Страшная тайна ноутбука Джагхеда Джонса

Жизнь маленького Джагхеда не была плоха. У него были любящие мама и папа, а ещё младшая сестрёнка, которая с трудом выговаривала буквы и смешно топала ножками, когда на кого-то обижалась. Из проблем у Джага лишь мальчишки, дразнящие его из-за шапки-короны, которую он носит не снимая, да дурацкое имя — Форсайт Пендлтон Джонс. Впрочем, первое его никогда не беспокоило, а второе перестаёт быть проблемой, как только один глупый мальчишка, заикаясь и запинаясь, называет его Джагхедом. Джонс не обижается и говорит огромное спасибо за новое имя. Дети на площадке смеются над ними обоими и прозвище прилипает намертво. Джаг этому только рад. Его новое имя не в пример лучше длинного «Форсайт Пендлтон Третий». Друзья у Джага тоже есть, правда их всего лишь два человека: Арчи — сын папиного друга — и Тони — дочка маминой подруги. Тони он видит редко, ведь она живёт на другом конце города, а вот с Арчи они играют постоянно и считают друг друга лучшими друзьями. Поэтому когда наступает день рождения рыжего паренька, Джаг оказывается первым в списке приглашённых. Арчи забирает подарок из его рук и знакомит со всеми, кто был в комнате, после чего убегает на улицу играть в баскетбол. Джагхед тенью слоняется по дому Эндрюсов и уже начинает считать минуты до того, как за ним придёт отец. — Ты чего грустишь? — рядом с ним на диван падает девочка с убранными в хвост светлыми волосами. У неё не хватает переднего зуба, но её улыбка кажется ему милой и дружелюбной. В тот самый момент Джаг понял, что может доверять этой девочке. Так Джагхед и встретил Бетти. Ей тоже было скучно на этом празднике жизни, так что они нагло распаковали одну из подаренных Арчи настольных игр, и засели играть в неё на веранде. Мама Арчи, увидев их в стороне, как-то грустно улыбнулась и принесла им чипсы, два кусочка торта и сок с общего стола. Джаг тогда вымазал всё лицо в сливочном креме. А Бетти, хохоча достала платок из кармана. — Джагги, надо быть аккуратнее! — прикасаясь платком к его щекам, говорит Бетти. — Хорошо, Бетс! — счастливо улыбаясь обещает Джагхед. Крема на его лице не остаётся совсем, а Бетти смеётся над своим новым прозвищем. Чуть позже к ним присоединяется Арчи, и вечер от этого становится только лучше.

***

Детство Джага закончилось в тот день, когда ранним утром он не нашёл в трейлере маму и Джеллибин. Шок, страх и горечь в тот день захлестнули его с головой. — Не бойся мой мальчик, мы справимся! — говорит ему отец. А паренька захватывает новое чувство — обида. Он был жутко обижен на мать из-за того, что она не забрала его с собой. Из-за того что бросила его вместе с отцом, который совсем скоро начнёт пить во много раз больше. От подросткового суицида его спасает неуёмное желание жить и лучшие друзья. Особенно помогает Арчи, пуская переодически переночевать и поужинать. Бетти старается поднять настроение, время от времени принося другу новые книжки в хрустящих обложках и сэндвичи, даже не подозревая, что для того, чтобы увидеть улыбку Джага, ей достаточно самой улыбнуться своей солнечной улыбкой. Но Джагу всего двенадцать и больше всего он благодарен лучшему другу. И он безумно счастлив наличию Арчи Эндрюса в своей жизни.

