I'm your hope, but I'm your danger

Чимин, стоявший на кухне Хосока, недовольно топает ногой и переглядывается с Чонгуком, тот разводит руками, мол «бывает». —И как вы умудрились? - возмущается Пак, смотря на Хоупа, что шмыгает носом и время от времени чихает. Они только зашли, а тут нате — вместо одного больного, уже два. —А я ему говорил! - оправдывается Тэхён, так же как Хосок хлюпая носом, и поворачивает голову в сторону парня. —Ой, да? Чего сам не отстранился тогда? - отзывается Чон и бросает на младшего насмешливый взгляд. —А ты чего? - язвит в ответ Тэхён, да так и застывает, ибо на Хосока смотреть опасно. Чон сейчас такой домашний и мягкий, что младшему вновь хочется зацеловать его всего. Тэ наблюдает, как Хо так же завороженно смотрит на него, а потом начинает тихонько сокращать расстояние между ними. —Так, голуби, мы всё ещё тут. - обращает на себя внимание Чонгук. —Кто бы говорил! - фыркает Тэхён, недовольный испорченным моментом. - сами ничем не лучше. Я рассказывал как они целовались под… —ТЭХЁН! Я же просил! - пищит Чимин, краснея. —Стоп, он знает? - бросает ошарашенный взгляд на своего парня Гук. —Ну… я это…- запинается Пак и раздражение окончательно сходит с его лица, уступая место смущению. —Похвастаться хотел. - выплевывает Ким насмешливо, ведь было действительно забавно наблюдать за этими двумя, когда те сгибаясь в четыре погибели, чтобы чмокнуть друг друга в губы под столом в аудитории. Наверное тогда им было мало зажиманий в туалете, во дворе или за каждым возможным углом. —Эй! —Чимини, мне конечно приятно, но пусть наше личное, будет нашим личным, хорошо? - мягко спрашивает Гук и тянет мизинец, совсем по-детски, но Пак отвечает, сплетая их мизинцы и тихо, совсем неслышно, проговаривает «прости». —Но всё же это того стоило. - вдруг выдает Чон, довольно улыбаясь, и вспоминая их ленивое утро в постели с длинными, нежными, страстными, напористыми, жадными поцелуями. —Так всё, валите в кровать! Живо! - командует Чим и разворачивается, чтобы сделать чай. Тэхён и Хосок переглядываются и срываются с места на перегонки, чтобы вместе завалиться под одеяло и наградить друг друга долгим приторным поцелуем, а Чонгук остается, чтобы обнять Пака со спины и чмокнуть в шею, открытую Чимом специально для этого. Они потом ещё будут все вместе сидеть на одной тесной кровати и разговаривать обо всем. Каждый со своим счастьем в руках и всё равно что будет дальше, для Хосока главное Тэхён, обнимающий его поперек талии и сонно бормочущий что-то в его грудь, пока его волосы находятся между чоновыми пальцами, а для Чонгука личное счастье Чимин, что откинувшись на него всем телом, устроился между его разведенных ног, переплетая их пальцы и ведя сонный диалог с Тэхёном. Оба Чоны улыбаются и без слов понимаю друг друга. Это определенно стоило их страданий…