remember this

На следующий день впервые за все время я завтракала в гордом одиночестве. На душе было паршиво, дождь за окном только усугублял ситуацию, вся обстановка ужасно тяготила, ведь я уже привыкла к тому, как Тэхен с набитым ртом делится нашими планами на день, или же просто ковыряется в телефоне, мило смущаясь, когда я заботливо убираю остатки джема с уголков его губ. Но сегодня он уехал очень рано, а мне без него и кусок в горло не лез. Когда часы не показывали ещё и восьми, он тихо заглядывал ко мне в комнату, но я сделала вид, что сплю, хотя сама всю ночь мучилась от бессонницы. Я не разговаривала с Тэхеном со вчерашнего вечера, затаив вселенскую обиду из-за его импульсивности, которая чуть не стоила нам жизни. Оставшись без ужина, я просидела под пледом одна ровно до того времени, пока друг не сдался и не отправился спать, так и не услышав от меня и единого слова. Я понимала, что слишком раздула произошедшее, ведь по сути ничего страшного не случилось, но меня до сих пор пробирал озноб из-за боязни того, что я снова могу оказаться на больничной койке, или, того хуже, в гробу. Чтобы хоть как-то скрасить время до сенса с доктором Чхве, я пыталась дозвониться до своей лучшей подруги Лиён, которая на протяжении месяца, по непонятным мне причинам, игнорировала мои звонки и сообщения. Она относилась к тому типу подруг, с которыми ты очень часто ссоришься по пустякам, но всегда приходишь на помощь по первому зову. Я доверяла ей многое, дорожила нашей дружбой, но сейчас искренне не понимала, что же я такого сделала? Мама, как и обычно, отлынивала от ответа, уклончиво бросала что-то том, что Лиён давно переехала и не оставила никаких других контактов, а Тэхен и вовсе предпочитал о ней не говорить, потому что эти двое почему-то возненавидели друг друга с первой встречи. Именно в это скверное утро я первый раз почувствовала себя действительно одинокой. Руки сами тянулись набрать номер Тэхена, но все же я пересилила себя и вместо этого просто вызвала такси.

***

Доктор Чхве нервно стучал по столу ручкой, рассматривая новые показания моих исследований. Он хмурил брови, пролистывая шуршащие страницы, и мне становилось не по себе, будто он мог объявить страшный диагноз. Я не просидела в больнице и получаса, но все же атмосфера болезни и смерти начала окончательно выбивать из меня все оставшиеся хорошие эмоции. Я чувствовала, что ещё чуть-чуть, и я расплачусь, испортив макияж, который так старательно пыталась нанести, но, к счастью, доктор Чхве прервал затянувшееся молчание. — Это достаточно странно, — он приложил указательный палец к губам, постучав по ним, и наконец-то посмотрел на меня. — Ин Сан, ваш мозг не подвергся значительным изменениям за время комы, поэтому я надеялся, что память постепенно начнет к вам возвращаться… — Но она не вернулась, — тихо продолжила я, теребя подол платья. — Похоже, что можно на это не надеяться? — Почему же? Шанс есть всегда, — мужчина вяло улыбнулся и устало откинулся в кресле. Казалось, будто он не спал долгое время: вид у него был помятый, под глазами пролегли тени, и он то и дело хватался за свой стакан с кофе. Я пыталась понять, верит ли он сам в свои слова, но разобрать что-то по его скудным эмоциям было слишком сложно. — Скажите, Ин Сан, сейчас вы живёте в привычной до аварии обстановке? — Мы живём с Тэхеном в квартире, которую снимали, когда начали встречаться, — я пожала плечами, смутно догадываясь, куда он клонит. — Но я ее совершенно не помню, словно я ни разу там не была. Да, там есть мои вещи, много фотографий из прошлой жизни, но все это какое-то…не родное. Доктор понимающе кивнул головой и сделал глоток горького кофе. На каких-то полминуты в кабинете воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов. Думали мы об одном и том же: что мне делать, чтобы пробудить воспоминания? Есть ли шанс вернуться к нормальной жизни? И, лишь на долю секунды сцепившись взглядом с Сын Хёном, я поняла, что пришли мы к одному мнению на этот счет. — Думаю, вам стоит переехать к родителям. Как только мужчина сказал это, на душе образовалось некое облегчение. Я знала, что, возможно, это мой шанс вернуться к нормальному существованию, ведь именно в этом месте я провела всю сознательную жизнь. Вот только оставалось преподнести мое решение Тэхену…

