Серые тона Детройта

Забота о ком-то – это всегда не самая простая вещь. Особенно забота о больном, поскольку всё по-разному реагируют на болезнь. Кто-то агрессивен, кто-то спокоен. Кто-то предпочитает народную медицину, кто-то обычные препараты. Однако Гэвин вполне неплохо справлялся: менял компрессы на голову в моменты самой высокой температуры, готовил правильную еду, ходил за лекарствами в магазин, следил за показателями Рида. Ему пришлось немало программ скачать, дабы уметь всё это делать и не зря. Казалось бы, обычная ангина, в 2039 году её достаточно просто вылечить, но риск того, что будут тяжелые осложнения, есть всегда. Это знает, как сам андроид, благодаря программкам, так и сам Ричард. Вообще Рид и раньше болел ангиной, но тогда он почти не ощущал себя больным. Опять же, в детстве проще переносить болезни. Сейчас он завидует мелкому себе, который умудрялся и болеть, и быстро-резво передвигаться по дому. Ох, времена, времена. За шесть дней больничного Рид старался особо не болтать с напарником, потому что меньше всего на свете он хотел грубить и всячески отталкивать от своей персоны двухсотого. Они напарники, должны поддерживать хотя бы нейтрально-доверительные отношения, иначе это может плохо повлиять на их совместную работу. За шесть дней детектив привык видеть Гэвина у себя в доме, будто бы так и надо. Настолько привык, что теперь не хочет, чтобы андроид покидал его дом. Вот только не поймет, с чего бы это? Двухсотый ему просто напарник, не более того. Хотя Рич уже и в этом сомневался. Однако кое-что детектив интересное для себя отметил. Это было совсем недавно. Помните фотографию с белой и пушистой кошкой на столе у Ричарда? Да, это домашний питомец детектива. Зовут её Габби, ей буквально пару месяцев, но многих людей она сторонится или начинает на них шипеть и царапаться, если кто-то попытается её погладить. Она очень боится людей, вероятно над ней издевались какие-нибудь отбитые. Когда Рид возвращался домой, то он попал под сильный дождь и фактически полностью промок. Тогда он увидел маленькую кошечку, которая была вся в грязи, с царапинами на спине и ушах, она очень жалобно мяукала, будто бы зовя о помощи. Прохожие видели её, но всё равно шли дальше по своим делам. Сержант искренне не понимал, почему никто не может взять ещё живое существо к себе. Он стоял и смотрел на неё какое-то время, потом не выдержал, подошёл и забрал. Он привёл её в порядок, сводил в ветклинику и дал имя. Первое время она долго шугалась своего хозяина, царапалась и шипела, но потом она привыкла и даже стала давать гладить себя. Однако с остальными она не была такой мягкой и снисходительной. С появлением андроидов так и тем более. Каждый поход на улицу не обходился без того, чтобы хотя бы просто шипеть на проходящих, давая понять, что если ты её тронешь, то тебе не жить. Если андроиды не обращали на агрессивный комок шерсти никакого внимания, то некоторые пытались либо погладить, либо обходить стороной, смотря на нее с опаской. Вот только, кажется, помимо Ричарда, у Габби появился ещё один любимчик, на которого она не шипит. Как-то утром парень встал очень рано не то от плохого сна, не то от того, что просто хотелось пить. Он встал с кровати и очень тихо пошёл на кухню. Он застыл в проеме двери от достаточно необычной картины: Двухсотый сидел на полу, держа на руках кошку, гладил её и как-то по-детски улыбался. Это достаточно необычно и неестественно для андроида. Даже может для девианта. Кажется, эти железки куда человечнее людей, уж это стоило б признать. Габби нисколько не сопротивлялась, а лишь ластилась и довольно мурчала, сидя на руках у Гэвина. Уж, видимо, настолько был приятен этот дроид. Рид всё также стоял в проеме, молча наблюдая за этой картиной. Он был в некотором шоке. Непокорная кошка нашла себе такого же непокорного друга. Это и впечатляет, и выбивает из колеи. Из мыслей брюнета вывел внимательный взгляд двухсотого, который кажется отвлекся от своей идиллии. – Сделайте вид, что вы этого не видели, детектив. – с некоторой ухмылкой выдал андроид, которая после сменилась на некий оскал. Ричард лишь махнул рукой и ушёл обратно в свою комнату. Он сделает вид, но он всё равно это будет ещё долго помнить