Волхв Харальд Гончаров

Вот готовишься ты к финальному приключению первого курса, готовишься, но судьба вмешивается в твои планы и получается, что зря готовился. Хотел никого не вмешивать в это дело, но не тут то было. Когда наше трио спустилось в гостиную факультета из спален нас там ждал весь первый курс и близнецы Уизли. — Ну и что тут за собрание народа? — Комиссары, мы не бросим вас. Если помирать, то всем вместе. И что тут скажешь, когда говорит это Невилл Лонгботтом, а Рон и Драко ему оказывают молчаливую поддержку. — К тому же неизвестный желает украсть философский камень. — А эта штука важная, на балансе числится. Это уже близнецы вылезли со своим шутливым комментарием в два голоса. — Вас ведь придётся насильно уложить тут, чтобы вы за нами не увязались? Все дружно замотали головами. Выучил на свою голову. — Тогда выступаем. Походный порядок, прикрываем фланги. Переставить оружие на оглушающий режим. У нас троих оружие боевое - стреляет авадами, так что будьте осторожней. — А это разве законно? — А философский камень в школе полной детей это нормально? Короче выступили мы в поход на третий этаж. Бедняга Пивз был расстрелян нами оглушающими и утрамбован в зачарованную банку. Из полтергейста можно будет получить много полезного. Весёленькая ночка продолжилась через подземный ход, который для нас открыли близнецы. Так что до запретного коридора добрались безо всяких проблем. Дверь была нараспашку, а оттуда доносилось храпение цербера и игра арфы. — Музыка усыпляет собачку. Кто умеет играть на чём-нибудь? Вперёд вышли Падма и Парватти. — Мы умеем играть на ситаре, только наколдуйте нам его. — Близнецы? Это если что выглядит вот так. Как мог создал иллюзию ситара — здоровенной индийской гитары на четырнадцать струн. Индианочки уселись за инструмент вдвоём и принялись играть. И очень вовремя, потому что арфа играть прекратила, а цербер начал просыпаться. В пору было спеть с патриотизмом песенку «Орлёнок», но полилась восточная индийская мелодия и девочки тихонечко запели нечто душещипательное, аж расплакаться захотелось. — Ребята, приподнимите церберу морды. Вот так. Главное не вдохните, это сонное зелье. Не став полагаться на музыку решил дать пёсику нюхнуть хлороформа, чтобы наверняка собачку усыпить. Ко всяким летучим газам эта пещерная хрень вполне устойчива, так что сдохнуть не должен. Не хотелось бы Хагрида расстраивать и пёсика насмерть травить. Он же ведь действительно такой милый. Аж головой затрусил. — Ты чего, Горка? — На миг показалось, что цербер милый. — Тебя часом не Хагрид покусал? — Чур меня! Осенил себя символом молнии. На хрен нам такое счастье. — Близнецы. Осветительные заряды готовы? — Да. Встряхнув парой пробирок, что стали светиться мёртво-кровавым цветом, мы закинули их в открытый люк. Внизу были какие-то лианы. — Это дьявольские силки. Если упасть на него и расслабиться, то растение должно тебя отпустить. Но я не уверен. — Тюфяк, что предлагаешь конкретней? — Сожгите лучше. — Бабах, тащи ту смесь, что вы с Тюфяком сварганили за номером пятьдесят. Финниган оперативно достал требуемую пробирку с расширением и вылил вниз содержимое. Гермиона метнула следом свой огонь. Хорошо мы поставили заглушающие заклинания и заперли дверь. Дьявольские силки визжали так, что становилось страшно. — Лестницу. Верёвочные лестницы были нами сплетены, так что оставалось только применить их. Да уж, на многие метры вниз тянулся туннель, но мы его преодолели всем отрядом. Внизу места было не очень много, подземелья напоминали римские катакомбы, по стенам струилась влага