Всё под контрактом

Обыденное утро, когда знаешь, что всё будет так же, как и вчера. Второй день подряд и каждый раз что-то новенькое. Иногда, когда начало дня проходит не так, как ты привык, это начинает немного раздражать. Сегодня нужно было в 6 утра ехать на тренировку. Клип и фотобук были готовы, поэтому оставалось только готовиться к дате релиза. Если ты даже на все сто уверен, что знаешь хореографию, все равно нужно было присутствовать в зале для практики. Будильник на телефоне прозвенел всё на той же тумбочке. — Ёнмин, выключи, — с хрипотой сказал Донхен и промычал в подушку. В ответ была тишина, а не шуршание одеяла от движений парня. Это показалось немного странным, а мысли в голове заглушали раздражающий звон. «Какого?» — подумал парень и, преодолев свою лень, поднял голову. И даже когда перед глазами всё было размыто, он понял, что в комнате находится один. Постель была заправлена уже как несколько часов. — Ёнмин, черт возьми! — крикнул парень, думая, что он находится на кухне и пьет свой любимый кофе. На крик никто не отозвался и было чувство, что он крикнул в пустоту. Тогда стало немного не по себе. Находится одному в квартире — это как пытка для Донхена. Он сбросил одеяло и босиком побежал на кухню. Не было ни единого намека на завтрак. Неужели, Енмин ушел, даже не покушав? Хотя нет. На столе стояла чашка из-под кофе. Около нее на стол была приклеена записка, которую Донхен оторвал и попытался разобрать хотя бы одну букву. «Я уехал на съемки. Тренируйся без меня». Кроме этого снизу карандашом было написано: «не забудь покушать», но надпись была стерта стерашкой. Заметив это, Донхен улыбнулся и прислонил записку к глазам. Это было так мило, что парень расплывался от смущения. Енмин волнуется, но не хочет показывать этого. Кажется, слишком торопился, что даже не смог стереть свои следы заботы. — Сам-то не поел, дурак, — прошептал Донхен, продолжая смотреть на стикер.

***

Умывшись, Донхен быстро позавтракал яичницей с чаем и, одев какие-то темные штаны и футболку, выбежал на улицу. Там его ждал менеджер. Парень закинул в машину рюкзак, который таскал везде с собой. Натянув ремень, он вздохнул. А ведь это только начало. — Вы отвезли Енмина? — Донхен решил начать без «здравствуйте». Это его интересовало больше всего. Ответ и не мог оказаться другим, но он решил быть полностью уверенным. — Да, — менеджер задержал паузу и продолжил, — мне будто дали двоих детей разного возраста. Одного надо везти в садик, а другого в школу. Айщ, за что это всё? — Хах, спасибо вам за усердие. Я вам кофе куплю после тренировки, — Донхен такой человек, который сам мог страдать, но людей вокруг делал счастливыми. Будто считал это своим долгом. — Ай, этот мальчишка. Ты как всегда. Вот умеешь же, — менеджер улыбался, дергая плечами от смущения. Кажется, это было уже не первый раз. Донхен пользовался своим обаянием. Он умеет находить подход к людям. Полная противоположность Енмина, который не так часто любил разговаривать.

