Я пахну шоколадом, а ты пахнешь снегом

Двадцать четыре. Я убила уже двадцать четыре человека, но до сих пор не знала, как унять стучащее сердце, когда прячешься. Только вдохи, которые считаешь, да крики петухов, которые осталось услышать до рассвета. Вокруг моей камеры были слышны шаги моих надзирателей, иногда от скуки я считала их, отмеряя время до моего следующего допроса. Быть сильной, скучать от обыденности, долго обходиться без воды - лишь малая толика вещей, которым он меня научил. - Отойти от двери! Руки держать перед собой! Как же они меня боятся! Меня, без оружия, наряженную в женское платье и исподние юбки. Допросы почти не отличались один от другого, я снова и снова отвечала на одни и те же вопросы, которые не кончались. В большом зале удушливо пахло гарью сотен свечей и смрадом людской плоти горожан, которые столпились поглазеть на меня. Людям часто нравится разглядывать пойманную бабочку, когда кто-то другой отрывает у нее крылья. Темно-синее мятое и грязное платье, в которое меня обрядили, совсем не было похоже на мои прежние наряды девушки из высшего общества. И хотя мои руки были надежно скованы наручниками, за моей спиной совсем близко стояли два стражника, держа мечи наготове. Передо мной сидело трое мужчин и одна женщина и более десяти человек за ними, когда один из трех встал и начал зачитывать речь: - Сегодня состоится девятый допрос свидетеля по делу о предательстве города Мираха. Назови себя и поклянись на священной книге “Нуа” говорить только правду. - Клясться я не буду ни о чем, - произнесла я и услышала как гул прокатился по толпе. - Мое имя Юки Илматар, я дочь главы города Мирах, ныне погибшего. - Сколько тебе лет? - Двадцать три. - Когда ты в последний раз видела своего отца? - Около года назад, когда покинула город. - Ты уже тогда участвовала в заговоре против Империи? - Я никогда не участвовала в заговоре против Империи. В зале снова стало шумно, и стражники бросились, чтобы утихомирить особо громко кричащих. - Ты сбежала из города с убийцей известным под именем “Кьит”. Вы уже тогда были любовниками или он тебя завербовал намного позже? - Он меня никуда не вербовал. - Где он сейчас? - Я уже сто раз говорила вам, что не знаю. Я думаю, что он убит. - Ты веришь в Нуа и выполняешь обряды, завещанные всем женщинам нашего мира? - Когда я родилась, меня приняли в Нуа, но сейчас я придерживаюсь других взглядов. - Так во что ты веришь? - Я считаю, что наш мир был создан Пришедшими. Снова послышались возгласы из толпы, а в мою сторону полетело несколько грязных тряпок. “Обрить ее и в шлюхин дом отправить!” - крикнул кто-то, но дальше было слышно, как кричащему заткнули рот. - Это Кьит рассказал тебе о Пришедших? - Я слышала о них и раньше, но он дал мне больше информации. - Кьит пользовался магией? - Он использовал вещи, назначение и устройство которых я не знаю. Это можно считать магией? - Ты сама принудила его возлечь с тобой или он взял тебя силой? - Что?! Что за чушь вы несете! Какое это имеет отношение к павшему городу, Ополчению, убийству моего отца и тысяч моих земляков?! - Ты понимаешь, что ты остаешься главной подозреваемой в заговоре против твоего отца, против своего города и против нашего Императора? Но мы уверены, что ты являешься лишь заблудившейся овцой, которая не ведала, что творит. Признай, что поддалась своей слабости и влюбилась в Кьита, и исполняла его волю, потому что глупа, как и все женщины. Но ты должна выдать местонахождение своего любовника, тогда мы поймем, что ты хочешь сотрудничать. - Освободите меня и я начну сотрудничать. Судья взялся за голову, упорно буравя взглядом стол. Как же сильно они боятся меня даже сейчас! Я уверена, что меня до сих пор не бьют и не насилуют в моей камере лишь потому что страшатся остаться без своих драгоценных яиц. - Расскажи о своей матери. - Моя мать была родом из дальней провинции Толла. Когда мне было десять, она поехала навестить своих родственников, но так и не вернулась. Отец долго искал ее, но не обнаружил никаких следов ни от нее, ни от сопровождавших ее людей. Именно туда я и направлялась, когда Ополчение подступило к стенам Мираха, и мой отец понял, что город будет взят и сровнен с землей. Ассасин подвернулся как нельзя кстати, чтобы сопровождать меня. - К сожалению, нет никого, кто мог бы подтвердить истинность твоих слов. Но продолжим. Твоя мать готовила тебя к замужеству, воспитывала, как женщину, готовую следовать Нуа, прислужницу мужа своего? - Моя мать, как и мой отец воспитывали меня свободным человеком, а не рабом. - Говорят, что Кьит носит повязки на лице и теле, потому что на самом деле не является человеком. Ты видела его обнаженным? Его физиология соответствует человеческой, а органы находятся на нужных местах? Происходили ваши соития в темноте или по его обычаю это нужно делать на свету? - Я не буду отвечать на подобные вопросы, чтобы потешить ваше воображение! - Ты должна понять, что твой единственный путь спастись - выдать убийцу, рассказать все, что знаешь о планах Ополчения, покаяться и исполнить волю Императора - принять мужа своего и быть его тенью до конца своих дней, - уголок рта у судьи нервно подрагивал, когда он смотрел на меня похотливыми близко посаженными глазками. - Если бы вы хотя бы день провели в Ополчении, то не сидели бы тут сейчас так самонадеянно. Я лучше умру свободной, чем буду жить рабыней. - Зря ты противишься, Юки. Все присутствующие здесь хотят помочь тебе, но мы не можем, пока ты сама не пойдешь нам навстречу. По закону у нас есть неделя на вынесение приговора, если ты не сознаешься. За твои деяния тебя следует казнить, если бы ты была мужчиной. Но женщину мы отдаем в шлюхин дом после того, как каждый желающий попробует ее на площади. Но у тебя еще есть шанс одуматься, рассказать все и стать верной женой одному из простолюдинов. Мне нестерпимо захотелось харкнуть в его покрасневшее сальное лицо, но только плевать так далеко Кьит меня не научил.