СВЕЧКА

За долгие годы жизни Зимним Солдатом Баки Барнс сумел избавиться от множества дурацких привычек. В том числе, привычки переживать о несущественных вещах. Или вещах, с которыми ничего нельзя было сделать. И еще вещах, которые не меняют главного. Так вот, его главным было то, что действия и поступки Стива Роджерса однозначно утверждали: он любит Баки. Любит до сих пор. Любит любым. Любит, не взирая ни на что, кажется, в тысячу раз сильнее, чем раньше. Это было главным, потому что определяло все прочее. Куда менее значимое, а, стало быть, несущественное. Стив Роджерс любил его. Стив, Стиви, его родной, единственный любил его. А все остальное были мелочи, с которыми можно было жить. Как, например, с восставшей из пепла после их воссоединения сокрушительной ебливостью Стива. Что ж, Баки теперь был Зимним Солдатом. Он был теперь сильнее и выносливее, фактически, стал вровень со Стивом. И тоже очень соскучился. Стосковался. Даже словами невозможно было описать как. В целом по Стиву. Но и по сексу с ним тоже. Не думая ни о чем, не вспоминая, где и зачем они, Стив и Баки предавались любви без устали и сомнений. Пропитывались друг другом, срастались обратно, сходились по швам, будто беспощадно разорванное судьбой единое целое, настолько метко и правильно, что Баки иногда казалось он задохнется от одной мысли, как (КАК?) он мог столько времени обходиться без этой части себя. Определяющей, основной. Главной. И он ни капли не сомневался в словах Стива, который рассказал ему, как в тот миг, когда он подумал, что Баки больше нет и уже никогда не будет, все терзавшее его сексуальное желание разом пропало, будто и не было его никогда. И в новом, распущенном и беспардонном времени его не заводили ни бесстыже трясущие налитыми соком задницами латиноски в шортиках и стрингах, ни в открытую обнимающиеся мужчины на улицах, ни другие проявления сексуальности и открытости. Он просто никого не хотел. Его тело не работало без Баки. И заново оглушительно болезненно вспыхнуло им, когда Стив воочию убедился, что Баки жив. И как хотелось его, когда они дрались на хеликериере. И как было мучительно стыдно от неуместности этого желания в тот момент. Баки смеялся и целовал Стива. Дышал им, думал только о нем. И ни слова не сказал ему о том, что было с ним в ГИДРе. Просто взял и вычеркнул это время и эти вещи из своей памяти. Потому что теперь умел жить главным. А еще научился говорить «нет» и останавливать Стива, когда не хотел его. И очень сильно гордился этим. - Свечка, - сказал Баки, наблюдая за тем, как ослепленный адреналином и совсем близко прошедшей рядом с ними опасностью Стив бешено дрочит в душевой обновленного ЩИТа. - Что? – спросил Стив, потерянно глядя на него сквозь струи воды. - Свечка тебе нужна, ебливое ты создание, - фыркнул Баки и просто пошел и привел Брока. Вылеченного и реабилитированного после бесчисленных ведер дерьма, которое они все трое прошли после разоблачения ГИДРы. - Брок – это Стив, Стив – это Брок. Вы друг друга знаете, - прямолинейно подошел к делу Баки. – Стив, Брок сходит по тебе с ума с тех пор, как увидел. Брок, Стив залипает на твою задницу, я сам видел, поверь мне. Мы все друг друга простили и приняли. Теперь ебитесь, и да будет вам хорошо, а я больше всего на свете хочу пойти спать. - Рамлоу, ты? – Стив напряженно и недоверчиво глянул на командира СТРАЙКа. Тот молча вздернул подбородок выше, ухмыльнулся и только коротко кивнул. Но Баки видел, как Стив сдерживает себя. - Смелее, сладкий, - Баки провел рукой по бедру Стива, подталкивая его к Броку, а потом сам посмотрел в пьяные от близкой возможности невозможного глаза Брока. – Поверь мне, Стив, он выдержит. Он очень сильный. И очень глупый. Прямо как я. Стив решительно шагнул вперед, протянул обе руки, и Брок втек в его жаркое объятие своим смуглым рельефным телом, будто в горниле сплавились между собой два металла. Баки с минуту наблюдал за тем, как они жадно целуются, как руки Брока, дорвавшиеся наконец, ошалело шарят по великолепной спине Роджерса, а потом повернулся, чтобы уходить. - Бак, - окликнул его Стив и посмотрел на него темными от поволоки глазами: - Останься. Мне нравится, когда ты смотришь. *** - Прямо свечкой? – недоверчиво спросил Брок, покосившись на Роджерса. Они все трое лежали в давно уже ставшей общей постели, где Стив обычно так качественно поочередно заебывал их обоих, что у самих Брока и Баки сил оставалось только на то, чтобы лениво целоваться, обмениваясь шуточками и сальностями. - Так что же ты ему силиконовый хуй не купил? – чуть ядовито полюбопытствовал Брок, зарываясь пальцами в волосы Стива после нескольких часов секса теперь лениво целующего ему живот. – С вибратором и шипами. И то лучше, чем я. - Брок, не дури, - отмахнулся Баки, одной рукой поглаживая загривок Стива, а второй настойчиво повернув его лицо к себе за подбородок. – Ты меня знаешь. И Стива тоже. Я бы не подпустил тебя к нему из одной только благодарности за то, что ты ко мне по-человечески относился. И он бы не стал спать с тобой, просто потому что ты не против. Потому что Стив не спит с мужиками, кроме меня. Но с тобой спит. Так что не переезжайся. А то дожили до того, что Зимний Солдат должен рассказывать им о чувствах. - Не должен, - Стив поднял голову и поцеловал Баки ладонь. – Ты никому ничего не должен, Баки. Броооок, - Стив умудрялся так чувственно выдыхать его имя, что всем троим хотелось скорее вернуться от разговоров к прерванному занятию. – Просто доверься. - О, твоюжмать, да! – Брок вскинулся, когда Стив наклонился над его пахом. - Я не говорю, что это просто – быть с ним, - шепнул в волосы Брока Баки, ближе прижимаясь к нему. – Но ты научишься. Я помогу.