Больная ведьма

      Истинная любовь. Я. Я почувствовала её. Нет, это не та любовь, которую вы чувствуете в школе, когда влюбляетесь. Это другая любовь. Когда чувствуешь, что готов жизнь отдать за любимого человека.       Этот любимый человек. Микото. Я влюбилась в неё.       Эти холодные руки. Это каменное и спокойное лицо… Эти черты лица, они… Они прекрасны. Я просто влюбилась. Эти очертания… Они свели меня с ума.       Знаю, это неправильная любовь… Но, когда влюбляешься, для тебя нет неправильной любви. Для тебя нет преград. Особенно если это связано с человеком, которого ты любишь.       Сейчас же я валяюсь на кровати укутанная в одеяле. Так… Холодно. Ещё и Микото с Эмилией ушли… Почему мне так одиноко?       Так хочется, чтобы Микото была рядом. Эмилии на меня плевать, а Микото… Пусть она просто будет рядом.       Я просто лежу здесь и страдаю. Но… Я что-то слышу. Микото… Она появилась прямо передо мной. А я лежу полностью закрыта одеялом.       — Прости, ты как? — художница глянула на меня.       — Х-хорошо… — я уткнулась носом в подушку.       — Не видно что-то… Лучше скажи правду. — вот же проницательный сухарик.       — Правду? — я приглушенно кашлянула. — П-плохо тогда…       — Я уже вижу… — она, кажется, о чем-то стала размышлять. — Ты заболела что-ли?       — Н-не знаю… — я не могла говорить своим голосом, он у меня был слегка хриплым и дрожал.       — А, что именно болит? В смысле, живот или голова? Или все тело? — сколько вопросов-то…       — Всё… — нет смысла врать, итак очевидно.       Микото всё думает о чем-то… Так интересно знать, о чем…       — Ты что-то ела до того как все заболело? — спросила меня Микото.       — Только… Белый чай пила… — призналась я. Может это всё из-за чая? Хотя… Плевать.       Микото цикнула и… Приобняла меня? Это… Это… Взаправду?.. Боже, я почему-то стала счастливей… Она рядом, приобняла меня… Ей всё же не плевать на меня.       — Прости, я даже помочь не могу. — за что она извиняется? Это всё моя вина, что со мной такое происходит и художница даже не знает, что со мной… Впрочем, как и я.       — Д-да ничего… Не извиняйся… — я наконец высунула свою голову из одеяла. Боже, какие же мои волосы растрепанные… Даже шапка это не скрывает, ибо её нету на мне. Такое чувство, что моё тело горит. Хотя мне то холодно, то жарко.       Микото села на край кровати возле меня и тронула мой лоб.       — Ч-что-то не так?.. — спросила я.       — …Ты горячая. — я горячая? Эм… Ч-черт, это смущает… Я аж покраснела ещё больше, только от этого чертово смущения…       — Ладно… — а что мне ещё говорить? Мне сделали некий «комплимент» сказав, что я горячая.       — А. …Я. Это… Не в-в том смысле…! — оказывается, я дуреха…       — А… Хорошо… — это всё, что я могу сказать. Надо было извинится, дура       Микото что-то прошептала, а я не расслышала. И тут я… Чихнула…       — Будь здорова. — сказала Микото.       — С-спаси. — и я снова чихнула.       — Будь здорова… — кажется, я скоро её достану.       — Ага, спасибо ещё раз… — надеюсь, я снова не чихну.       А Микото о чем-то думает… О чем же она думает черт возьми?! Так, надо отвлечься на… Пустоту, да. Я смотрю в эту пустоту… И… Когда же это всё пройдет?.. Не хочу вечно страдать… Художница всё думает о чем-то, а я страдаю частенько покашливая. Ужасно себя чувствую…       Я уже начинаю вырубаться потихоньку. Спать чертовски хочется… Я положила голову на плечо Микото и уснула. Она же приобняла меня и погладила по голове. Я чувствую это и улыбнулась. Это так… Приятно.