***

Джагу четырнадцать и он почти ненавидит эту воплотившуюся в жизнь девичью мечту с волосами оттенка красное золото. И это в корне неверно. Арчи — его лучший друг. И Джаг не должен чувствовать подобное по отношению к нему. Разум твердил ему об этом постоянно, и всё равно Джага охватывала неконтролируемая ненависть по отношению к Эндрюсу в абсолютно случайные моменты. И Джагу было бы гораздо легче, если бы он не знал, что с ним происходит. Джагхед Джонс был не глупым парнем и потому знал: причина всему — Бетти Купер. Когда они были младше и постоянно гуляли втроём, Арчи часто оставлял их наедине, пока играл с другими мальчишками. Как на его дне рождения, как в тот раз, когда он на ходу выдумывал сказки, чтобы развеселить её, как миллион раз до того, как им исполнилось по четырнадцать лет. Но почему-то именно сейчас, когда Джаг стал достаточно взрослым, чтобы понять, как сильно ему нравится быть рядом с Бетти, она влюбляется именно в Арчи. Джаг чуть ли не воет, когда замечает тот взгляд, которым она смотрит на него. Арчи этого, конечно, не замечает. Джагхед знает, что его друг никогда не подумает о Бетти в романтическом смысле. Для Арчи она всегда была и будет младшей сестрой. И от осознания этого факта сердце Джагхеда разрывается на части — он хотел счастья для Бетс. Даже если не с ним. Он честно пытался забыть о ней. Встречался с девушками из Саутсайда, с одной из которых переспал во время очередной байкерской вечеринки отца, которые с побегом матери из дома стали случаться почти ежедневно. Ничего. В его голове, накручивая локон золотых волос на палец и звонко смеясь, сидела Бетти. А свидания выводили Джага из себя. Джонс смог забыть о ней только тогда, когда отец серьёзно взялся за бутылку. Тогда ему было не до своего разбитого сердца — у него были реальные проблемы. Джаг не спал дома. Он вообще практически не спал, коротая ночи в Попс за написанием рассказов. Его творчество было единственной вещью, которая спасала его от депрессии. На первом году старшей школы случилось невероятное — Эндрюс вспомнил, что Джагхед существует. Они стали проводить больше времени вместе, что безумно радовало парней. Часто к их скромным посиделкам в Попс присоединялись Бетти и её новая подруга Вероника. Они вчетвером дружили и просто весело проводили время вместе, но Джаг знал — это не продлится долго. Знал, потому что в один из вечеров заметил то, как смотрит Вероника на Арчи. В ту самую секунду Джагхед захотел перекинуть Бетти через плечо и унести куда-нибудь подальше от всей той боли, которую совсем скоро ей предстоит ощутить. Но он не мог этого сделать. Точно так же, как не мог и ввязываться в «ситуацию треугольника», к которой он не имеет никакого отношения. Он даёт себе обещание не вмешиваться, чтобы ни происходило. Через два месяца он его нарушает, врезав лучшему другу по морде. Джаг просто не мог не защитить Бетти, хоть каким-нибудь способом. Джагхед Джонс не мог оставить в прошлом свою детскую влюблённость в подругу, с которой боялся даже поговорить наедине.

