Save me

      Тэхён смотрит, как закрывается железная дверь. Почти бесшумно, скорее всего из-за того, что по краям она обделана мягкой тканью. Чтобы не вызвать лишнего шума, не привлечь ненужного внимания, чтобы, то, что спрятано здесь, никем не раскрылось. Возможно, это посещаемое место, а возможно и нет.       Нужно что-то делать, но что? Просто сидеть на месте и ждать своей участи, которая стопроцентно не отдаёт оттенками светлого, доброго и волнительного. Блондин никак не может переварить тот факт, что старший брат Чимина, тот самый хён, который всегда улыбался и которого так любит его лучший друг, оказался не тем, кого его все видят. Непонятны мотивы, ведь Минхёк сам из богатой семьи, наследник, который уже не нуждается в помощи родителей. Его всегда окружала любовь и забота, что от отца и матери, что от Чимина, который в нём души не чаял. Тэхён его считал и своим старшим братом, ведь знакомы были с пелёнок. Да, старший ругался на младших, но только когда они проказничали и не слушались. Никогда он и слово злого не говорил блондину, никак не проявлял свою ненависть к нему.       Ким не помнит самого детства, хотя они ещё с младенчества играли с Чимином в погремушки, а Минхёка иногда оставляли за ними присматривать. Но хорошо помнит начальную школу. Когда они оставались дома у Чимина делать уроки, старший помогал им, подсказывал, а иногда что-то решал сам. Если младшие не понимали новой пройденной темы, терпеливо рассказывал, объяснял, находил простые примеры, чтобы друзьям стало понятнее.       До самой старшей школы он был рядом. Защищал от старших, которые их иногда пытались обижать. Ходил вместе с ними по торговому центру, водил в кафе и просто гуляли по улицам. Когда ребята учились в старшей школе, Минхёк уже учился в университете и много времени проводил в офисе. Их встречи стали реже, в основном Тэхён видел шатена только тогда, когда приходил в гости к Чимину и то только поздними вечерами. Он устало здоровался и уходил в свою комнату. Ребята понимали, что их любимый хён устаёт, на него свалилось много обязанностей, поэтому понимающе провожали взглядом и шли играть в приставку.       Но что вдруг пошло не так? Некогда любимый хён смотрел такими глазами, пустыми, стеклянными, а где-то внутри разжигалось пламя ненависти. Ким Тэхён, в чём ты виноват?       Слишком много ненужных мыслей, насчёт Минхёка Тэхён подумает потом, либо когда выберется отсюда, либо уже на том свете. Другого не дано. Нужно выкинуть все лишние мысли из головы и думать здраво. У шатена дни и ночи расписаны по минутам, значит он уже едет в офис, если сейчас утро или день, либо едет домой, чтобы не вызывать лишних вопросов.       Блондин снова проводит взглядом по всей комнате. Серый цвет бетона стен и потолка в полумраке наводит ни на самые позитивные мысли, от слабого света единственной лампочки, колонны пускают две тени в одной из которых прячется всё ещё бессознательный Чонгук. Киму не приходит ничего умнее, как подползти к двери. В любой другой ситуации парень посмеялся над собой, как он нелепо выглядит, когда словно гусеница переползает по полу. Но сейчас ему совершенно не до смеха, поэтому лицо сосредоточено и очень серьёзно.       Громкий стук быстро разлетается по всей комнате, сильные удары связанными ногами, приходилось прилагать много усилий, ведь тело всё ещё было достаточно ослаблено. Тэхён не жалел себя, не думал о последствиях, просто бил подошвами ботинок по железной двери. Около минуты, почти не прерываясь, а потом резко остановился и приложил ухо к двери. Ничего не слышно, только собственное сбитое дыхание вперемешку с сильным сердцебиением.       Ким приполз обратно к Чонгуку и сел к нему спиной. Руками старался перевернуть старшего на спину, нужно избавиться от крепких верёвок, возможно, у Чонгука есть что-то острое в карманах. Тэхён постоянно поглядывал в сторону двери, уже прошло около десяти минут, но после наведённого им шума, так никто и не пришёл. Наверное, это хорошо. Младший сильнее сжал пальцами чонгукову рубашку, потянул на себя, в районе плеч Тэхёну очень больно, но он продолжал тянуть старшего и через ещё несколько неудачных попыток — брюнет уже лежал на спине.       Первым делом, блондин прижался ухом к груди Чона, сердце равномерно билось, а грудная клетка плавно поднималась и опускалась. Лицо старшего спокойно и расслаблено, словно он спит, густые ресницы немного подрагивали. Тэхён пытался ровно сесть, начал внимательно осматривать старшего. Его рубашка поверх штанов, поэтому не видно, надет ремень или нет. Ким медленно наклонился.       Нет, он не должен сейчас ни о чём думать, кроме спасения. Но когда лицо так близко к паху старшего, губы начали дрожать, а тело покрылось мурашками. — Возьми себя в руки, — прошептал себе под нос блондин.       Тэхён схватил зубами за край рубашки и немного приподнял её. И даже не успев отпустить ткань, заметил, что ремня на старшем нет. А потом Чонгук пошевелился. — Ты пытаешься воспользоваться моим беспомощным состоянием? — голос прозвучал очень слабо, хрипло и неожиданно. Ким резко выпрямился и широко раскрыл глаза. На него в ответ смотрели два затуманенных чёрных глаза, на лице Чонгука играла слабая, немного вымученная ухмылка. — Хён… я… хён… — начал Тэхён. — Я хотел посмотреть, есть ли на тебе ремень. — Хотел о пряжку разорвать верёвку? Молодец, — слова давались Чону с трудом.