Monster or Нero

       Проснулась Маринетт через два часа. Головная боль сразу же настигла девушку, как только она приоткрыла глаза. На Дюпен-Чен были ее джинсовые шорты и рубашка друга.        Вдруг кто-то подошёл к кровати голубоглазой из дальнего угла комнаты. Никита присел на корточки и несколько мгновений смотрел на девушку.        — Как ты? Они ничего не успели сделать? — с беспокойством в голосе спросил парень.        — Только разорвали блузку и лифчик. Я в порядке, только голова побаливает, — садясь на кровати, проговорила Мари. Рубашка друга была велика ей не только в длину, но и в ширину. — Ты не мог бы выйти?        — Конечно. Как раз заварю тебе чай, — и Легостаев вышел из комнаты.        Стянув с себя рубашку, Дюпен-Чен стала рассматривать себя в зеркале. Грудь девушки покрывали засосы, а на плечах были красные следы от хватки Кима и его друга. Достав из шкафа футболку, голубоглазая одела ее на себя, не забыв про бюстгалтер.        Как раз в этот момент в дверь постучали. Разрешив войти, Маринетт приняла поднос с двумя кружками чая и с тарелкой с печеньем. Сев за стол ребята начали болтать на самые разные темы.

<center> Прошло три месяца

</center>        В таком ключе прошла осень. Ребята гуляли и веселились. Несколько раз герои спасали Париж от акумы. Маринетт все чаще стала замечать за собой мысли о Легостаеве. Но девушка всегда прерывала их, говоря себе, что любит Адриана.        Вот уже закончились первые две четверти учебы. Уже начались зимние каникулы и приготовления к новому году. Уже выпал снег и люди ходили в теплых куртках, шапках и шарфах.        Маринетт помогала отцу раскладывать только что испеченные кексы, как дверь пекарни со звоном открылась и внутрь зашли посетители. Первой прошла молодая девушка двадцати лет на вид, ее блондинистая коса лежала на плече, а голубые глаза с удовлетворением рассматривали помещение. За ней прошла женщина с зелёными глазами. Ее куртку снял мужчина, очень похожий на девушку. Завершал эту процессию Никита — его Дюпен-Чен узнала сразу. Повесив кожаную дубленую куртку на один крючок с девушкой, он подошёл вместе с посетителями к прилавку.        Женщина что-то сказала на неизвестном Маринетт языке, рассматривая имбирные пряники с белой глазурью. В ответ девушка важно покивала и ответила на том же языке. Тут в их разговор вклинился оборотень. Он сказал что-то на русском и кивнул в сторону кассы, за которой стояли Томас и его дочь.        — Привет, Мари. Здравствуйте, мистер Дюпен, — поздоровался Наследник на французском. Его спутники приветственно кивнули и на их лицах появились доброжелательные улыбки. — Это мои родители и моя сестричка. Они не знают французского, поэтому я буду переводчиком.        — Приятно познакомится! — в один голос сказали Дюпены. Никита что-то сказал семье и, повернувшись к парижанам, передал им такой же ответ на французском.        — Можно нам два имбирных пряника и две булочки с маком, пожалуйста, — озвучил заказ младший Легостаев и Маринетт тут же пошла за сладостями. К булочками она ещё положила мясной пирог, который так нравится оборотню.        — Как другу моей дочери и его семьи берите бесплатно. С наступающим Рождеством вас! — Никита быстро перевел сказанное своей семье. Те с улыбкой начали, скорее всего, благодарить Томаса. Только девушка хитро прищурилась и что-то сказала брату. В ответ парень недовольно нахмурил брови и скривил нос. В начинающуюся перепалку вклинились их родители.        Выслушав родителей и немного покивав в конце, Никита повернулся к Дюпен-Чен и спросил:        — Мари, ты бы не хотела с нами прогуляться?        — Верно! Иди погуляй с одноклассником, развейся, — подхватил мистер Дюпен.        — Ну ладно. Подождете немного? Я быстро сниму фартук и возьму куртку, — сказала Маринетт и пулей понеслась в свою комнату. Там она сняла фартук, причесала волосы, надела куртку, шапку и шарф и спустилась вниз. Надев ботинки, девушка вышла к другу и его семье и, попрощавшись с отцом, вышла на улицу вслед за другом.        Прогулка была по всему городу. Почти с самого ее начала родители одноклассника отделились от ребят. Никита познакомил Маринетт со своей сестрой Мариной. Она оказалась очень веселой и умной девушкой двадцати трёх лет. У Эйфелевой башни сестра друга просила его пофотографировать ее и всякий раз кидала в брата снежки, когда фото плохо получалось. Так же Марина делала снимки с Дюпен-Чен и все время пыталась уговорить брата на фотографию.        За время прогулки Маринетт успела кучу раз поиграть с Легостаевым в снежки, слепить снеговика и поваляться в снегу, рисуя снежных ангелов. С родителями ребята встретились в парке, там как раз шла фотосессия Адриана. Легостаевы вызвались проводить девушку до ее дома.        — Вы наверняка мало знаете в Париже. Давайте вы отпразнуете Рождество вместе с нами, — предложила Сабина, мама Маринетт.        — Но это же семейный праздник! — воспротивился Никита, опережая фразы своей семьи.        — А так же его празднуют вместе с друзьями. Приходите, мы будем очень вам рады! — подхватил Томас, обнимая жену за талию. Переведя семье на русский приглашение Дюпен-Ченов, парень стал ждать их ответа.        После получение ответа отца и одобрения Марины и мамы, Наследник снова обратился к парижанам:        — Родители согласны прийти к вам в гости на Рождество.        — Вот и чудно! Ждём вас в канун праздника в пять часов. С Рождеством вас! — ещё раз поздравил Легостаевых Томас. Попрощавшись и поблагодарив, русские пошли к дому Куртцбергов, где вся семья и жила. Констанция уехала к сыну в Россию и разрешила семье Никиты остаться у нее, а она с Натаниэлем будет у них.        Засыпала Маринетт с радостью и счастьем. Она будет праздновать Рождество с оборотнем! А затем, по сложившейся традиции, пойдут гулять по городу вместе с Альей, Нино и Адрианом. Почему-то сейчас имя Агреста не вызывает такую бурю эмоций в девушке как раньше. Зато ее порождает другой парень с изумрудными глазами и мягкой шерстью.