***

В тот день было пасмурно. Тяжёлые тучи нависли над Ривердейлом, извергая на землю дождь вперемешку с мокрым снегом, что считалось вполне нормальной февральской погодой в их штате. Джагхед сидел за дальним столиком в Попс и вовсе не обращал внимания на погоду. На столе стояли чашка чёрного кофе и ноутбук с недавно начатым романом. У Джагхеда в планах было точно двенадцать, а может даже больше глав. Эта работа была его отдушиной, в которую он планировал поместить не только всю свою боль, но и все свои надежды. Джаг совсем не замечал того, что происходит вокруг, когда работал над этой историей. Не удивительно, что он не заметил, что за его столик подсел ещё кто-то, пока этот самый человек не заговорил. — Почему ты носишь эту шапку, не снимая? — Джагхед невольно вздрагивает, когда слышит этот голос, ведь это значит, что напротив него сидит Бетти Купер. Джаг захлопывает крышку ноутбука и насмешливо смотрит ей прямо в глаза. — Мы нормально не разговаривали с тех пор как нам исполнилось по четырнадцать, и ты первым делом спрашиваешь меня о шапке? — Джаг поздно осознаёт, что усмешка вышла какой-то уж слишком горькой. На лице Бетти расцветает грустная улыбка, но взгляда она не отводит. — Это лучше, чем сидеть и говорить о погоде, как две робкие пожилые англичанки, — Бетти нервно крутит в руках соломинку, пытаясь выглядеть спокойной. — Как у тебя дела, Джагхед? И он рассказывает всё до последней детали, потому что просто не может врать ей. Естественно он умалчивает о своих чувствах к ней, ведь это не столь важно сегодня. Она слушает его, действительно слушает, до тех пор пока Джаг не задаёт ей тот же самый вопрос. Бетти рассказывает, что родители всё чаще ссорятся, что Полли уже начинает планировать побег из дома, потому что родители не одобряют её отношения с Джейсоном и что её чувства к Арчи стихли так быстро и безболезненно, что это даже смущает. — Похоже я придумала то, чего нет. Понимаешь, просто мама всегда хотела, чтобы мы с Полли были идеальными, — Бетти опускает голову на плечо Джагхеда. Она пересела к нему на диван, когда он рассказывал об отце, и сейчас он был очень рад этому, — и я мечтала соответствовать. Возможно так она пыталась доказать себе, что в её семье всё в порядке. А я просто хотела, чтобы мной гордились. — Твоей маме же не нравится Арчи, — справедливо заметил Джаг, осторожно приобняв девушку за плечи. Он боялся, что спугнёт её подобными действиями, но она лишь крепче прижалась к нему. — Ну, а я всегда была упрямой. Считала, что Арчи — идеал, — Бетти разворачивает голову так, чтобы заглянуть в глаза Джагхеда. — Теперь я счастлива знать — это не так. Мы не должны быть идеальными. Всегда лучше быть собой. — Просто Арчи — идиот, — насмешливо выдыхает Джаг, — к таким как он нужно быть снисходительными. Бетти смеётся над его шуткой долго. Как ему кажется. Возможно это было лишь мгновение, растянувшееся для Джага на сладостные три минуты. После их разговор перетекает в мирное русло. Они обсуждают старое кино, книги и даже новую причёску их злобной старухи-учительницы мисс Гранди. Джаг невольно улыбался, когда вспоминал, что он сделал с ней и Арчи в «Ривердейле». Они говорят обо всём, что приходит им в головы. И это делает Джагхеда счастливейшим человеком в этом бренном мире. Однако к десяти часам вечера Бетти уже была дома. Джагхед не мог позволить ей оставаться на тёмных улицах ночью. Их городок, конечно, спокойный и мирный, но, как говорится в тихом омуте неизвестно что ещё водится. И всё же мама Бетти провожала Джагхеда злейшим взглядом, на который была вообще способна. Что ни сколько не испортило его настроения.

***

Они не разговаривали почти неделю, если не считать её поздравления парней с примирением. После чего они продолжили игру в молчанку, с редкими улыбками в коридоре и короткими сухими приветствиями. До тех пор пока не наступает вторник. Бетти хватает Джага за ладони посреди коридора и предлагает стать корреспондентом школьной газеты. Купер светится, как новогодняя ёлка, когда Джаг соглашается. Чуть позже Джонс осознаёт, что это было лучшим решением в его жизни.

***

Они много разговаривают. И в этих разговорах Джагхед полностью раскрывает свою душу. Единственное, о чём Джаг не может ей рассказать, так это о своих чувствах к ней. Они сидят в Попс, читая его рассказы. Джаг читает их вслух, потому что он автор и его попросила Бетти. Читают они «Карнавал», который Джаг почти что ненавидел. Он написал его всего за три часа в Попсе, через аллегорию карнавальных масок, показывая лицемерие современных подростков. Это был рассказ, который впитал в себя всю его злобу на Арчи, из-за ситуации треугольника, на Джейсона Блоссома, с которым они сильно повздорили в тот день, на Веронику, которая так жестоко обошлась с Бетти, и на саму Бетти, которая тогда его почти не замечала. И весь этот яд, разъедавший его изнутри, вылился в эту работу. И ещё немного в «Ривердейл», который он начал писать в тот же вечер. Однако, перечитывая «Карнавал», Джаг заметил ещё кое-что: любовную линию со счастливым концом. Он уже и забыл, что спас самого себя там. Парень на секунду отвлёкся, оглядываясь на Бетти. Она смотрела куда-то вдаль, нежно улыбаясь. В голове Джага мелькает мысль о том, что она думает об Эндрюсе, что злит Джонса, и потому он коротким и хлёстким, словно плеть, вопросом вырывает Бетти из раздумий: — Да, Джагги, всё в порядке, читай дальше. Из его онемевших пальцев выскальзывает кружка, разливая всё оставшееся внутри кофе по столу. Бетти тут же жутко краснеет и убегает за тряпкой. Мозгов Джага хватает только на то, чтобы спасти свой ноут и растянуть губы в безумно глупой улыбке. «Джагги! Джагги! Джагги!» — стучит у него в голове. Потому что она помнит их детские прозвища. Сердце Джага стучит с удвоенной силой, когда он называет её «Бетс». С того вечера они начали обращаться друг к другу своими «детскими» именами. Поэтому Джагхед чувствовал себя особенным. И счастливым.

