Мой эльф

Утром Гаррет проснулся первым, Фенрис спал лежа на животе, спрятав руки под подушкой. Хоук осторожно наклонился и нежно поцеловал эльфа в щеку. Воин медленно открыл глаза и скосил их на Хоука. — Прости, любимый, я не хотел будить! — Гаррет виновато хохотнул. Фенрис промолчал, закрыв глаза, он спрятал лицо под своей рукой. — Фенрис? Я сделал тебе больно? Эльф упрямо молчал и только сильнее пытался спрятаться. — Фенрис, не молчи, скажи, как есть. Если я сделал что-то не так, то в следующий раз я сделаю в тысячу раз лучше! Если ты, конечно, позволишь… Воин дотянулся одной рукой до края одеяла и спрятался под ним с головой. — Великолепно! — Гаррет, ничего не понимая, начал злиться, — ты же сам меня не оттолкнул! — разбойник соскочил с кровати, — более того, ты сам это начал! Так в чем сейчас моя вина?! Эльф молчал. Разозлившись окончательно, Гаррет собрал свою одежду и больше не говоря ни слова вышел из комнаты, со всей силы хлопнув дверью. От удара Фенрис вздрогнул и осторожно выбрался из-под одеяла. Медленно одевшись эльф прислушался к шуму за дверью. В соседней комнате Гаррет горячо спорил с Бетани, девушка отвечала ничуть не хуже старшего брата, только не использовала ругательства как Хоук. Фенрис тихо выскользнул из комнаты. Погладил заскулившего пса. Стараясь не вслушиваться в слова кричащего Хоука, сбежал по лестнице вниз и на выход. — Надоел! — рыкнула Бетани и со всей силы заехала брату ладонью по лицу. — А еще удивляешься, почему у тебя так никто и не появился! Вот! Фенрис появился! И то не бережешь! Что с твоими мозгами, братец?! — Откуда я знаю, что я сделал не так?! Он ни слова не сказал! — А зачем ему говорить?! Ты раз говоришь, что любишь его, так чувствуй его! — Бетани, ты в своем уме?! Я что маг, чтобы мысли читать?! — Я тебя сейчас посохом тресну! За дверью комнаты Бетани громко залаял Страж. — А этому-то что с утра неймется?! — кипя от гнева Гаррет вылетел из комнаты и только открыл рот, чтобы наорать еще и на мабари, как заметил, что дверь в его комнату приоткрыта. — Еще лучше! — тихо прорычал Гаррет оглядывая свою комнату и не находя там ни Фенриса, ни одежды с мечом. — Как пришел, так и ушел, — фыркнула Бетани, — а держать-то его, как в итоге оказалось, и некому! — Помолчи! Никакой помощи от тебя! — А в чем я тебе должна была помочь?! Он же твой мужчина! Ты за ним должен следить, а не я! — сестра недовольно всплеснула руками. — Что вы раскричались?! — по лестнице поднялась Лиандра. — Дайте этому чуду ушастому побыть одному. Не трогайте его. Если к вечеру не вернется — отправитесь искать. В конце концов, Гаррет, не забывай, кто он и что с ним было. Ты просто поторопился. А кричать, что он начал, это не достойно тебя! Разбойник не нашел, что ответить. — Пойду пройдусь! — Гаррет слетел с лестницы и практически выбежал на улицу. — Как думаешь, мам, у них все будет хорошо? — Все зависит от исхода сегодняшнего дня. Пусть сами разбираются. Фенрис уже не первый час бродил по рынку Нижнего города. Солнце начало клониться к закату. Вздохнув, эльф ничего умнее не придумал, как пойти выпить в «Висельник». В таверне было еще не особо многолюдно, поэтому Фенрис выбрал самый дальний столик в углу и сел за него. Одна из официанток подошла к столику и не успела и слово сказать, как эльф со словами «покрепче и получше» вывалил несколько монет на стол. — У тебя что, похороны? — Изабелла подсела к уже изрядно опьяневшему эльфу. — Скажи, — не смотря на количество выпитого эльф держался, — ты когда-нибудь делала то, что хотела сделать, а потом сожалела и думала, что поторопилась? — Ты переспал с Гарретом? — Ты мысли читаешь? — Идиот, у тебя же все на лице написано. И нет, я никогда не жалела. Да и почему я должна жалеть о том, что сделала, когда я этого хотела? Если бы не хотела и сделала, то это да. Не понимаю я твоего состояния. Неужели он так плох в постели? — Нет, он хорош, и даже очень… — Он тебя бил? Или больно сделал? — Нет, все было замечательно. — Тогда я в тупике, — Изабелла почесала макушку. — Тогда почему ты жалеешь? — Я раб, и меня к такому принуждали. — Но сейчас ты