ты безнадёжен, — он встаёт со своего места и крепко обнимает блондина, поглаживая по голове, Тэ фыркает и нападает с щекоткой, вместе заваливаясь на пол. Перепуганные старшие подрываются со своих мест, и Юнги с сигаретой в зубах выбегает с балкона, тогда Пак с Кимом заливаются смехом, и все вздыхают облегчённо, начиная смеяться тоже. Почему-то в их компании всегда уютно и спокойно. Его хёны ещё со школьных времён обладали какими-то сверхспособностями, которые всегда могли вытащить Кима из любой задницы и поддержать. И он бесконечно рад, что они снова могут так собраться вместе, выпить и долго смеяться. Ещё бы Чонгука сюда, и вечер можно было бы считать самым лучшим.

✧ ✧ ✧

      Четыре года пролетают как-то быстро и незаметно, всё идёт своим чередом. Они всё так же собираются вместе, выпивают, болтают обо всём на свете и смеются. Отношения братьев уже не тайна, так как однажды они были настолько пьяны, что целовались в коридоре, а потом Юнги неожиданно приспичило в туалет, и он спалил парочку, притащив красных младших в гостиную, и заявил, что «наши пиздюшата встречаются, а словом даже не обмолвились». Тэхён помогает в салоне Намджуну, так как с работой у него было всё очень туго, и добрый старший взял под своё крыло. Чонгук учится уже на пятом курсе, постоянно пропадая на учёбе и возвращаясь только под самый вечер, плюхаясь без сил на кровать в объятья брата. Конечно, они всё равно периодами ссорятся, доходило даже до битья посуды, когда вернувшийся с посиделок с университетскими друзьями Чон был пьяный в стельку и язык не контролировал, Тэ как раз в это время мыл посуду и со злости швырнул тарелку в стену, пугаясь такого своего поведения и бросаясь к брату, осматривая на наличие повреждений.       На зимних каникулах Ким всё-таки оказывается в Пусане и ужасно нервничает, когда стоит у ворот родительского дома. Младший уговаривал его почти три недели, чтобы он в кои-то веки поехал вместе с ним к родителям, но, в конечном итоге, просто поставил перед фактом: «У меня два билета на поезд в Пусан, и отказы не принимаются». Тэхён сначала долго бухтел, а, уже стоя на платформе, чуть ли не со слезами на глазах умолял позволить ему вернуться домой. Всю дорогу до дома они ехали молча, Ким обижено смотрел в окно и всячески пресекал попытки Гука заговорить с ним. И вот сейчас ему очень страшно вновь оказаться здесь, Чонгук берёт его за руку, пока они идут к дому, и уже на улице их встречают родители. Мать подбегает к Тэхёну, рассматривает его всего, обнимает и плачет. Он стал намного выше, и женщина теперь достаёт только до носа, и то, пока на каблуках. Тэ наклоняется и обнимает её в ответ, утыкаясь красным носом в волосы. Он так скучал по аромату её шампуня и духов, по улыбке и голосу. Всё-таки мама – самое дорогое, что есть на свете, и как бы ты на неё не был обижен, но с ней будто заново родился. На удивление дома Ким словно вновь впадает в детство, вспоминая всё от чего когда-то бежал. Вечером они сидят в комнате Чонгука, смотрят фильм на ноутбуке, а потом хён вспоминает какую-то совершенно абсурдную вещь из детства, из-за которой Чон краснеет и обиженно пыхтит: «Ну, хеееен, я вообще-то был ребёнком»! Целоваться в коридорах входит в привычку, прислушиваясь к каждому шороху и шагу, даже за общим столом они сидят рядом, периодически держась за руки или поглаживая по бедру. Однажды в порыве страсти Чонгук прижимает Тэхёна к стене на подходе к его комнате, топит в поцелуе и сжимает ягодицы, что Ким стонет тихонько в губы, плавясь в руках Чона, бедная горничная, которая как раз поднималась на этаж, чтобы позвать двух господ обедать, красная вернулась в столовую и сообщила, что братья к столу сейчас идти не желают. Мать давно стала что-то подозревать, но ничего не говорила, а как-то утром заглянула в комнату младшего сына, увидев там обоих, спящих в обнимку. У главы семьи в тот день неожиданно наметилась деловая встреча, поэтому собравшись за двадцать минут, он прихватил с собой дипломат, поправил галстук и, поцеловав жену в щёку, откланялся, сказав ожидать его только к ужину. Ближе к полудню братья выползи в гостиную, плюхнувшись там на диван, и, кажется, приготовились досыпать. Ещё бы, они полночи не спали, так как никак не могли насладиться друг другом. Госпожа Чон зашла в помещение как раз в тот момент, когда, дурачась, Гук завалил хёна на диван, держа его руки над головой и свободной рукой щекотал, он почти коснулся его губ, когда женщина негромко покашляла, давая о себе знать. Оба тут же расселись по разным углам, в шоке смотря на мать и ожидая неприятного разговора. Женщина только покачала головой, вздохнула и улыбнулась, смотря на своих мальчиков, конечно, это дико для неё, что оба сына, не просто не планируют строить свою семью, так ещё и состоят в отношениях друг с другом, но она лишь говорит, чтобы были аккуратнее и перед отцом не спалились, и выходит из гостиной. Одного сына она однажды потеряла, когда зашла тема о том, что ему дорого, но он, наконец-то, дома и с младшим братом ладит, так что снова его, вернее, обоих сыновей она ни за что больше не потеряет.       Тэхёна уже до нервного тика бесит то, как братец что-то быстро печатает на своём ноутбуке, постоянно сверяясь с печатным документом, что лежит рядом на столе. Сегодня выходной, а Чонгук проснулся ни свет, ни заря и сидит, и сидит, изредка выходя из комнаты за кружкой кофе или в туалет. А потом младший прерывается, отъезжая немного от стола и потягивается, поправляя волосы, и Ким, не удержавшись, подходит со спины, устраивая ладони на плечах, и массирует, вслушиваясь в довольные вздохи Чона. Обходит и усаживается на коленях, втягивая в поцелуй, а ладонями шаря под футболкой.       — Хён, мне вообще-то уже к защите надо начинать готовиться, — шепчет между поцелуями Гук, оглаживая обнажённые бёдра старшего.       — Подождёт, — фырчит Тэ, пока медленно опускается до основания и стонет громко с наслаждением. Подождёт, так подождёт. Думает Чон, целуя шею и оставляя яркие засосы.