от царящего здесь холода. Приходилось терпеть, ибо греться можно было только гурбайтовым огнём. — Не нравится мне это. — Странные подземелья. — Мы похоже глубоко под замком. — Тихо! Слышите? Отряд выбрался в огромный подземный зал и принялся занимать позицию для обороны. Внешне это походило на стадион для квиддича. Вот только в воздухе помимо каноничных ключей летали мячи всех размеров и мне кажется были они тут не для декораций. — Похоже надо поймать нужный ключ. — Займите оборону у тех дверей. Близнецы, наколдуйте щиты. Приготовьте биты. Нам понадобится защита в воздухе. — Положись на нас. — Мы тоже полетим. Вперёд выдвинулись Драко и Рон. — Хорошо, вот тогда дубины вам четверым и защищайте меня. Морка, держите оборону. Валка не брезгуйте ударными рунами. Оглядев созданную баррикаду, я схватился за метлу, пускай ловцом я не стал на первом курсе, но погонять над стадионом на школьных мётлах я был не дурак. В Хогвартсе один хрен скучно, хоть на стенку лезь. — Эскадрилья на взлёт! И мы взлетели. Можно было попытаться сжечь всем ключам крылья, но что-то подсказывало не делать этого. Тут же мячики попытались сбить нас на землю. С земли нам попытались помочь, но вот рядовые ключи повели себя совсем жутко, превратившись в кинжалы и вонзаясь в баррикаду. Альбус, еби тебя всем Альфа-легионом! Додумались тут тоже. Мячики к слову тоже стали напоминать морские мины. И если квофлы относительно неподвижно на месте застыли, то бладжеры прямо решили взять нас в клещи, ребята исправно отбивали битами агрессоров, а я искал взглядом необычный ключ. Битва на земле и в воздухе протекала с переменным успехом. Я заметил сверху, как один из кинжалоключей впился в плечо Бему. Парнишка осел на землю, матерясь от боли. Я сам раздавал на право и налево взрывными. Количество мячей и ключей стремительно таяло, но вот впереди показался тот самый старый ключ с помятым крылом. — Ребята за мной. Ключ словно почувствовав погоню запищал и резко вывернул на квофлы. Драко и Рональд не успели уйти от подымающихся вверх мячиков. Грянуло два хлопка и горящие мётлы полетели вниз, а на меня запрыгнули фуро и ласка, дико вереща со страху. Высота была приличной, так что тут не только обернёшься представителями семейства куньих, но и прыгнешь на три метра. Вот так с пассажирами на плечах, которые горячо меня поддерживали, я и ухватил левой рукой ключ, но чуть не выпустил его. Из рукояти вылетели иглы пробившие мне ладонь насквозь. — Сука, Дамблдор! Словно этого было мало, вся летающая в воздухе мелочь устремилась к нам. Вести метлу ногами, это не тоже самое, что скакать на коне таким же методом. Однако, мастерство не пропьёшь. Если я в прошлом и в дупель пьяный мог выполнить парфянский выстрел с не менее пьяной коняшки, то и сейчас не сплоховал, перекинув через подмышку левой руки посох и выпустив свой фирменный вакуумный взрыв. Каст пролетел мимо близнецов и шарахнул в самую кучу заколдованных мячей и кинжалоключей. Громкий звуковой удар чуть не оглушил нас. — Быстрей! Открыв дверь и распахнув её пинком, я погнал всех в следующее помещение. Едва все вбежали, как я запер за нами дверь. Чёрт его знает, что будет, если оставить дверь открытой. А я ещё отряд не хотел брать. Еле справились. Если ключи так себя вели, то что же можно было ожидать от дьявольских силков? — Где Драко и Рон? — Они у меня на плечах сидят, Валка. — Ух, ты какие хорошенькие! Представители отряда куньих такой большой и чистой любви не разделили, скрывшись у Гарольда под мантией. — Ну-ка, живо вылезли оттуда, а то я вам покажу кузькину мать! Ишь чего