об этом забавном инциденте. Парень как-то вспомнил, как к нему в гости наведались Коннор и Хэнк. Что-то по работе уточнить, передать пару бумаг и, конечно же, поздороваться. Любит Рид убегать от разговоров с братом всякими способами, но не дома. Так вот, кошку пришлось запереть в комнате и поставить когтеточку. Хэнк – достаточно внушительная и сильная модель андроида, этим и пугал Габби. Ах да, у Андерсона есть собака по имени Сумо, возможно кошка чувствует запах собаки от того андроида, ну и от Коннора. Рисковать ещё один раз Рич тогда не стал, поэтому и запер её. А тут… Либо двухсотый умеет находить язык с кошками из-за каких-нибудь программ, либо Ричард очень плохо знает своего питомца. Последнее, конечно, бред, однако всякое может быть. Зато теперь Гэвину не избежать подколов и шуточек про этот инцидент, ведь это нисколько не вязалось с тем образом, который он поддерживал на работе. А на работе он серьезный и профессиональный робот-детектив. Хотя, возможно, андроид сможет выпалить тоже пару шуточек из серии «О, вы приревновали кошку ко мне, не выдержали этого и скрылись, чуть ли не плача». Однако кто может точно знать, что ожидать от этого андроида? *** Ричард проснулся посреди ночи от очередного кошмара. В последнее время они стали ему чаще сниться, вот только сегодняшний был намного куда серьезнее. Он резко привстал, обхватывая колени руками, чуть ли не скинул всё, что стояло на тумбочке. Рид тяжело дышал, чувствовал, как по телу прошлись холодные капельки пота, как трясутся руки и как быстро бьется сердце. Парень помнит каждую деталь своего сна, будто бы это было всё реально. Он может спокойно пересказать, вот только кому и зачем? Неужели так хочется кого-то грузить своими проблемами? То не дело. Но почему память вообще хорошо запоминает весь негатив, потом ещё и отдает не самыми приятными ощущениями, а вот что-то хорошее слабо помнится и от них тоже не очень приятно ощущение порой? Этого ему не понять. По крайней мере ему сейчас было далеко не до этого. Сержант сидел и прокручивал то, что увидел во сне, переваривая всё это. Он не замечает, как дверь открывается и в проёме появляется андроида. Выглядел он слегка обеспокоенным, говорил не очень громко: – Детектив Рид, вы кричали. Что-то случилось? Он не получил какой-либо ответ от парня, поскольку тот ещё был немного не в себе. Дроид ушёл на минуты три, а когда вернулся, то в его руках была чашка с чаем. Двухсотый включил в комнате свет, сел на край кровати и вручил в руки Рида чашку. Парень сделал пару глотков и, вроде, стал успокаиваться, собираясь с мыслями. – Сэр, снова дурной сон? Вы кричали во сне последние три ночи, но не просыпались. В этот раз было что-то очень серьезное? – спокойно поинтересовался Гэвин, смотря куда-то в пол. Ричард же сидел и не знал, стоит ли ему рассказывать эту дурную байку или всё же сдержаться, как и последнее время? Что-то внутри говорило, что стоит всё же не скрывать такое. От этого только хуже может быть потом. – Не сказать, что очень серьезное, но это меня задело немного. – начал было сержант, но его голос всё же ещё дрожал, - Мне снился ты, Йена (мисс Джонс), Коннор и Хэнк, ещё пару людей. Всем мы попали в лабиринт и пытались найти выход. Пока я шёл по верному пути, ты заводил остальных в тупики и там убивал с помощью пистолета. Сначала Хэнк, потом Йена, после Коннор и остальные люди. Почему-то оставил только меня живым. Я как бы не знал про эти убийства, но удивлялся, что наша группа сократилась до двух. Ты говорил, что остальные потерялись, не стоит их искать. Почему-то я на это согласился, и мы пошли дальше. Наконец-то мы выбрались, и ты признался во всех убийствах, объяснил, почему это сделал. А затем… Ты выстрелил себе в висок. Гэвин слегка нахмурился, перерабатывая эту информацию. Ричард прекрасно видел, как диод на виске его напарника менял цвет с голубого на желтый, с желтого на кроваво-красный, снова на желтый. Он молчал минуту или две, затем его диод стал голубым, и он внимательно посмотрел в глаза Рида, говоря: – Это просто дурацкий сон, забейте. Даже если бы у меня была веская причина, моя программа не позволила бы мне убить кого-то. Более того, мне абсолютно плевать на людей и андроида, которых