— Повернись ко мне спиной и руками заберись ко мне в брюки. — Что? — глаза младшего становились всё шире и шире. — У меня с внутренней стороны брюк пришит карман, — начал объяснять Чон. — В нём ножик, карманы мои прощупали, а к паху только ты нос сунул.       Тэхён быстро отвернулся и сел к Чонгуку спиной. И не для того, чтобы быстрее достать нож, а потому что всё его лицо загорелось от смущения. Руками он нащупал пояс брюк старшего. — Ты так не достанешь, — сбивчиво сказал брюнет. — Расстегни брюки.       «Он издевается?» — мысленно выругался младший. Пальцами Тэхён нащупал пуговицу, если он дрожал, когда зубами цеплял рубашку, то сейчас его ладони начали потеть, парень закусил нижнюю губу. Нужно взять себя в руки, они в опасной ситуации, очень опасной. Пуговица не поддавалась, пальцы не слушались, она постоянно выскальзывала и не хотела выходить из петли. Ещё раз, ещё, ещё и ещё, да чтоб её, эту пуговицу. Блондин уже был готов вырвать её с корнем, но вот, получилось. Тэхён просунул руку под брюки.       Всё, дыхание остановилось. Что такое дышать? Как это делается? Это же не сложно, почему сейчас, кажется таким невозможным. Он прикоснулся к мощным бёдрам старшего, нежная кожа, её хочется гладить, покрывать поцелуями. Мысли в голове образовали кашу, а потом и вовсе покинули её. Потому что бабочки в животе начинают не просто порхать, а биться о стенки, заявляя о своих правах. Сердце замерло вместе с дыханием, а пальцы проходят снова по нежной коже.       Тысячу мысленных пощёчин дал себе Тэхён, чтобы не думать ни о чём лишнем. Нельзя, не сейчас. Выберутся и тогда он у себя в голове насадится на старшего во всех известных ему позах. — Кармашек ближе к внутренней части бедра, — направил его Чон. — Он издевается надо мной? — спросил сам у себя Ким. — Если бы я его пришил с внешней стороны бедра, — пояснил брюнет, словно прочитал мысли младшего. — Нож выпирал и выглядело подозрительно.       А Чонгуку не легче, помимо того, что у него болит всё тело, перед глазами всё плывёт, а в ушах стоит шум. Руки младшего, которые скользят на бёдрах, заставляют думать о не совсем приличных вещах. Руки сильно затекли, от того, что связаны за спиной на которой тот сейчас лежит. Но мысли только о тёплых руках младшего, который длинными пальчиками скользил по его коже. Сердце учащает свой ритм, дыхание сбивается. Говорить и так очень сложно, а теперь просто невыносимо. Старший закусил свою губу, рана на ней начала кровить, а на языке появился металлический привкус. Но даже это не помешало думать о руках, которые уже на внутренней части бедра, пытались расстегнуть, залезть в кармашек и достать небольшое холодное оружие. Господи, он и не мечтал, что когда-нибудь ощутит на себе прикосновения Тэхёна. Конечно, ситуация была не из лучших, но бурю эмоций внутри подавить было очень тяжело. Даже в таком ужасном состоянии, находясь на грани обморока. — Достал, — победно воскликнул Тэхён.       Чонгук постарался снова перевернуться на бок, чтобы Тэхён смог разрезать его верёвки. Что выходило с большим трудом, сил в теле нет совсем, каждое движение давалось с трудом. Его не только избили, но напоили, видимо тем же чем и блондина, только большей дозировкой, после чего брюнет отключился. Как только руки старшего оказались свободны, он перехватил ножик, снова лёг на спину и начал разрезать верёвки младшего. Как только они избавились от верёвок блондин постарался встать на ноги, что у него не получилось сделать с первого раза. Его пошатывало и чувствовалась небольшая слабость. — Дверь-то всё равно заперта, — Ким дёрнул за ручку и пожал плечами. — У меня к ручке ножа прицеплена скрепка, — Чонгук подкинул в сторону Тэхёна нож, самостоятельно встать у него не получалось, поэтому он сидел облокотившись на стену. — Помнишь, как я тебя учил?       Ещё бы он не помнил, они этому целый вечер уделили. Тэхён взламывал дверь собственной квартиры, под чётким руководством старшего. Блондин постоянно шипел на него, что если что-то пойдёт не так и он сломает замок, то они будут спать на улице. Но самым страшным оказались несколько царапин на замке, а главное у младшего начало получаться.       Блондин поднял ножик, который немного не долетел до него. Осмотрел внимательно со всех сторон и заметил скрепку. Выпрямив её, наклонился и посмотрел в замочную скважину. Не торопился, присушился. Он и сам не знал, что делать после того, как откроет дверь. Что ждёт их дальше и сможет ли вообще её открыть.       С первого раза не получилось, как он и думал. Со второго тоже. Чонгук сидел с полузакрытыми глазами и тихо говорил подбадривающие слова, что несомненно очень приятно. Наконец-то долгожданный щелчок, который сообщает о том, что стоит надавить на ручку и можно идти дальше. Блондин посмотрел сначала на старшего, потом на дверь и решил, что лучше немного открыть её и посмотреть.       Собственно, за дверью пустой коридор, который также слабо освещён, как и сама комната. А в конце виднеется лестница ведущая наверх. Неужели он снова в подвале? — Тэхён, — сказал Чонгук, когда тот попытался поднять его. — Может быть тебе лучше пойти одному, а потом позовёшь на помощь. Я же обузой буду, даже идти сам не смогу. — Хён, — Ким решительно замотал головой. — без тебя я и с места не сдвинусь.