удумали! Комиссарского тела им захотелось. Рон и Драко выпрыгнули из-под одежды ещё быстрее чем скрылись там в поисках убежища от Гермионы. Между тем пострадавшим оказывалась первая помощь. Девушки перевязывали раненных, а Лаванда Браун заняла место сержанта. Похоже парни как обернулись, да так и застряли. Сюрреалистическое зрелище, но от того пугающее своей истинной. — Дред, Фордж, вы в порядке? Парни вытаскивали друг у друга кинжалы из спины. Им повезло, что они надели форму загонщиков. — Мы к целителю пойдём только когда топор в спине будет мешать спать. — Шутники, блин! Живо выпили по пузырьку экстракта бадьяна. Падма, где там у нас аптечка? Финниган мотал головой, которой чуть не словил бладжер. Благо Бабах взорвал этот мячик на подлёте к своей бренной тушке, так что у него обыкновенная контузия. Бем шипел от боли пока его сестра заливала рану заживляющим. Экстракт бадьяна штука дорогая, но Падма и Парватти нас этим зельем обеспечивали исправно. Благо им это было втрое дешевле чем кому-нибудь из нас. Бадьян как известно растёт у наших девушек-близняшек на исторической родине. Я конечно много нового про себя из писем их дедули узнал, но не даром учил в своё время хинди, так что дедуле в ответ ушло обратное письмо, где я в выражениях не стеснялся, расписывая древние арийские правила и устои рода. Так что на лето нам предстоит поездка в южную страну. — Построились. Бем подхвати знамя. Фей, на тебе наши куницы. Дред, Фордж автоматы на людей не направляйте. Вперёд. Пройдя очередной коридор мы оказались в каноничном зале с шахматами. На них времени совершенно не было. Наше комиссарское трио переглянулось. — Горка, ты думаешь о том же, о чём и я? — Если ты про игру в «Чапаев», то тогда ты совершенно прав. — Запитываемся силой что ли, мальчики. Единовременно вывести три рунных комбинации удара и вложить в него наличные силы было непросто, чёрные фигуры смело на белые и все их превратило в каменную крошку. — Люди победили. — Идём дальше. А вот в следующей комнате нас встретило существо, которое я тут точно не ожидал увидеть. Перед нами был сфинкс. Точнее была — это оказалась самка с кучей растоманских дредов, мохнатыми сиськами, короче типичная такая неко-девушка, если не считать демонических крыльев. — Привет, малышня. Хотите дунуть? Судя по мохнатым лицам близнецов Уизли они конечно же хотели остаться в компании этой прелестной кошки. Вопрос только в том, чего бы они дунули: травки или подоили бы эту кису. — Ты же сфинкс? — Ну да, чувак. А ты дальше что ли пройти хочешь? Нека аж надулась вся и изобразила обидку. Не успел. Близнецы Уизли тут же подскочили к сфинксу и стали говорить всякую чепуху, говоря что они готовы поддержать её и вообще. Дред, Фордж, мы будем помнить вашу жертву. Но конечно сфинкс-растаманка меня просто добила. Короче мы ахнуть не успели, как сфинкс развалилась у выхода из помещения вместе с привалившимися к ней рыжиками, которые упоролись наверное с первой затяжки. — Короче, малец, слушай загадку. Здравствуйте, я кустик спаржи и я похож на дерево. А я грецкий орех и похож на мозг. А я гриб и я ненавижу эту игру! На что похож Гриб? Я аж выдохнул от такого поворота. — Ты же блин, девочка, а такие загадки задаёшь! — Не канает, да и Джа велел быть всем счастливыми и весёлыми. Вот что тут скажешь. Подобрался к сфинксу и прошептал ей на ушко. — Мужской половой хуй. От смеха этой неко меня чуть не оглушило напрочь на одно ухо. — Правильно. Проходите. Сфинкс улыбнулась, и довольно откинулась на стенку. Фред и Джордж похоже впились в неё мертвой хваткой укуренных