Вы перечислили. Уж поверьте. А совершать самоубийство – не по мне, знаете ли. Почему-то от этих слов парню стало не по себе, но он всё равно постарался откинуть от себя эти мысли и кивнул. Он не знал, что ещё можно на такое ответить. Дроид прав, это просто он и на него следует забить. Хотя, конечно, Гэвин услышал далеко не весь сон. Рид утаил одну деталь. Во сне Гэвин признался в своих чувствах, падая на колени и держа в руке пистолет. Это было одно из причин, почему он убивал. Детектив быстро опустился к нему и зачем-то обнял, будто бы пытаясь спасти его от этих странных эмоций. Но машина всё равно не выдержала натиска и выстрелила себе в голову, шепча на прощание заветные три слова. Кажется, поэтому сержант так резко проснулся. Во сне он потерял, считай, всех, кто так или иначе был ему как-то близок. Готов был рыдать, как ребенок, но сдержался и благодарит себя хотя бы за это. Андроиду не обязательно знать эту часть сна, иначе он мог бы подумать, что его напарник, оказывается, влюблен Гэвина. Ричард сам не знал, почему ему это снится, да и не хочет особо. Просто хотелось бы всё это забыть и не вспоминать. Детектив смотрит на часы и лишь довольно хмыкает. 3:18 ночи. Спать не особо хотелось, по крайней мере пока. Стоило бы развеяться немного. У Рида даже появилась идея. – Жестянка, не хочешь глянуть фильм какой-нибудь? Я всё равно не собираюсь ближайшие часа два спать. – слегка улыбаясь, поинтересовался парень, вставая с кровати, вместе с пледом. Не дожидаясь ответа, он пошёл в гостиную. – Если вы ещё раз назовете меня «Жестянкой», то я вам что-нибудь сломаю, несмотря на то, что вы больны. Имейте в виду. – погрозил дроид, идя вслед напарнику, – Я бы порекомендовал вам оставаться в постели и попытаться уснуть. – Не сломаешь, я уверен. – довольно хмыкнул Ричард и плюхнулся на диван, включая телевизор, - Вот посмотрим фильм, и я вернусь обратно в кровать, а пока сядь рядом и засунь свои рекомендации в задницу. – В вашу? – с издевкой поинтересовался дроид, присаживаясь рядом. – Проехали. – фыркнул Рич и стал смотреть список фильмов. Почему-то взгляд пал на «Warm Bodies». Он смотрел этот фильм уже однажды и тогда он ему не особо понравился. Показался слишком надуманным, но сейчас почему-то появилось нехилое желание его пересмотреть. Гэвин видел, на какой фильм пал выбор и лишь пожал плечами. – Ужасы, мелодрама… Больше мелодрамы. Рекомендуется для парочек. Уверены, что нам стоит это смотреть? – Да мы с тобой и так как парочка. Парочка придурков. Да и фильм сегодня выбираю я, так что помолчи. – с тяжелым вздохом пробормотал Ричард, врубая наконец-то фильм. – В следующий раз выбираешь ты. – Ловлю вас на словах. – андроид расплылся в довольной улыбке. В этот раз Ричард, кажется, даже немного расчувствовался, раз ему начал нравится фильм уже на пятой минуте. Этот парень-зомби кого-то напоминал ему. Прям очень так хорошо напоминал. Зомби ничего не чувствует, не может видеть сны и живут только ради одной цели. Жрать чей-то мозг. Что касается другой главной героини, то и она была не так уж плоха. Её почему-то стало очень жаль, ведь парень у неё мудак, её отец тоже ведет себя как мудак, мать умерла и вообще её спас зомби. Не жизнь, а чертова сказка. Рид стал почему-то засыпать на том моменте, когда главная героиня и её подруга стали преображать зомби-боя, дабы он был похож на человека, и чтобы его можно было провести через весь лагерь, не вызывая подозрения. Нет, этот момент не скучный, просто скорее на сержанта нагонял сон из-за постоянных недосыпаний. Он чуть не упал вперед, но его успел поймать двухсотый и уложить его так, что он почти полностью лежал на диване, а голову детектива бережно положили на колени к напарнику. На удивление, было достаточно удобно, а от андроида веяло теплом. Это тоже было странно, но парень был слишком сонный, поэтому он не особо на это реагировал. И не реагировал на то, что Гэвин зачем-то стал аккуратно гладить его по волосам, второй рукой бережно придерживал за плечо напарника. Вообще, двухсотый очень был сейчас похож на человека, ведь на нем была обычная одежда, которую дал ему сам Рид, а не его форма, он слегка улыбался, его выдавал лишь его диод. Если бы его не было, то Рич не видел