✧ ✧ ✧

      Юнги нервно стучит по рулю и без остановки курит, пока они с Паком торчат в пробке, вообще-то они собирались съездить в Тэгу к родне Мина, так как Юн всерьёз задумался о том, чтобы вступить с Чимином в брак, но внезапно ему написал Сокджин-хён: «Юнги-я, у меня смена кончилась, и я тороплюсь на встречу с Намджунни, но тут Тэхён, и я боюсь, как бы он снова не напился в драбадан». Свернув на объездную, они добираются до бара за полчаса, попросив Пака остаться в машине, Мин влетает в помещение и выискивает глазами Тэ, тот обнаруживается на своём обычном месте за барной стойкой на третьем стуле, странная привычка.       — Какого чёрта, Тэхён-а?! — подходит к нему Юн и садится рядом. — Я думал, с Чонгуком у вас теперь всё в порядке!       — Это не из-за Гукки, хён, — вздыхает Ким, пальцем водя по краю бокала.       — Всё ещё непривычно от тебя слышать «Гукки» вместо «придурок Чон». Тэхён фыркает, опустошая бокал, и просит бармена наполнить его повторно.       — Вчера, когда шёл из магазина, меня остановил парень. Он сказал, что у меня внешность, как у айдола, и одеваюсь я со вкусом…       — И вы, конечно же, выпили и направились в отель, — перебивает Мин, подперев рукой подбородок.       — Хён! — возмущённо смотрит на него младший, — Это единственный случай, когда после комплимента у меня не было секса.       — Так и что вы делали? Ким успокаивается, снова уставившись на бокал.       — Мы действительно были в отеле, в его номере. Он оказался фотографом, что недавно приехал из-за границы в поисках вдохновения. У Джихан, он очень знаменит в Корее, я гуглил. Так вот, он предложил мне стать моделью для летней коллекции его знакомого модельера.       — И чего ты тогда пьёшь? — вскидывает бровь Юнги.       — А что мне делать? Я понятия не имею, какого это быть моделью. Они же все элегантные и интеллигентные, что от одного взгляда на их лицемерие хуёво становится, — морщится и переводит взгляд на старшего, — Какой из меня интеллигент, хён?       — Ты отказался?       — Я сказал, что подумаю, хоть и объяснил ему ситуацию. А он сказал, что можно провести пробную съёмку здесь, в Корее, ему не составит труда вывести меня на обложку журнала, чтобы сообщить о «начинающей звёздочке». Но потом нужно будет ехать заграницу, а как я брошу Чонгука? У него ведь защита диплома на носу. Мин молчит, переваривая информацию, с одной стороны у его донсена, наконец-то, появится нормальная работа, но с другой, видя, как он сильно любит своего братца, что-либо посоветовать очень сложно. Чимин, которому надоело сидеть в машине, поставил её на сигналку, и почти с самого начала разговора стоял за ними, внимательно слушая.       — У Джихан действительно фотограф с большой буквы. Я не хотел рассказывать вам до выхода дорамы, но он снимал меня на постер, как человек — приятный и милый, как фотограф — профессионал со стажем. Ты можешь ему довериться, но тут мы можем только поддержать твой выбор, так как это всё зависит от тебя. Тэхён только бросает «угу», а потом на пару с Юнги поворачивается с округлыми глазами, выдавая: «В какой ещё дораме»?! И Чимину приходится рассказать о том, что до этого работал в театре, а потом посещал платные курсы актёрского мастерства, год назад его под крыло взяло агентство, сначала он писал сценарии и был помощником режиссёра и вот полгода назад его впервые позвали на съёмки. «и молчал ведь, жопа». Тыкает его в бок Тэ, пока они везут его домой, и вместе смеются.