***

«Купер, ты — загадка!» — думает он кидая в неё пригоршней чипсов, пожертвованных господином Арчи Эндрюсом на благо лучшего друга. Бетти смеясь уворачивается и даже ловит пару чипсин ртом. После чего нагло жуёт их, и кидается остатками поп-корна в друга. Джаг удивляется такому поведению этой девчонки ведь всего полчаса назад он снял её с забора, а десять минут назад они яростно кричали друг на друга. А всё из-за того, что она притащила ему одеяло и пару подушек в его необлагороженное жилище. В чём он был сам виноват, разболтав ей о своём новом месте жительства в вечер их дружеского похода в кино. Кроме них в кузове машины Фреда Эндрюса сидели Кевин, Тони, Арчи и Вероника. Но первая парочка сбежала обсуждать какие-то очень важные темы в Попс, а вторая уснула у Бетти и Джага на ногах через десять минут после начала фильма. Так что никто не мешал им разговаривать. И Джаг просто не смог не рассказать ей о побеге из дома, после её откровения о разводе родителей. Она понимающе смотрит ему в глаза, нежно переплётя свои пальцы с его. Он просит её не делать ничего, и Бетти разумеется кивает. Не проходит и пары дней, как эта несносная девчонка перелезает через забор с двумя огромными пакетами, взламывает дверь в аппаратную шпилькой, и всё ради того, чтобы превратить его каморку хотя бы в жилище. Ей это удаётся прекрасно, но Джаг срывается и кричит на неё. Кричит в первый раз в жизни на свою любимую Бетс, потому что она умудрилась ущемить последнее, что у него осталось — его гордость. Он выплёскивает на неё весь тот гнев, который скопился в нём. Но гнев сходит на нет в тот самый момент, когда из глаз Бетс брызнули слёзы, а по пальцам, по ладоням, сжатым в кулачки, побежали струйки крови. — Какого хрена ты это делаешь, Купер! — восклицает Джаг, когда замечает последнее. Джаг читает ей лекцию о том, что вредить себе ни в коем случае нельзя, а у самого живот крутит от страха за эту дурочку. Казалось бы безобидная привычка, но Джаг знал Бетти. Знал, какой максималисткой она может быть. Знал, что самому спокойнее эту привычку сейчас же пресечь. Знал, что теперь на её руки будет смотреть чаще, чем ей же в глаза. Джагхеду никогда не было так стыдно как в те минуты, что он обрабатывал её ладони. Впрочем его настроение меняется с первой горсткой чипов, посланной лёгкой рукой, хохочущей Бетти. Хорошее настроение возвращается к Джагу, и он принимает этот вызов. Они кидаются закусками друг в друга, под колкие комментарии Бендера с экрана. И оба безумно счастливы в этот самый миг.

***

Арчи и Вероника стоят, виновато опустив головы, словно сознаваясь в преступлении, а не рассказывают друзьям о только что начавшихся отношениях. И Джаг даже рад этому, когда со счастливой улыбкой на лице поздравляет друзей. На самом деле в этот момент сердце делает кульбит от осознания, что у него есть шанс. Он тут же отмахивается от подобных мыслей. Кроме дружбы, у них с Бетти не может быть никаких отношений. Ей нужен милый, заботливый парень из хорошей семьи. Джагхед плохо подходит под описание в основном из-за последнего критерия, и всё же не подходит. Но всяким мудакам и тупицам-пловцам он девушку своей мечты отдавать точно не собирался, потому совершенно не стесняясь отваживает их от Бетти.