***

Тренировка шла уже несколько часов. Музыка не прекращала идти из колонок. Донхен не умеет остановится и отдохнуть от работы. Он не сводил взгляд с зеркала, пока кто-нибудь не скажет ему: «Донхен, хватит». Обычно это был Енмин, который заставлял его остановиться и выпить хотя бы воду. Сейчас же пот шел по телу, словно рекой. Одно и то же движение повторял несколько раз до полного идеала. Вся футболка стала мокрой, что ее можно было выжимать. Этому парню срочно нужен душ. Он продолжал танцевать, пока в зеркале за своей спиной не заметил часов. Уже 13:25. Восемь часов пролетели совсем незаметно. И, только осознав это, он заметил боль в теле, а особенно в ногах. Стало неприятно даже от самого себя. Благо в рюкзаке есть сменная одежда и он без проблем сможет сходить в душ, который находится в здании. Донхен схватил рюкзак с пола и направился к заветной двери в коридоре. На его удачу душ не был занят и, зайдя в ванную, он начал раздеваться. Всю мокрую одежду он повесил на стул, а сам направился в кабинку. Одно движение руки и на уставшее тело парня полилась холодная вода. Самое лучшее, что может быть в жаркую погоду. Тело покрылось мурашками, и легкое расслабление превращается в закаливание под ледяной водой. Пару секунд под таким душем было достаточно и он мог приступить к мытью головы. С этого момента и начинается диалог с самим собой. Он взял шампунь с ментолом, который так любил. Надавливая на упаковку, он думал: «интересно, а что сейчас делает Енмин?». Две руки начали быстро перебирать волосы, и шампунь стал пениться. От избытка пены она начала стекать вниз по телу парня. «Он еще долго там будет? Может мне стоит его навестить?». Снова включив кран, уже полилась теплая вода. «Наверняка, он еще не ел» — пронеслось в голове и Донхен взял мочалку. Намылив ее, он начал проводить по шее и плечам «Может сходить в магазин?». Спустившись ниже он начал тереть мочалку об пресс, иногда переходя на спину. «Куплю ему что-нибудь вкусное» с этой мыслью он закончил. Сейчас же Донхен снова стоит под холодным душем, закрыв глаза. Несколько секунд просто молча. Он начал вытираться полотенцем, смотря на рюкзак. Когда тело было полностью сухим, Донхен взял сменное белье и одежду. На этот раз черные шорты до колен и просторная светло-розовая футболка. Выйдя из здания, он сделал глубокий вдох и расслабился. По улице ходили люди, явно торопясь на обеденный перерыв. Донхен направился к ближайшему магазину. Пока он шел, его волосы успели высохнуть, но пару небольших мокрых пятен были видны на его плечах. Как же вовремя он взял свою черную маску. Дело в том, что он мог ее забыть дома, но сейчас, как на удачу, она была в рюкзаке. Так он чувствовал себя намного комфортнее. Если увидят и сфоткают, маска будет спасением. Открыв дверь, сверху послышался звон ударяющихся друг об друга стеклянных палочек. Из-за этого предупреждающего звука, продавец обратил внимание на посетителя и отложил свой телефон. Донхен кинул на него проверяющий взгляд: узнали ли его? Кажется, нет. Донхен проходил мимо полок с едой в разных ярких упаковках. Все будто наоборот отталкивало, и он продолжал идти, вроде бы смотря на них, но не с таким желанием. Нет, ничего такого, чтобы он не купил, Енмин без всякого презрения съел бы. Купив ему рамён, он скажет: «Ты хочешь, чтобы я был не красивее тебя? Это не полезно», хотя сам прибегает к переполненной полке и пачками скупает, ведь времени на поесть почти нет. Если купить шоколад, он посмотрит, как на полного идиота, но ведь с другой стороны, Донхен просто хотел побаловать его чем-то вкусным. Парень просто схватил холодный кофе в упаковке с трубочкой и булочку, которую готовили прямо в магазине. Если он будет возмущаться, что это мучное, то тут придется прибегнуть к плану «Б» и просто затолкать ее ему в рот.