свободен. И нисколько не раб. И с Хоуком тебе хорошо. Я опять не понимаю твоих терзаний. Ты же хотел! Даже если что-то потом пошло не так, ты получил удовольствие, что еще надо? — Как у тебя все просто, — усмехнулся Фенрис, делая большой глоток виски. — А зачем усложнять и без того сложную жизнь? — пожала плечами девушка. — Просто расслабься, эльф! Ты на свободе! Наслаждайся каждой минутой! Как бы ты ее не провел! — Не выходит, — вздохнул эльф, смотря в пустой стакан. — Почему? Зачем ты сам себе проблемы создаешь? — В рабстве все было предельно ясно: что сказали, то и делай. Я всю жизнь был рабом, но получив свободу, которую так жаждал, я… я просто не знаю, что мне с ней делать! — Живи! Люби! Трахайся! Пей! Вон сколько всего можно делать, а ты что-то все в черных красках рисуешь! Да и вообще, Хоук же рядом, если что пальцем ткнет, что делать. — Он был зол. — Ой, это у него частое состояние. То шутит, то слюной от бешенства брызжет. Он слишком взрывной, мы-то уже все привыкли к нему такому, вот тебе да, будет с ним сложновато. Но только поначалу. Эй, Фенрис, не упускай, дай ему себя главным почувствовать, покажи свою слабость, и он ради тебя все что угодно сделает. — Я не знаю, как это сделать… Я не знаю, что значит любить… — Тебе с Хоуком хорошо? — Да… — И секс с ним замечательный? — Э-э… да… — Чего тебе тогда еще надо? — Как-то у тебя совсем уж все просто. — Повторяю еще раз, зачем усложнять себе жизнь? Я бы на твоем месте, пошла сейчас к Хоуку, сорвала бы с него одежду и, оседлав, скакала бы на нем всю ночь… Фенрис от прямолинейности пиратки подавился виски и, закашлявшись, забрызгал половину стола. — Что ты такой впечатлительный-то? — Просто, так говорить о ком-то, когда у тебя у самой кто-то есть, — отдышавшись сказал Фенрис. — И что? Я же перед всеми ноги не раздвигаю, а поговорить это всегда интересно! — Вот бы мне так, — усмехнулся Фенрис, выпивая очередной стакан. — Ты бы так не налегал, — посоветовала пиратка. — Сколько выпил, а все никак нормально не опьянею. — Серьезно? — Угу, — Фенрис кинул еще несколько монет на стол и перед ним вырос второй кувшин с виски. — Может, выпьешь со мной? — Не откажусь! — Тост? — Чтобы нам было с кем трахаться! — пиратка грохнула своим стаканом о стакан эльфа и опрокинула в себя. Фенрис, хохотнув, выпил свою порцию и тут же разлил по второй. Гаррет стоял у выхода «Висельника» и мрачно смотрел, как его эльф напивается в компании пиратки. Ее тост слышали кажется все в таверне, кто-то даже выпил вместе с ней. Хоук продолжал стоять возле двери, неотрывно следя за своим уже явно изрядно опьяневшим эльфом. Девушка залилась громким смехом, эльф, грохнувшись на стол, стучал по нему кулаком, пытаясь совладать с вылезающим наружу смехом. Вздохнув, Хоук прошел между столами и встал рядом с колонной, чтобы его не было видно, но было слышно, о чем эта парочка говорит. Изабелла, отсмеявшись, начала рассказывать про какого-то моряка с которым у нее были бурные отношения. Хоук даже не удивился. — И он тебя тоже укусил? — Фенрис еле языком ворочал. — Куда? — За задницу? — У вас все к заднице сводится, — заржала девушка. — Причем Андерсовой, — отозвался Фенрис. — Но надо признать! — Изабелла хлопнула ладонью по столу, — у Андерса шикарная задница! Я бы сама его затрахала! — Тебе же нечем… — Я бы нашла чем! — и оба залились в смехе. Хоук шлепнул себя по лбу. — Слушай, а у Хоука, правда, меньше чем у Себастьяна? — Вот когда увижу у Себастьяна, тогда и скажу, — икнул эльф. — Создатель… — Гаррет начал тихо ругаться. — Пф, так он тебе и покажет! Надо у Андерса спросить, он у них обоих же видел! — Да-а… Гаррет говорил, что у них был дикий и всякий такой секс! Наверное, он думает, что я бревно… — Фенрис чуть ли не плакал. — Ой, да ладно тебе, ушастый, я уверена ты хорош в этом! У тебя изюминок не меньше, чем у Андерса! — В том то и дело, что мои изюминки меньше, чем у него, — Фенрис попытался развернуться, чтобы посмотреть на свой зад, но покачнулся и грохнулся со стула под громкий хохот Изабеллы. Ругаясь на тевине, Фенрис поставил упавший стул и еле сел обратно. Выпитого