***

Джагхед старается не показывать того, как сильно у него трясутся коленки, когда он остаётся один на один с Элис Купер. Из-за пугающе навязчивой Полли и просто пугающей Элис прошлым вечером он, стремясь поскорее ретироваться из этого маленького филиала Ада, зовущегося домом Куперов, забыл свою шапку в комнате Бетти. Ещё вчера перед Арчи вслух клялся, что больше он ни за что не шагнёт под крышу к Элис Купер. Сегодня он смело возвращается в логово огнедышащего монстра за любимой шапкой-короной, не в силах ходить без неё ни минуты больше. Элис впускает паренька, захлопывает за его спиной дверь и тут же насядает: — Если думаешь, что я не вижу как ты на неё смотришь, то ты дико ошибаешься, шкет, — брови Элис сдвинуты к переносице, губы дрожат от гнева. Эта женщина просто олицитворяет собой ярость, а Джагхед мысленно завидует Джейсону Блоссому, который всё же выжил после подобной встречи с мамой Купер. — Ты — отброс, живущий не понятно где и на что! Помни своё место, и не смей подкатывать шары к моей дочери! Ты и мизинца её не стоишь! — он не упускал ни единого слова из речи этой разгневанной женщины, которая пыталась пресечь саму возможность их с Бетти отношений. И у неё неплохо получалось, пока Джаг не заглянул ей в глаза. Страх. Вот, что плескалось в серых радужках. Она боялась Джага, даже больше, чем он её. Боялась, что из-за него Бетти будет страдать. Эти мысли прибавили смелости Джагхеду. Более того они его порядком разозлили. Он никогда не смог бы причинить зла Бетти. Просто физически. Разве можно сделать больно человеку, которого так сильно любишь? Вопрос для многих, наверняка, спорный являлся для Джага риторическим. — Миссис Купер, вы можете говорить обо мне, что хотите, но знайте я никогда бы не посмел обидеть вашу дочь. Я — не Арчи, который не знает чего хочет. Я уверен в своих чувствах к Бетти. Но я не перешагну линию. Мне слишком дорога Бетс и наша дружба, — он говорит чётко и спокойно, что сбивает спесь с Элис. — Кроме того я знаю, что не достоин Бетти. На мой счёт можете вообще не волноваться — я всегда буду во френдзоне. Мне достаточно просто быть рядом и отгонять от неё всяких мудаков. К концу этого небольшого монолога его голос становится более хриплым из-за пересохшего горла, но стальных ноток не теряет. Элис же явно сконфужена. Раздумывая о чём-то, она взглядом обводит собственную прихожую, после чего её тонкие пальцы выпиваются в плечи паренька, а во взгляде появляются ободряющие нотки. — Джагхед, ты должно быть хочешь выпить кофе, поговорить о твоей влюблённости в мою дочь и о том, почему ты совершенно в себя не веришь, — и это был даже не вопрос. Элис резво усадила его на стул в столовой, налила чашку кофе, и вот он под умилённые вздохи «злобной» матери своей любимой девушки рассказывает их с Бетти историю. Со своей точки зрения. — Боги! Джагхед, прости меня за то, что наговорила тебе у двери, — Элис смахивает тыльной стороной ладони слёзы с щёк. — Ты самое лучшее, что только может случится с Элизабет (уж точно в тысячу раз лучше самовлюблённого мальчишки-Эндрюса). Джагхед, ты только по-настойчивее, ладно? Бетти ведь иногда так глубоко уходит в самоаналитику, что чувств других просто не замечает. Джагхед определённо нравится Элис Купер. Причём нравится не только как человек, но и в качестве возможного молодого человека её дочери. Это, конечно, приятно до боли и вселяет какую-никакую надежду, но всё же гораздо важнее мнение Бетти. Она, к слову, стоит возле кухонного островка, сжимая его шапку-корону в руках. Глаза её можно сравнить по размеру с блюдцами, а нижняя челюсть грозится упасть на пол. В принципе подобная реакция была вполне оправдана: когда она спустилась вниз Джаг мирно дисскусировал с её мамой на тему вымирания печатной журналистики, а потом на тему роли художественного кино в формировании сознания среднего американца (девушка довольно долго находилась в ступоре). И это при всём при том, что вчера Элис Купер мечтала сжечь Джонса во славу Сатане. Так что, не желая более вызывать диссонанс в голове подруги, Джагхед забрал у Бетс из рук свою шапку, попрощался со всеми присутствующими и вышел из дома. Шапка пахла Бетти. Так будто бы она прижимала её к себе всю ночь. Он уже хотел было дать себе оплеуху за подобные мысли, но очень вовремя вспомнил слова Элис о том, что он сдаётся без борьбы. Так что он разрешает себе думать об этом. Разрешает немного помечтать. На крыльце дома Эндрюсов, в котором Джаг уже какое-то время живёт, его ждёт обеспокоенный Арчи. — Как всё прошло? — Эндрюс двигается в сторону, чтобы дать Джагу место на ступеньке, чтобы присесть. — Драконица тебя полностью сожрала или ещё что-то осталось? — Драконица превратилась в добрую лесную фею, — отвечает Джаг, падая рядом с Арчи, — и подчевала меня кофе с булочками всё это время. Обе принцессы в шоке. Арчи ржёт как лошадь, а потом они оба идут доедать остатки вчерашней пиццы.