обнимашек. Так мы и прошли далее под возмущённый визг ласки и хихиканья девчонок. Пусть Дамблдор найдёт близнецов, вцепившихся сфинксу в сиськи и старику будет стыдно. Представляю как будет стрёмно другим профессорам. А сфинкс похоже ещё совсем молодая. Главное, чтобы она близнецов не изнасиловала. Хотя не должна, мелкая ещё. Выбросив из головы неприличные мысли, веду отряд в бой. Загадку с зельями мы проскочили почти мгновенно. Загадка была разгадана самым тривиальным образом. Достаточно было мне понюхать всё. Бутыльки с винишком посыпались в карман для хабара, а потом мы выпили противоогненного зелья и организованно направились в финальное помещение. Да вашу мать, какое на хрен помещение, настоящий страйкбольный полигон на арене колизея. Масштабы подавляли. В самой середине площадки стояло зеркало Мары и профессор Квирелл около него. Всё же парень с тюрбаном оказался террористом. — Тихо, рассредоточится. Атакуйте его только по моей команде. Помните всё, чему мы учились весь год. Это опасный противник. Не давайте ему расслабиться. Бейте в спину, по мне не попадите. Меняйте позиции при малейшей угрозе. Морка, Валка, прикройте народ. Что-то в ауре Квирелла мне решительно не нравилось, но я не мог понять, что именно. Была она какой-то блёклой. Профессор нервничал и метался вокруг зеркала. — Проклятье, я вижу камень, я хочу его преподнести моему господину, но где же он. — Профессор Квирелл? — О, мистер Поттер, а я всё думал, увижу ли я вас здесь. Вот так вот выйти к подручному Волдика было почему-то жутко боязно. Что за чернуха тут происходит? Интуиция вопит о смертоубийственной опасности, но почему я понять не в состоянии. Если только… Я ещё раз пригляделся к мужчине, пытаясь понять странности в его ауре. Ёб твою мать, вот теперь мне стало по настоящему страшно. Чудо-юдо. Мерзость, которой хуже не придумаешь. Безформенный демон. Одержимый самого высокого класса. — Погоди, мальчишка, я тут хочу разобраться с зеркалом. — Зря пыжишься. Это зеркало не так просто, как тебе кажется. Каноничный голос Волдика заставил поёжиться, а табун мурашек побежал в район копчика. Что за хрень использовал лорд судеб я не знаю, но это нечто настолько запретное, даже пить кровь единорога ничто по сравнению с этим. — Используй мальчишку. — Поттер, иди сюда, мне надо, чтобы ты посмотрел в зеркало. А вот теперь надо было быть очень осторожным. Насколько я знаю, камень мне сейчас должен упасть на карман. — Что ты видишь? — Своих родителей. Вот только видел я не своих родителей. Моё отражение сделало себе небольшой надрез под грудиной, заложило камень мне внутрь и залечило повреждения. Почти сразу же я почувствовал жжение в груди. Ёбушки-воробушки, хорошо хоть не в задницу запихнули. Я бы и такому исходу не удивился. — Отойди. Я послушно отошёл в сторону. — Дай мне с ним поговорить. — Но мой, господин, вы ещё недостаточно сильны. — Для разговора у меня вполне достаточно сил. Квирелл повернулся ко мне и снял с себя тюрбан. Ох и ёб твою мать, какое страхоёбище получилось. Лицо Волдика некрасивым пузырём надувало голову профессора, перемещаясь по всей доступной плоскости. — Жалкий щенок! Посмотри во что я превратился? Посмотри на меня! Твоими стараниями я стал похож на тех монстров, которыми научился повелевать. Ну ничего, когда я получу камень, то верну всё, что у меня было. И даже больше. Эшкере! Словно по команде тело профессора стало раздуваться и мутировать. Наверное я так не орал в панике даже зелёным учеником волхва. — Огонь из всех орудий. Вали гада! Отряд выскочил из-за укрытий словно чёрт из