было более чем достаточно, однако парочка явно не собиралась останавливаться. — Слушай, Фенрис, может тебе к Себастьяну подмазаться? — Изабелла навалилась на лежащего на столе эльфа; девушка была пьяна не меньше, чем эльф. — Зачем? — Так у него же больше… — Зато Хоук такое своим языком творит, м-м… Гаррет долбанулся головой о колонну. — А вот с этого момента подробнее! — потребовала Изабелла. — Так, всё, хватит! — Хоук вышел из-за колонны и строго посмотрел на очумевшего Фенриса. Изабелла от неожиданности подскочила и, врезавшись в стол, рухнула обратно на стул, а потом вместе с ним и на пол. Фенрис не твердо стоя на ногах, попытался ей помочь, но только рухнул на пиратку сверху. И лежат две пьяни и ржут. Фенрис сквозь хохот еле сполз с пиратки и, цепляясь за стол, через силу поднялся. Гаррет озадаченно смотрел на еле стоявшего и еле сдерживающего смех эльфа. Вот такого он точно не ожидал. — Я даже не знаю, что сейчас и сказать, — протянул Хоук. — Язык свой ему в жопу засунь! — посоветовала с пола Изабелла, подняв руку. Фенрис, пошатнувшись от хохота, запнулся о стул и снова грохнулся. — Два дебила, — выругался Хоук, сажая Фенриса на стул и поднимая на руки Изабеллу. Пока Гаррет относил девушку в ее комнату, эльф успел выжрать еще пару стаканов. — Что ты вообще ел за день? Опять яблоки? — Ничего, — отозвался эльф, потянувшись за стаканом. — Может, ты мне хоть сейчас скажешь, что ночью было не так? — спросил Гаррет, отодвигая стакан вместе с кувшином подальше и садясь рядом. — Ночью все было как в самых смелых мечтах… — Тогда почему ты ничего не сказал? — Осознание приходит поздно… — Осознание чего? — Отстань, верни мне Изабеллу, с ней было весело! — Все, пошли домой! — Гаррет встал и поднял эльфа на руки, ибо заставлять его идти самому было неразумно. — Вперед, мой боевой жеребец! — Фенрис, хватаясь за волосы Гаррета, махал рукой в непонятно каком направлении. Хоук пытался не взорваться. Гнев от утреннего пробуждения еще не прошел, но смысла выяснять отношения с вусмерть пьяным эльфом не было. Все равно ничего не поймет. — Гаррет… — позвал эльф, тыкая разбойника пальцем в щеку. — Что? — А чем я тебе нравлюсь? — Всем. — Утром ты показал обратное. — Характер у меня взрывной. И с терпением проблемы. — Может мне вернуться в Тевинтер? — Что?! — Гаррет даже встал от неожиданности. — Там было все предельно просто и ясно, а тут я запутался. Я даже не знаю, люблю я тебя или нет. Для меня это все как-то странно! — А ты послушай совета Изабеллы, и не создавай проблем на ровном месте. — Вам это легко говорить, вы же никогда не были рабами! — Все мы несвободны. — Наверное… — Фенрис, вот зачем ты так нажрался? Утром же голова будет раскалываться. — Будет наказание, — эльф, широко зевнув, чуть поднялся и обнял Хоука за шею. — Потерпи немного, не засыпай, почти же пришли, — тихо проговорил Гаррет, обнимая Фенриса чуть крепче. — Стараюсь, — еле слышно отозвался эльф. Гаррет ускорил шаг и периодически тыкался носом в голову эльфа, чтобы проверить, не спит ли он. Фенрис же в свою очередь с завидной частотой начинал глупо хихикать, а когда они были почти в имении, он вдруг резко сел; не ожидавший такого Гаррет даже чуть не уронил его, зато развеселившийся Фенрис начал тыкать пальцев ему в нос. — Да что же ты творишь-то, успокойся, — взмолился Хоук, подумав, что лучше бы эльф все-таки уснул. Фенрис выгнулся и Хоук еле успел перехватить его, чтобы эльф не упал на пол, так еще и чтобы не ударился о косяк, когда Хоук проносил его через проем холла. Гаррет практически бегом поднялся по лестнице и уже в комнате кинул пьяного эльфа на кровать. — Я так смотрю, помирились… — протянула Бетани, скептически смотря на пьяного эльфа. — Конечно, как же могло быть иначе! Фенрис, прекрати меня раздевать! Себя лучше раздень! — Ладно, пойду я спать, — хихикнула девушка. — А чего ты еще не спишь? Время-то уже позднее, — Хоук пытался сладить с пьяным Фенрисом, который упрямо пытался расстегнуть все застежки и ремни на разбойничьем доспехе. — Может, свяжем его за плохое поведение? — предложила Бетани. — Ты моей смерти