✧ ✧ ✧

      Чонгук после выпуска унаследовал компанию отца, он молодой, но умный директор, которого уважают коллеги и обожают работники. Компания забирает много сил, многочисленные встречи и собрания ужасно выматывают, что под вечер, прочитывая отчёт за сегодняшний день, почти засыпает, пропуская половину текста и цифр. Не смотря на всё это, ему нравится его работа, нравится встречать новых людей, искать возможности подписать контракт с крупными иностранными фирмами и общаться с работниками. Тэхён же обучается модельному искусству довольно быстро, У Джихан стал его личным фотографом и на каждой фотосессии, и показе мод, обучает Кима чему-то новому и просто поддерживает. Так же Тэ узнаёт, что далеко не все модели избалованные светом, есть и простые парни и девушки, которых только в его агентстве полно, с которыми можно классно провести время. На неделе мод в Париже Ким начинает грустить, пока сидит в гримёрной на просторном диванчике и ждёт своей очереди, он не виделся с Чонгуком уже месяц, и ни у одного, ни у второго, нет возможности созвониться, только и желают друг другу спокойной ночи. Последний выход на подиум, после которого Тэ спешит скинуть с себя вещи, переодевается и просит менеджера срочно отвезти его в отель. Сердце бешено стучит, что даже в висках отдаёт, и он даже невольно думает о том, что неплохо было бы закурить, да только бросил ради Чонгука. Он в спешке открывает дверь номера, кое-как правильно приложив трясущимися руками ключ-карту, переворачивает весь свой шкаф с вещами в поисках чего-нибудь сногсшибательного, останавливаясь на зауженных белых брюках и широкой полупрозрачной рубашке с рюшечками, меняет серёжки, надевая одну с крупным голубым камнем и широкий чокер со стразами. Прихватив телефон, направляется к лифту и, пока поднимается в ресторан на крыше, молится, чтобы это оказался не сон. На выходе из лифта его встречает дорожка из свечей с двух сторон, он волнительно медленно идёт и останавливается напротив столика расположенного у окон во всю стену, он выделяется тем, что вокруг него рассыпаны лепестки роз и так же расставлены свечи. В ресторане темно и тихо и Тэхён понимает, что это дело рук его любимого, который после того, как стал директором, не умеет по-обычному делать сюрпризы, они всегда у него выходят масштабными: то вертолёт арендует, чтобы слетать на далёкий остров, то яхту, чтобы покататься по бухте на Гавайях на закате, то салют только для Тэ, а то и целый парк развлечений. Он чувствует руки на своей талии и горячий шёпот на ушко: «С днём рождения». Ким прижимается спиной к груди, наслаждаясь близостью и улыбается, задумываясь о своём. Поворачивается к Чону и сначала возмущается, что тот ему не звонил и только вечером удосужился написать, чтобы приходил в ресторан на крыше его отеля, а потом дует губы, совершенно по-детски, и смотрит с обидой на младшего. Чонгук улыбается тепло, видя такого братца, он не в силах устоять, приподнимает голову за подбородок и нежно целует, а старший сразу отвечает, притягивая к себе за шею. В их отношениях он чувствует себя хёном, Тэ не хватало любви и заботы в детстве, поэтому он взрослый ребёнок. Чонгук любит его так сильно, что щемит в груди, он готов подарить ему всю свою любовь и никогда не оставит.

| ✧ End ✧ |