***

Вероника в последнее время зачастила к ним домой. Точнее домой к Арчи, что сильно сокращало время, в которое он мог спокойно работать над «Ривердейлом». С тех пор как Вероника краем глаза увидела эту его работу в Попс, она не спускала глаз с ноутбука, принадлежащего Джагу. Джаг в свою очередь не выпускал ноутбук из рук. Джонс не мог позволить Лодж прочесть «Ривердейл», ведь на тот момент шестая глава уже была написана.

***

— Если будешь и дальше так на неё пялиться, то эта симпатичная розовая кофточка загорится прямо на ней, — смеётся Тони, прислонившись спиной к соседнему шкафчику. Джаг старается никак не реагировать на колкие замечания, но глаза непроизвольно закатывает. — Не понимаю, о чём ты… — Брось, Джагхед, — смеётся Тони, приобнимая друга за плечи, — ты, конечно, хорошо шифруешься, но твою реакцию на неё ничем кроме влюблённости не объяснишь. — У тебя слишком богатая фантазия, Тони, — Джагхед отворачивается от неё и уже шагает в сторону. — Неужели? — он почти физически чувствует ухмылку Тони. — Привет, Бетти! — Если ты думаешь, что меня это… — Джагхед не успевает закончить мысль, ведь он разворачивается лицом к Тони и видит источающую позитив Бетс. — Привет, Джагги, — он невольно расплывается в нежной улыбке. Она что-то щебечет про то, что днём им придётся заглянуть в архив. Краем уха Джаг слышит щелчок. Бетти поднимается на носочки и целует в щёчку, после чего бежит на биологию — единственный предмет, который они посещают порознь. Ещё щелчок. Рука невольно тянется к щеке, а на лице появляется совсем уж дурацкая улыбка. И вновь щелчок, на который Джонс, наконец, реагирует. — Кое-кто здесь влюблён в нашу малютку Элизабет, — почти пропевает Тони, обмахиваясь тремя только что появившимися фото из её полароида, словно пожилая леди веером. — И даже на смей это отрицать! Джаг и не отрицает. На этих фото он выглядит на столько глупо, что отрицать наличие у него романтических чувств к Бетс просто не выходит. — Я ведь могу надеяться, что больше никто об этом не узнает? — уточняет Джаг. — Особенно Бетс. — Торжественно клянусь, — Тони кладёт руку на сердце. — Но лучше бы она узнала. — Чего? — Потому что у неё хватит смелости вызвать тебя на откровенный разговор, и вы, наконец-таки станете парой. — С чего ты взяла, что мы станем? — Потому что такие твои взгляды не заметит либо полная идиотка, либо по уши влюблённая в тебя девушка. Джаг не считал Бетти идиоткой, и оттого надежда на второй вариант была особенно сильной.

