Первая любовь

***

      — Юри! Юри~и! Кацуки Юри! А ну быстро посмотри на меня! — темноволосый парень наконец-то оторвался от телефона и поднял взгляд на своего классного руководителя, который был старше всего на четыре года. Оттого он и не слушает всеми любимого Виктора Никифорова. — Что ты там делаешь?       — Какая разница? И не называй меня так, ты же знаешь, что Кацуки девичья фамилия матери. И если она японка, то это не значит, что я такой же, — Юри нахмурился, убирая телефон в карман. Когда в школе узнали, что его мать на самом деле из Японии и уехала за своим женихом в Питер, это вызвало довольно много вопросов и подколов со стороны одноклассников. Но сам Юри, пусть и имел японские корни, считал себя русским. — Чего тебе?       — Я тебя после уроков не просто так оставил. Ты ведь помнишь нашего новичка? — Никифоров ухмыльнулся, как только заметил удивленное выражение лица Кацуки-Тосинеев*. — Так вот, он тут новенький и не очень общительный, тем более вырос в Японии. Не мог бы ты показать ему школу?       — Ты издеваешься, Никифоров? Чтобы я и школу кому-то показывал?! Может бантики ещё начнёшь мне заплетать?! — недовольно нахмурился Юри и накинул на голову чёрный капюшон толстовки, с леопардовым принтом. — Охренел совсем!       — Ой, да ладно тебе. Хватит тут драму разыгрывать. Ты думаешь, я ничего не вижу? — Виктор хмыкнул, сложив руки на груди. Бедный старшеклассник даже побледнел и нервно сглотнул. — Он ведь тебе нравится.       — Заткнись! — рявкнул на него Юри, продолжая хмурится. Вот только теперь на его лице проступил румянец.       — А местный задира втюрился! — прокричал на весь, благо пустой, класс Виктор, как маленький ребенок и звонко рассмеялся, наблюдая за эмоциями юноши.       — Никифоров! — Юри ударил ладонями по столу, заставляя тем самым Виктора замолчать. — Ладно! Я покажу ему школу, если ты заткнешься.       — Вот и умница, — Виктор довольно улыбнулся и сел за учительский стол. — Тем более, что к нему из параллели кто-то пристает. Но деталей я не знаю. А теперь иди, — махнул рукой мужчина и поправил свою челку, спадающую на глаз. — И не забудь об обещании завтра. Я проверю.       — Проверь, проверь, старпер. Вон, уже седой весь, — Юри рассмеялся и выскочил из класса до того, как на весь коридор разнесся недовольный крик Никифорова: «Это платина!»       — Новенький… Ну что же, зато появился повод, чтобы познакомиться поближе, — Юри усмехнулся и поправил свой чёрный рюкзак, с изображением тигра, направляясь домой.

