remember this

Все вокруг было очень странным. Обстановка в квартире Пака казалась мне до боли знакомой, будто до этого она мне снилась. Но четкого ощущения, что я жила здесь раньше, не появлялось, тем более, что вокруг не было моих вещей, и памяти не за что было уцепиться. Жилище Пака казалось слегка неуютным, типично холостяцким, хотя здесь и витал лёгкий аромат духов Лиён. Но признаков того, что девушка обитает тут постоянно, не было. Чимин был весьма спокоен и вежлив, предложил мне чай, усадил в кресло, сам расположившись на диване напротив. Мужчина аккуратно поитересовался о цели моего визита, но даже не удивился, когда я ее озвучивала. Я честно спросила, что нас связывало в прошлом? Но Чимин не сказал ничего. С печальным выражением лица он принес откуда-то из спальни небольшую синюю коробку, больше смахивающую на шкатулку. Приняв ее, в груди под самыми ребрами что-то неприятно кольнуло. Бархатная поверхность приятно ласкала подушечки пальцев, и каждая шероховатость отдавала мимолётным отголосками в памяти. Открыв ее, я немного растерялась. Внутри лежала огромная пачка полароидных фотографий, каждая из которых была продатирована черным маркером, причем моей же рукой. В отличие от фотографий на стене у Тэхёна, здесь не было множества лишних людей, было лишь двое — я и Чимин. От вида снимков внутри все сжалось, и я почувствовала неприятное уплотнение в горле. На фото мы с Чимином дурачились, целовались, выглядели такими счастливыми, будто кроме нас двоих никого больше не существовало. Мы фотографировались буквально везде: на кухне, в супермаркете, в ванной, на улице, в постели. От той любви, которую я видела в наших глазах на фотокарточках, становилось невыносимо больно, а мозг категорически не хотел принимать то, что между нами могли быть такие сильные чувства. — Значит, это все правда… — скорее, чтобы убедить саму себя, произнесла я, задержавшись глазами на последнем снимке, где я с невероятно счастливой улыбкой лежала на груди у Чимина.— Господи, как много я не помню. — Мне жаль, Ин Сан, — искренне отозвался Пак. — Как это произошло? Авария… — Я собирался познакомить тебя со своими родителями, — взглянув в черные глаза мужчины, я увидела много пережитой боли, от этого становилось ещё паршивей. — Ты ехала от Тэхёна, когда все это произошло. В тот день ты рассказала ему, что мы решили пожениться… Ах, да… Возьми, это твое. Чимин протянул мне маленькую черную ювелирную коробочку. Я тяжко сглотнула и, взяв в руки, тут же открыла, едва ли не упав в обморок. — Это кольцо… — начал мужчина, но я прервала. — Твоей бабушки… Я помню. Я разглядывала украшение, которое снилось мне до этого, буквально ощутив жжение на месте, где оно когда-то красовалось на безымянном пальце. Я смахнула непрошенную слезу, в душе появилось непреодолимое желание надеть кольцо снова, но я не сделала этого, одним быстрым движением захлопнув коробочку. — Оно уже не мое, — тихо сказала я и вернула украшение обратно Чимину. Его, кажется, удивил мой поступок, и мужчина неуверенно принял кольцо обратно. — Чимин, могу я спросить ещё кое-что? — Он кивнул. — Если у нас была такая сильная любовь, почему ты не был рядом, когда я очнулась? Почему ты сейчас с Лиён? Пак не ожидал таких вопросов, а я с каждой секундой его молчания все больше была не уверена, хочу ли вообще слышать на них ответ. Чимин до побеления костяшек сжал коробку с кольцом, поборов желание запустить её от злости куда подальше. В его взгляде буквально читалась мольба о том, чтобы он промолчал, но я упорно ждала ответа, хоть где-то в глубине души уже давно предположила каждое его слово. Наконец-то Пак тяжело вздохнул и произнес: — Я просто решил, что ты уже никогда не очнешься. Ответ был исчерпывающим.

***

В родительском доме было тихо. Выбираясь из такси, водителя которого я предварительно попросила задержаться, чтобы собрать вещи и моментально уехать, я не встретила никого из рабочего персонала и была этому рада. В доме родителей практически не было моих вещей, поэтому я надеялась ускользнуть незамеченной, но, стоило только переступить порог, как передо мной буквально из земли вырос Джин. — Где ты была? — строго спросил старший брат, но я проигнорировала его, обойдя мимо. Однако, Сокджин не был бы собой, если бы не увязался следом. — Мы тебе уже обзвонились. Ты хоть представляешь, что мы себе напридумывали? — Вы ведь в этом мастера, Джин, верно? Мастера что-то выдумывать, — я ворвалась в свою комнату, но брат не дал мне закрыть дверь, я плюнула и, достав чемодан, начала собирать вещи. — Ин Сан, куда ты собралась? — брат буквально кипел от гнева, но я была зла не меньше. — Скоро приедет Ви, вам следует поговорить. — Не думаю, — огрызнулась я, со всей свирепостью закрывая замок сумки. — Я не хочу говорить ни с тобой, ни с родителями, ни уж тем более с Тэхёном. А теперь дай пройти, я больше и минуты в этом аду не проведу! Пробуравив Сокджина суровым взглядом, я понадеялась, что он пасует и отойдет, но он, словно непробиваемая каменная глыба, остался стоять на месте. Я подумала, что он меня запрет в собственной спальне, но брат лишь тяжело вздохнул, будто резко смирился с моим упорством. — Окей, ты можешь уходить, я не буду тебя задерживать, — Джин вдруг стал слишком спокойным, что напрягало ещё больше. — Но, прежде всего, я кое-что тебе скажу. Ты можешь злиться на меня, на родителей, но Тэхён совершенно этого не заслуживает. Практически сразу после аварии врачи в больнице сказали, что ты никогда не вернёшься в сознание и только зря занимаешь палату, — от печального взгляда карих глаз по коже пробежался мороз. — Тогда родителям предложили отключить аппарат жизнеобеспечения, — мне словно наотмашь ударили по лицу этой фразой, и я в изумлении прикрыла рот руками, заметив, как помрачнел брат. — Даже я, Сан, твою мать, даже я согласился на это! Понимаешь? — он сделал глоток воздуха и продолжил. — И только Ким был против. Он позвал на помощь Сынхёна, и, не знаю, как, но им вдвоем удалось убедить родителей, что надежда ещё есть. И, о, чудо! Ты действительно осталась жива, хоть и без памяти! И тогда предки, признав свою ошибку, заключили с Ви сделку, что он молчит о том, что они чуть не прикончили тебя, а вместо этого мы все дружно делаем вид, что Тэхён, который любит тебя больше жизни, твой жених. И если до этого мне казалось, будто уже ничто не сможет меня шокировать то сейчас понимала, что глубоко ошибалась. Я мертвым грузом осела на пол, переваривая все то, что рассказал брат, стеклянным взглядом уставившись перед собой. — Весело, не правда ли? — Усмехнулся Джин и сам по стеночке осел на пол. — Сан, просто знай, если бы мне пришлось соврать ещё раз ради того, чтобы ты никогда этого не узнала, то я бы сделал это снова. Мне жаль, что мы не смогли уберечь тебя от всего этого. А теперь ты можешь идти, если не передумала. На ватных ногах, без всяких сил и энергии, я все же смогла подняться. Мелкими шажками, захватив чемодан, я направилась на выход, который Джин все же освободил. Он больше не пытался меня остановить, ни разу больше не окликнул. А я направилась прочь из дома. Я не представляла, куда мне идти и что теперь делать, но было лишь одно желание — уехать. При чем как можно дальше.