***

Он стоит под окном Бетти. В руках он держит стремянку. Внутри всё ещё есть сомнения на счёт того, что он собирается сделать, и потому он не решается сделать лишний шаг. Полчаса назад Джаг бы даже не подумал сделать то, что собирается. Откровенно говоря, если бы не Вероника, он бы до сих пор писал роман за столиком в Попс. Собственно «сдёрнуло» его с места смс Вероники, следующего содержания: «Время действий, Джагхед Джонс! Я прочла твой роман. А через 30 минут Бетти доберётся до главы с поцелуем. Мы оба знаем о главе номер тринадцать (Арчи говорит, она огонь). В твоих же интересах быстрее осмелиться на всё, что ты описал в шестой главе. Иначе ваши отношениям с Бетти может прийти конец. Или нет. Но разве ты станешь рисковать? Твоя мучительница Ронни. P. S. Вот тебе фоточки, чтобы было откуда набраться смелости!» На фото была изображена тетрадная страница исписанная аккуратным почерком его Бетс. Это явно было чем-то личным, ведь иначе Вероника не прислала бы ему это. Ей не было бы смысла оглашать эту маленькую тайну таким способом. Приблизив картинку, Джаг начал читать: «Дорогой дневник! Сегодняшнюю запись я делаю не в самом обычном для этого дела месте. Сейчас мы с Джагги засели за вёрстку газет в редакции. Но, честно говоря, настроения работать совершенно нет. Всё потому что мы наедине. Нет вездесущего Кевина, дотошной Вероники и непонимающего намёки Арчи. Ты не подумай, друзей я своих люблю, но иногда так хочется взять выходной от них. Но не от Джагги. Только не от него. С ним мне так спокойно и уютно. Я бы с удовольствием проговорила с Джагги всю ночь напролёт. Потому что тихие беседы с ним за чашкой кофе — это то, что делает мою жизнь бесконечно лучше. Он делает мою жизнь бесконечно лучше. Оглядываясь назад, я понимаю, что Джаг всегда спасал меня. Ещё в детстве он выдумывал для меня разные сказки и игры, лишь бы отвлечь от того факта, что Арчи в очередной раз бросил нас в самом разгаре прогулки ради своих друзей из какой-то там команды. Когда я впервые получила двойку в младшей школе, Джаг кормил меня шоколадом и печеньем, напоминая, что одна двойка не приговор. И когда мы, наконец-таки, всё решили с Арчи, именно к нему я пришла, когда мне нужна была поддержка. И теперь, когда пришла пора спасать его — он всячески отталкивает меня. Но разве я отступлю? Ха! На чердаке давно пылятся лишние обогреватель и чайник. Пусть зыркает на меня своими восхитительными зелёными глазами сколько угодно, но я не останусь в стороне! Джаг слишком дорог мне, чтобы позволить ему жить так, как он живёт. Даже если мы будем ссориться каждый день из-за этого, я не перестану носить с собой лишних два сэндвича на ланч. Я хочу и буду заботиться об этом парне. И ещё похоже я была не права в прошлый раз. Возможно это что-то большее, чем влюблённость. Всегда твоя, Бетти Купер P. S. : чёрт, случайно написала это в тетради по биологии! Надо бы не забыть вырвать этот лист…» Первой реакцией Джага был смех. Потому что Бетти была такой… Бетти. Это было совершенно точно в её стиле. Потом он ещё раз просмотрел это «письмо счастья», что вызвало у парня необыкновенное воодушевление. Он ей нравится. Как парень. И возможно это не те же чувства, что испытывает к ней он, но всё же… Он срывается с места и со счастливой улыбкой идиота бежит в сторону дома Куперов. Бежит он на столько быстро, что страх и сомнения успевают нагнать его под окнами Бетти. Джаг впадает в ступор со стремянкой Фреда Эндрюса в руках. В какой-то момент он хотел уже было всё бросить и сбежать, но тут раздался счастливый визг Бетти, вырвавший парня из скорбных мыслей. Это было любопытство. Банальное человеческое любопытство дало ему сил и смелости поставить стремянку и взобраться по