был особой разницы между ним и другими людьми. Почему-то сейчас Рид почувствовал идиллию полностью, отчего стал проваливаться в сон. И он реально уснул, не боясь за свою жизнь, за то, что пропустит конец фильма. Ему больше ничего не нужно было, кроме такого спокойствия. Сам Гэвин, убеждаясь, что брюнет уснул, наконец-то сам позволил себя уйти в спящий режим. *** Утром Ричарда разбудил звонок в дверь. На часах было восемь утра и поэтому детектив искренне не понимал, кто его может беспокоить в такую рань. Он медленно открыл глаза, привстал и слегка был удивлен. Если ночью он не придал значения, что Гэвин выступал для него подушкой, то сейчас он был готов треснуть этому наглому ведру по процессорам или что у него там было. Однако кто-то был очень настойчивым и долго звонил в дверь. Рид смекнул, что это его брат, потому что таким настойчивым бывает только он. Пришлось отложить свои разборки с дроидом, который сейчас сидел и довольно улыбался, на потом. Он медленно встал с дивана, кутаясь в плед и пошёл открывать двери. Да, он угадал, это был Коннор со своим андроидом. – Привет, Дик. Ну ты и соня. Я уже минут десять звоню в дверь, думал, что ты там уже умер. – вместо нормального приветствия выпалил Андерсон, улыбаясь. – Я знаю, что ты болеешь, но я не мог не навестить тебя. Я давно не слышал ничего от тебя о том, каково твое состояние. Близнец говорит достаточно быстро и внятно, отчего Рид лишь глубоко вздыхает. Хэнк стоит рядом, но предпочитает молчать. Он просто сканирует. Как и обычно. – Да, да, и тебя с добрым утром, Коннор. Черт бы тебя побрал так рано приходить. – сонно бормочет детектив, опираясь плечом на дверной косяк, - Я иду на поправку. Через неделю уже буду на работе. Что-то ещё? – Ты обязательно поправишься. – буркнул парень и посмотрел куда-то за своего близнеца, увидел двухсотого и ещё шире улыбнулся, - О, так Гэвин с тобой. Тогда ты очень быстро поправишься. Кстати, Йена просила передать тебе это. Она и сама могла бы, но она уехала в другой город. Андерсон выудил из кармана маленькую коробочку и отдал её Риду. Ричард потряс аккуратно предмет в своих руках и услышал небольшое постукивание о стенки. Он потом это проверит. – Что-то ещё, Коннор? – Так-то больше ничего. Нам нужно идти по делам, вечерам можем ещё зайдем. – оповестил Андерсон, обнимая своего брата, а затем он отстраняется и идёт прочь от дома. – Поправляйся. Рич лишь пожал плечами, закрывая дверь. Теперь было интересно, что находилось в коробочке. Рид сел обратно на диван, крутит в руках коробку, а затем всё же медленно её открывает. Гэвин, который сидел рядом, тоже внимательно смотрел на коробку. Интерес, оказывается, заразен. В коробке лежала записка и довольно знакомый браслет. Этот браслет он подарил ей три года назад, когда они встречались. Почему она его вернула? Возможно ответ в записке. Хотя руки уже немного тряслись, что заметил андроид, поэтому он вырвал из рук напарника записку и прочел первым. Его диод мигнул красным, потом снова сменился на голубой. Что-то, значит, не так. – Что там? – дрожащим голосом поинтересовался парень, смотря прямо в глаза андроида. – Мисс Джонс выходит замуж и переезжает. Просит прощения, если сильно обидела. Возвращает по той причине, что у неё достаточно строгий муж и не приемлет украшения от других мужчин. – спокойно отчеканил Гэвин и кинул записку в коробку. – Предлагаю это забыть. Сержант сидел в недоумении, он думал, что сейчас будет рвать и метать, но он был почему-то очень спокоен. Будто бы ничего не случилось. Он, кажется, разлюбил её окончательно, но руки почему-то тряслись. Минуту спустя эта тряска прекратилась. Он сложил в коробочку браслет и закрыл ее, вставая на ноги. – Ты прав. – четко проговорил Ричард и кинул коробку в камин, затем подкинул дров и поджег. Затем он вернулся на диван и стал смотреть на то, как пламя сжигает коробку вместе с содержимым. Он признался себе в том, что ни о чем не жалеет. Он счастлив, что девушка обрела счастье, но он больше ничего к ней не чувствует и это прекрасно. Двухсотый лишь довольно хмыкнул. Он не понимал, почему в голову детектива пришла именно такая идея об избавлении от коробки, но он не имел ничего против. Это был личный выбор Ричарда Рида.