табакерки. Заклинания максимальной силы полетели в монстра наравне с очередями из МАКов. Хоть ты какой силы будь, но выдержать атаку со многих направлений было проблематично даже для такого одержимого. А его как бы авады не брали. Дадли и Гермиона обстреливали гада как раз с двух сторон под углом в сто двадцать градусов. Грамотная тактика, но к сожалению не слишком эффективная. От Волдика отрывало куски плоти, вот только для такого одержимого плоть не проблема. Взрывами плоти меня отбросило от противника в сторону и я перекатываясь улетел по пандусу вниз. Плюхнуться мордой лица в песок арены было не очень приятно. Отплёвываясь от песка, я призвал свой посох и попытался встать. Получилось только на четвереньки. Отплевавшись от песка, я понял, что моя рука задела какую-то ткань. Что здесь делала распределяющая шляпа я так и не сообразил. Впрочем громкий клёкот возвестил о прибытии феникса. Судя по рёву пламени пташка атаковала одержимого, который отвлёкся полностью на птицу, пытаясь игнорить атаки нашего отряда. Вот только окаменением и оглушающим получать сразу по десятку штук и с приправой из авады было неприятно. Картина была фантастической. Вот только пока великие маги добегут сюда, то этот монстр может делов наворотить. Чёрная ярость стала подниматься из глубины души вместе с праведным гневом. Безбожное чудовище того гляди разберётся с фениксом и отрядом, а я тут разлёгся. Под руку из шляпы вылезла рукоять клинка сверкающего словно солнечный свет, а вместе с тем на клинке сверкали кровавые знаки. Клинок словно влитой сел мне в руку, прямо как под меня делали. Вдох-выдох, я чувствую необходимость битвы, необходимость защитить своих людей. — ЗА ГРИФФИНДОР! В воздухе словно волна разошлась. Посох налился силой, клинок рвётся в бой, блестит, радуется скорой схватке. Вот только я реально понимаю, что против такого монстра мне сейчас сражаться не по силам. Да и какая разница. Вдох-выдох, мир вокруг меня померк, я словно обрёл крылья и провалился вместе с тем куда-то. Осматриваюсь. Нет возвышения мы словно где-то одновременно высоко и глубоко, вокруг огонь и радужные вспышки. Есть только я и огромное чёрное безбожное чудовище. Оно смеётся и шепчет, говорит, что я не добуду победы своей глупой смертью. Уговаривает склонить перед ним колени. Искушает. — ЗА ГРИФФИНДОР! Меч и посох поют песню войны, мы сходимся в поединке, огромные когти и тяжёлые кулаки монстра врезаются в посох и меч. Это же мать его неравный бой. Это же Калинов Мост. Жаль, я так мало прожил. Но тебе не одолеть меня так просто, чудовище. Я тебе покажу, что такое верность и честь. Смех в морду чудовища летит от меня в ответ, разбивая злобное шептание ужаса. — ЗА ГРИФФИНДОР! Вот зачем только срывать себе горло не пойму? И словно через пелену вспоминаю беседу с Альбусом на вершине Астрономической Башни. Это помогает избежать смертельного удара и ответным выпадом срезать жуткую костяную пластину на груди монстра. Посох пронзает чудовищу одну руку, а меч другую. Я же в безумии погружаю руки по локоть в плоть демона и вырываю ему сердце. Чудовище застывает лишь на краткий миг. — Мара Милосердная, забери недостойного своей Косой, рассекающей души. Вручаем тебе мерзавца, что смел преступить черту. Я упал монстру под ноги заливаемый его кровью. Последнее, что запомнил перед тем как сознание померкло, так это то, что в Волдеморду вонзилось огромное белое копьё, а из зеркала вдруг вылезла костяная худющая рука с чёрными когтями-крючьями и сложившись в огромный фак, подцепила тушку демона средним пальцем, затаскивая её в артефакт.