***

На выходе из клиники я все же осмелилась набрать его номер. На мое предложение поговорить он ответил коротко и как-то холодно, и это порядком меня напрягло. По дороге к месту встречи я снова строила догадки, ими же себя и доводила, но лишь по прибытию на место я поняла, что просто неправильно расценивала поведение друга. Он не был зол или раздражен. Он был просто уставшим от бессоной ночи, в которой был растерзан угрызениями совести. Он сидел на лавочке на набережной, где мы часто гуляли в прошлой жизни, и нервно дергал ногой, оглядываясь по сторонам, взглядом пытаясь отыскать меня. Наконец-то, заметив мое приближение, он соскочил с места и, стянув свою кожаную куртку, бросил на лавочку, которая всё ещё отдавала сыростью и холодом от прошедшего дождя. Без всяких слов я присела на предложенное место и уставилась на реку Хан. Друг сел рядом и так же устремил печальный взор куда-то вдаль, подбирая слова. Я ждала каких-то извинений, раскаяния в своей ошибке, но совсем не то, что Ким произнес спустя пять минут молчания. — Он пытался отбить тебя у меня, — я ошарашенно повернулась к Тэхену, который словно разговаривал сам с собой, даже не взглянув в мою сторону. — Я говорю про Пака. Вы познакомились с Чимином незадолго до аварии на банкете твоего отчима. Он с чего-то решил, что между вами проскочила искра, — Тэ ухмыльнулся и заиграл желваками от злости. — Он постоянно тебе писал, звонил, крутился рядом с твоим отчимом, чтобы лишний раз пересечься с тобой в каком-нибудь коридоре. — А я? — от неуверенности голос показался тише машинного писка, но друг прекрасно все расслышал. — А ты, слава богам, не купилась на все его попытки тебя охмурить, — Ким наконец-то посмотрел мне в глаза, слегка смягчившись от моего растерянного вида. — Теперь ты понимаешь, почему я так зол на него? Я бы просто не вынес, если бы мы расстались из-за этого недоноска. Казалось, будто мир сошел с ума. Или будто я попала в глупое шоу-розыгрыш, где из кустов выскочит оператор с камерой. В голове образовалась такая каша, что я схватилась за волосы и укнулась локтями в колени, рассматривая мокрые камешки под ногами. Значит, Чимин оказался высокомерным засранцем с непомерной манией величия в перемешку с одержимостью к моей персоне? Да, в нем проглядывалась излишняя любовь к себе, но у моего брата она была куда больше. Или Тэхен мне просто врал? Хотя, это точно было исключено, ибо мы всегда говорили друг другу только правду, какой горькой бы она не была. Вереница безумных мыслей и неразгаданных загадок закручивались в ещё более тугой клубок, который грозил так и остаться нераспутанным. — Но теперь он встречается с Лиён, — уже тише добавил парень, — Поэтому она не отвечает на твои звонки. — Черт возьми, лучше бы я умерла тогда, — волна беспомощности накатила с новой силой, и глаза сами по себе наполнились слезами. Тяжесть происходящего давила с многотонной силой, и я не знала, смогу ли выдержать ее натиск, не свихнувшись окончательно. — Я ненавижу эту новую жизнь и то, что в ней творится. — Эй, не смей так говорить, слышишь? — Тэхен приподнял мое лицо и, нежно обхватив ладонями, пристально посмотрел в глаза. — Я буду рядом, Ин Сан, вместе мы справимся, я обещаю. Он невесомо прикоснулся губами к моему лбу и, только удостоверевшись, что я больше не буду плакать, прижал меня поближе к себе, даря такое необходимое сейчас тепло. Я обняла его за талию, схватившись так крепко, как это делают маленькие дети, испугавшиеся чего-то. Мы просидели так достаточно долго, когда я поняла, что наступил тот момент, когда нужно сказать о своем решении Тэхену. — Доктор Чхве посоветовал переехать в дом родителей. Говорит, что есть шанс, что я могу что-то вспомнить, если буду находиться в родной обстановке, — все так же уткнувшись в шею, произнесла я. И не нужно было даже видеть лица, чтобы знать, как недовольно Ким сжал губы и нахмурил брови. — Я знаю, что тебе не нравится эта затея, но без тебя я не справлюсь. Тэхен, я хочу, чтобы ты был там со мной. — Ради тебя все что угодно, — я облегчённо выдохнула от его слов и слегка улыбнулась, когда он тихо коснулся губами моих волос. Хоть на душе и было до сих пор гадко, я была счастлива, что Тэхен пошел на уступки. Я была уверена, что ни мама, ни отчим не будут в восторге от присутствия Ви в их доме, но, как ни странно, поддержку я видела лишь в нем одном, поэтому им точно придется смириться с моим решением. К тому же, через несколько дней должен был приехать Джин, а это значило только одно — родители закатят пышный прием, который в одиночку мне пережить будет не так уж и просто.