***

      — Привет! Ты ведь Плисецкий? — Юри сел за последнюю парту, рядом с милым блондином. Длинные волосы были завязаны в слабый хвост, который уже успел растрепаться, а ярко-зеленые глаза с недовольством посмотрели на «японского русского», немного скрытые стеклами очков. — Я Тосинеев Юрий, но все зовут меня Юри. Приятно познакомиться.       — Не могу сказать того же. Я не люблю новые знакомства, — Юра отвернулся, недовольно хмурясь. Мало того, что к нему подсела местная «знаменитость», так ещё и его тезка.       — Почему? — но перед тем, как ему ответили, Юра достал из портфеля несколько осколков стекла. Явно не его. — Понятно. Почему тебя невзлюбили?       — Не хочу об этом говорить. И лучше иди к своим, — Плисецкий фыркнул, но сказать хоть что-то ещё не успел.       В класс прошёл Виктор Никифоров, который вёл русский язык и литературу, и попросил минуту тишины.       — Итак, детки мои ненаглядные, если вы думаете, что я буду жалеть вас в начале года, то вы чертовски правы. Так что сегодня просто почитайте что-нибудь по литературе, а то у меня бумаг слишком много! — под довольные возгласы, Виктор включил свой компьютер и стал работать, а остальные тихо болтать.       — Он всегда такой? — Юра изогнул бровь и повернулся к Юри, который только кивнул.       — Ага, всегда. Седой старпер.       — Юри~и! Это платина! — как Виктор только услышал эту реплику, так и осталось загадкой. Потому что когда надо, он и крики на ухо не слышит. — И вообще, тащи свою задницу сюда, японочка ты моя!       — Я русский! — недовольно рыкнул Юри, но всё-таки встал, подходя к учителю. — Чего тебе?       — Как дела? Первая любовь прошла или ты ещё в процессе? — Виктор ухмыльнулся, но говорил довольно тихо. — Только не говори мне, что я слепой, глухой и немой одновременно.       — Нет, ты просто придурок. Знаешь? — Юри сложил руки на груди, краем глаза заметив, что за ними наблюдает уже добрая половина класса. И Плисецкий в том числе. — Если ты хоть что-то испортишь, я тебя…       — Понял, понял, — кивнул Виктор и заговорил уже громче, чтобы удовлетворить интерес остальных. — Сходи сейчас к учителю иностранного языка, он просил передать вот это, — Никифоров отдал Юри небольшую флешку.       — Опять порно на работе смотрите! — специально громко проговорил Юри и скрылся за дверью, под громкий смех и недовольное: «Кацуки!»       Юри тихо прошёлся по коридору, недовольно ворча что-то про «некомпетентных учителей» и «гада Никифорова», пока не дошёл до класса иностранных языков. Постучавшись, Юри заглянул внутрь и, удостоверившись, что у Кристофера окно, зашёл полностью.       — Мистер Джакометти, вот ваша флешка, — Юри отдал блондину вещь и уже собирался уйти, как Крис взял его за руку и заставил сесть на стол. — Ну что ещё?       — Виктор рассказал мне о вашем новеньком. И о тебе, — Крис усмехнулся, а вот Юри тяжело вздохнул и закрыл лицо руками. — Ты только не обижайся на него. Просто этого вашего Плисецкого парочка парней из моего класса достаёт. Недавно чуть до драки не дошло. Ты приглядывай за ним там, ладно?       — Ладно. Спасибо, Крис.       — Вообще-то я твой учитель! — притворно возмутился Джакометти, стараясь не засмеяться.       — Вообще-то тебе девятнадцать! И ты старше всего на два года, — Юри хмыкнул и встал.       — Да, это аргумент… Тогда тебе повезло, что моя стажировка проходит в твоей школе.       — В нашей школе, Крис, — Юри усмехнулся и ушёл обратно, в свой класс, где все опять залипли в телефоны.       Даже «ботаникам» надоело читать литературу, которую все уже выучили за прошлый год, поэтому каждый сейчас занимался своими делами.       Юри снова сел рядом с Плисецким и тихо проговорил, чтобы никто не слышал:       — После школы подожди меня перед входом, устрою тебе экскурсию по школе, — и не слушая возражений, включил свою музыку и воткнул в уши наушники.

***

      После уроков Юри забежал в параллельный класс, чтобы предупредить Криса о возможном опоздании на завтрашний урок иностранного, который будет первым, а потом ещё долго пытался объяснить, что дело не в новеньком мальчике, который ему «немного» понравился.       Только после этого он вышел на улицу, поправляя свои растрепанные тёмные волосы, но замер на ступеньках.       Недалеко от главного здания школы собралась целая толпа, окружившая Юрия Плисецкого, который отчаянно пытался уйти или, хотя бы, предотвратить предстоящую драку.       — Эй, упыри! — Юри признал нескольких пацанов из класса Джакометти и быстро направился к ним. Те, кто уже были знакомы с Кацуки-Тосинеевым, быстро расступились, давая подойти к Юрию. — Если пальцем его троните, то узнаете, что такое травмпункт и кладбище! Пошли! — он схватил Плисецкого за запястье и повел к выходу с территории школы, заговорив уже нормальным голосом: — Экскурсия откладывается.       Они шли молча первые несколько кварталов и всё это время Юри не отпускал руку Плисецкого.       — Не стоило, — всё-таки подал голос Юра и Юри остановился, повернувшись к нему лицом.       — Всегда пожалуйста, — фыркнул парень, отпуская чужое запястье. — Хоть бы спасибо сказал.       Плисецкий поправил свои очки и, привстав на носках, поцеловал своего спасителя в щечку.       — Спасибо, — он слегка улыбнулся и пошёл дальше, в сторону своего дома. Юри замер и отмер только тогда, когда Плисецкий обернулся к нему и спросил: — Проводишь?       Конечно же он проводит.       Да и на английский он всё-таки опоздает. Влюблённые часов не наблюдают.       А на следующий день по школе пройдет новый слушок.