хочешь?! — воскликнул Гаррет, — он же ночью меня придушит. Фенрис, успокойся! — Гаррет немного грубо оттолкнул эльфа обратно на кровать. — Зачем вообще надо было мне помогать?! — выкрикнул Фенрис, заливаясь слезами. — Ох, Фенрис, прости, я не хотел! — разбойник залез к воину и попытался его обнять. — Иди к демонам! Вернусь в Тевин, все равно я тут никому не нужен! — эльф попытался встать и чуть не навернулся с кровати, Хоук еле успел его схватить. — Фенрис, любовь моя, прекращай так говорить, никуда я тебя не отпущу! А если сбежать попытаешься, я тебя в кандалы закую и спрячу в подвале. — Как мило, — хихикнула Бетани. — Ты, вроде, спать пошла?! — Как тут можно уснуть, если такая милая сценка! Такое нельзя пропускать! — Ты лучше отвара приготовь на утро, а то проснется с головной болью. — Это готовится за минуту, утром и сделаю. Ты его лучше в щечку поцелуй! — В задницу он пусть себя поцелует! — фыркнул Фенрис. — Я тебя лучше туда поцелую! Будешь потом Изабелле подробности рассказывать. — Эх, — эльф уже не ревел, — хорошая она девушка. С ней так легко и поговорить, о чем угодно можно! — Создатель! Может, ты с ней встречаться будешь?! — Братец, что ты говоришь?! Он же пьян! Нельзя такое говорить! Наберись терпения! — Да пытаюсь я, — прорычал Хоук, когда эльф зарядил ему нехилую пощечину. — Вот это за что сейчас было?! У тебя рука тяжелая вообще-то! — Конечно тяжелая! — в ответ рыкнул эльф, — как я, по-твоему, таким мечом пользуюсь?! — Спи уже ради Создателя! — Так ты бы его раздел сначала, не в одежде же спать, — отозвалась Бетани. — Я бы давно его попытался раздеть, но мне мешает одна особа! — Все-все, — Бетани смущенно захихикала, — ушла я! — и девушка выскользнула из комнаты, плотно закрыв дверь. — Значит так! — Гаррет сжал эльфа в сильных объятиях, — я тебя люблю, слышишь это? — Я не глухой, — фыркнул Фенрис. —Хотя что я тебе пьяному это говорю — утром уже не вспомнишь ничего! — Ага… а зачем вообще со мной разговаривать? Лучше наорать и убежать! — эльф попытался выбраться из стальной хватки. Хоук оттолкнул эльфа, уронив на кровать, и навис над ним. Зеленые глаза эльфа хитро поблескивали, на губах играла полуулыбка. Не сдержавшись, Гаррет улегся на него крепко целуя. Фенрис на нежность ответил, даже обвил шею разбойника руками, не желая отпускать. — Фенрис, нет! — Почему? Прошлой ночью ты явно против не был! — Фенрис оттолкнул Гаррета, от чего разбойник, не ожидавший такой силы, завалился рядом; одним смазанным движением эльф вскочил с места и, перекинув ногу, уселся на пах Гаррета. — Уверен? — эльф бедрами потерся о его пах. — Уверен! — А если так, — рука в когтистой перчатке скользнула между ног и сжала член Хоука. — Все! — разбойник еле спихнул с себя эльфа, — я не буду с тобой этим заниматься, пока ты пьян! — Скучный, — фыркнул воин и залез под одеяло. — А раздеться-то?! — Зачем? — Я тебе по жопе сейчас как шлепну! — Давай! Эльф видимо попытался вылезти из-под одеяла, чтобы Гаррет мог исполнить свою угрозу, но запутался, а через пару минут шумной возни затих. — Фенрис? Ты чего там затих? — Гаррет осторожно отодвинул одеяло и со вздохом посмотрел на взъерошенного и спящего Фенриса. Тихо ворча, Гаррет скинул одеяло на пол, чтобы не мешалось и начал раздевать сопящего эльфа, который глупо хихикал во сне. Но все же эльф был полностью раздет, что заняло прилично времени, ибо Гаррет никак не мог избавиться от перчаток, да еще и Фенрис во сне пытался его отогнать, размахивая руками. И вот, голый эльф лежал на животе и мирно сопел, когда как злой и уставший Гаррет боролся с желанием и правда шлепнуть эльфа по мягкому месту. Переборов себя, Хоук поднял одеяло и укрыл эльфа, быстро разделся сам и лег, устало потягиваясь всем телом. Что-то шепча на тевине, эльф приподнялся и Гаррет подумал, что сейчас все будет по новой. Фенрис приподнялся на локтях, почесал нос и подполз к Хоуку, привалившись рядом и прижавшись к его боку, положив голову на плечо и закинув ногу на живот. Гаррет чуть не прослезился от умиления. — Ладно, признаю, — прошептал разбойник, обнимая эльфа, — я тоже был не прав… исправлюсь!