ней под бесшумные аплодисменты Элис, наблюдавшей за его метаниями через окно на кухне. — Хэй, Джульетта! Мысленно Джаг хлопнул себя по лбу. Он непроизвольно начал вести себя так же, как и его копия из романа. В «Ривердейле» эта реплика казалась Джагу забавной, но в реальности была употреблена просто не к месту и могла стать причиной неловкой ситуации. Но Бетти широко улыбается и задаёт вполне закономерный вопрос: — А почему через окно? — Ищу острых ощущений, — совершенно не задумываясь выдаёт Джаг. Секунда и подростки начинают хохотать в голос. Их смех смог бы услышать даже Арчи из своей комнаты, если бы сейчас не бегал по полю. Они смеялись как два идиота над глупой случайно вырвавшейся шуткой, которую никто из их друзей не смог бы понять. Они с самого детства могли с лёгкостью открыть дверь в их маленький мир, просто оставшись наедине друг с другом. И эта маленькая особенность их отношений никуда не исчезла. Она возродилась вместе с их затухшей дружбой, словно феникс. Почему Джаг не замечал этого раньше? В какой-то момент их взгляды встретились. В глазах Бетс горел огонёк радости, щёки мило покраснели и приятным дополнением этой картины стала широкая улыбка девушки. В голове парня что-то щёлкнуло и он, шагнув к ней, взял её лицо в ладони и, отбросив все возможные сомнения, поцеловал самую солнечную в мире улыбку. Джаг едва ли не стонет, когда пальчики Бетти нежно гладят его по голове, оттягивая назад кудрявые волосы парня. Извечная шапка-корона слетает с его головы, но кого это волнует, когда он обнимает за талию свою Бетти, которая отвечает ему с таким жаром на поцелуй? Они отстраняются, когда в лёгких заканчивается воздух, но из объятий они друг друга не выпускают. — Я хотела сделать это так, как ты описал в своём романе, но не нашла в себе сил отстраниться… — Думаю, я бы умер от сердечного приступа, если бы ты так сделала! Бетти улыбается и притягивает его к себе за шею так близко, что между их губами остаётся от силы пару сантиметров. — Ты мне нравишься, Джагхед Джонс, — выдыхает ему в губы девушка. — Так сильно нравишься, что я почти уверена, что люблю тебя. — А я уверен, что люблю тебя, Бетти Купер, — Джаг никогда не чувствовал себя увереннее, чем в тот момент, — и больше не отдам никаким рыжим соблазнителям и уж тем более идиотам-пловцам! — Так и знала, что ты отвадил от меня того парня! Он меня до сих пор боится, Джагги! — успевает воскликнуть Бетс, прежде чем Джаг возобновил их поцелуй. Чуть позже они сядут на пол и дочитают Ривердейл, прерываясь лишь на долгие поцелуи, а потом просидят в обнимку до полуночи, наконец-то, говоря обо всём на свете. Бетти вспомнит их первую встречу, Джагхед закончит ту сказку про ведьмочку Бетс и чародея Джагги. Элис дружелюбно потрепав Джага по плечу, выгонит его из дома, выразив свою надежду на то, что с предложением руки и сердца он не будет тянуть десять лет. Арчи, увидев счастливую улыбку лучшего друга, улыбнётся сам и выдохнет: — Ну, наконец-таки! На следующий день он зайдёт за Бетс перед школой, и она встретит его нежным взглядом, полного, больше не скрываемой, любви, и трепетным поцелуем в щёчку. И в тот самый момент Джаг поймёт, что предшествующий день был не сном. Увидев их, держащихся за руки, Вероника и Кевин дадут друг другу смачное «пять». Джаг и Бетти с неким наездом, не сговариваясь, скажут: — Спасибо, но больше в нашу личную жизнь не лезьте! Тони запустит в твитере хэштэг Багхед, а Шерил без сарказма назовёт их самой милой парой школы в своей сторис в инстаграмме. Но это всё будет потом. А сейчас Бетти тает в его объятиях, со всей возможной страстью отвечая на его поцелуи. И Джагхед не верит, что можно быть счастливее, чем в этот, самый лучший миг в его жизни.