***

Енмин продолжал сменять позы каждую секунду и пристально смотреть в камеру, но взгляд иногда падал на часы. Сколько можно уже менять образы, мейк, характер? Это только первый день, но он уже ужасно устал. Перерыва на обед не было и кажется, он сейчас сойдет с ума. Вот, только Самуэль был поддерживающей опорой. Это были его не первые съемки и он все еще хорошо держался. — Енмин, устал? Тогда оперись на меня. Ты сможешь чуть-чуть отдохнуть, при этом сделаем классные снимки, — Самуэль улыбался, а его темные глаза искрились. После этих слов он отошел назад и встал за спиной Енмина. Блондина это немного удивило. Отдохнуть? Тогда он, ничего не ответив, просто положил голову почти рядом с шеей Сэма и плечом упирался об его плечо. Для него было это странно, но фотограф похвалил за отличную командную работу, ни о чем не подозревая. Кожаные куртки терлись друг об друга от чего создавался характерный скрип. Самуэль аккуратно схватил одной рукой за талию Енмина, от чего тот вздрогнул и посмотрел в глаза брюнета. Самуэль смотрел в камеру и прошептал: «продолжай держать образ». Для фанаток — это милый скиншип, а для фотографа — хорошие снимки. Самуэль будто профессионал этого дела и думал сразу о всех взглядах, что будут смотреть в журнал. Енмину было немного неловко работать с ним. Когда ты был опорой для младшего, когда время работы увеличивалась из-за смеха и постоянной болтовни с Донхеном. С Самуэлем же всё шло гладко и без шума. Ему можно было доверять и спокойно выполнять то, что велят. Полный комфорт. Но всё же какая-то тоска присутствовала. Енмин скучал по тем невероятно длинным дням, которые явно длились больше, чем 24 часам. С Самуэлем всё проходило просто идеально и никакого разногласия. Но что это за чувство? Скучает по тем ссорам? Что за бред? — Молодцы! Мы отсняли сегодняшние образы. Спасибо вам. Вы сработались лучше, чем я ожидала, — сказала женщина позади фотографа и негромко хлопала, — мальчики, увидимся завтра. Она кивнула головой стаффу и те начали собирать оборудование, одежду, косметику. Софтбоксы по одному выключались и в здании становилось темнее. Самуэль расслабился и посмотрел на Енмина. — Ты хорошо справился, хён. Нам нужно переодеться и мы можем отдохнуть, — в голосе уже слышалась усталость. Поразительно то, как он меняется, стоит только камере выключиться. — А, да-да, — Енмин засмотрелся в эти темные глаза. Всё же восхищался младшим. Его стойкостью. Парни направились в гримерную, чтобы сменить одежду и смыть тяжелый мейк. В комнате был огромный кожаный диван бордового цвета, на котором разбросаны разные вещи. На белых столах с зеркалами раскидана косметика и аксессуары. Такая обстановка была уже привычной. Енмин снял черную кожаную куртку, в которой было невероятно жарко. Он кинул ее на диван и теперь парень стоял только в темных джинсах. Блондин взял маленький вентилятор, что лежал на столе и это было его единственным спасением. Самуэль переодевался лицом к стене, поэтому не видел этой картины. — Хён, — повернулся брюнет и что-то заставило его замолчать. Он наблюдал, как Енмин проводит чуть ли не впритык вентилятором от своей шеи до пресса. Блондин от легкого ветерка чуть приоткрыл рот и смотрел на потолок. — А? — Енмин направил взгляд на Самуэля, который будто застыл в позе. После пару секунд Сэм пришел в себя. Кажется, его взгляд приковался к светло-голубому вентилятору. Затем он поднялся до губ Енмина, которые были приоткрыты. «Интересно, какие они на вкус?» подумал Самуэль. Он не задумывался о своих мыслях. Просто стало интересно. Мальчишка раньше не интересовался парнями, а тут вдруг что-то резко изменилось. Нет. На самом деле, чувства к Енмину были уже очень давно. С начала продюса. Он до сих пор помнит, как в репетиционном зале наблюдал за Енмином. Смотрел, как он улыбается и в ходе разговора случайно дотрагивается до Донхена. Было завидно. А тут такая возможность. Самуэль не хотел медлить. Что, если он снова потеряет шанс? Что, если всё снова повторится, как в прошлом? Он уже устал от звания «просто друг». Медленным шагом он направился к Енмину. Блондин смотрел озадаченным взглядом. Он подумал, что, может, взял личный вентилятор Самуэля и мог этим задеть его, но вдруг почувствовал на своей щеке дыхание. Лицо Муэля так близко, а их губы касались друг друга. Енмин находился в шоковом состоянии. Он не мог двинуться. Будто ноги и руки были связаны. Его глаза смотрели на закрывшиеся веки, кажется, уже не друга. Енмин почувствовал, как краснеет и ему снова стало жарко. Он не смог отодвинуть парня да и зачем? Его глаза медленно закрылись и он приблизился к телу Самуэля почти опираясь. Из приоткрытой двери выглянул Донхен. Его улыбка сияла, но она быстро сошла с лица. Парень потерял дар речи. Ощущение, будто в колени стрельнули пулями и он был готов упасть и плакать от боли в них. В глазах началось все расплываться из-за появляющихся слез и парень решил быстро удалиться. Он убегал так быстро, что есть сил. Вытирал свой слезы руками. Какого черта они не хотели останавливаться? Солнце на улице резко ударило в глаза. Донхен со всей ненавистью кинул в мусорную урну кофе и булочку. Сам не понимал, почему испытывает такие чувства. Всегда считал Енмина своим другом и напарником, так почему? Ведь это его личная жизнь. Он ненавидел себя за это. Он считал, что это просто нужно отпустить, но не получается. В душе зародилась сильная ревность, и он хотел крушить всё вокруг. Это не тот добрый и милый Донхен, о котором все знали. Сейчас смешанные чувства разъедают его изнутри. Енмин аккуратно гладил коричневые волосы, а представлял такие мягкие и черные. Он чувствовал запах резкого одеколона, а представлял детский шампунь, смешанный с ментолом. Он целовал Самуэля, а представлял Донхена.