***

      Через какое-то время я проснулась. Я лежала на кровати всё ещё без своей шляпы, да и рядом Микото не было. А, нет, она пришла держа в руках поднос с белым чаем и двумя бутербродами с плавленным сыром. Шатенка поставила поднос на тумбочку и повернулась к о мне.       — Как ты? — спросила у меня Микото.       — Не очень как-то… — я потерла глаза и зарылась в одеяле, ибо было холодно… Я уже заметила этот поднос и так хочу съесть и выпить всё… Но так не хочется вылезать из тепла…       Кажись, художница заметила, что смотрю на этот поднос. Она вновь взяла подносик в руки и присела на край кровати и протянула мне поднос с едой, крепко держа его. Я могу так спокойно перекусить…       — С-спасибо большое… — поблагодарив Микото, я начала кушать. Та лишь кивнула и держала поднос.       Когда я поела, то сразу залезла в одеяло, даже лица не видно. Я как живой трупик, который переродился. Я ничего не видела, только одеяло. Но я всё слышала.       — Знобит что-ли? — это то, что услышала от Микото.       — Немного… — тихо сказала я. Хотя на самом всё наоборот. Не немного, а скорее много…       Художница затихла… Боже, ну не молчи же ты! Я не хочу, чтобы ты молчала… Так, Микото же рядом. Сейчас проверим…        Я высунула из одеяло свою руки и дотронулась до плеча шатенки. Кажись, она дернулась… Я наконец высунулась из одеяла, правда только голову, а руку я спрятала. Микото смотрела на меня.       — Что-то не так? — спросила шатенка смотря на меня… Чуть ли не мурашки по кожи пробегают, когда она меня смотрит… Джулика, держись, всё в порядке…       — Н-нет, просто ты затихла… — и это не все причины…       — А… Ну… Просто задумалась… — о чем же она всё время думает? Скажи ты уже… Черт, каждый раз себя мучаю этим.       — О чем?.. — надеюсь, ты скажешь.       — О том, как бы помочь тебе вылечиться. — Микото всё же думает обо мне… Это осчастливило меня, хоть и немного.       — Д-да я думаю, что само п-пройдет… — Господи, кого я обманываю…       — Но ждать, когда пройдет, не очень то хочется. — если оно вообще пройдет.       — Это да… — и я чихнула. Интересно, я уже достала Микото?       -…Будь здорова. — сказала художница.       — С-спасибо… — я поблагодарила шатенку.       — Хочешь чего-нибудь еще? — да. Я хочу тебя. Твою любовь. Твое тепло. Я просто хочу тебя…       — Н-ничего… — но потом я добавила, только шепотом, чтобы Микото не услышала. — тебя…       — Что? — слава Богу, ты не услышала.       — А? Д-да ничего… — ага, ничего. Прям ничего.       Она ничего не сказала. Теперь я смотрю куда-то. Даже не знаю, куда. Боже, как же хочется быть в таком состоянии вечно. Чтобы всегда Микото была рядом со мной. Я хочу, чтобы она была рядом со мной навечно. Мне больно становится даже от того, что я тебя не вижу или не слышу… Эта любовь не дает мне жить спокойно…       Мои глаза начали слезится… Стоп, что? Я… Начинаю плакать? Нет, нет, нет, нельзя…       Увидев это, Микото цикнула почему-то…       — Что стряслось? — глупый вопрос…       — В-всё в порядке… — а из моих глаз всё слезились и слезились. Я из-за этого говорить нормально не могу. Лишь бы не зареветь…       — У тебя глаза слезятся, вряд ли все в порядке. — всё в порядке. Что же она так беспокоится?       — Н-ничего, всё действительно хорошо. П-просто ты в глаз попала… — сказала я, потирая глаза. Я еле улыбалась. Надо держать эту улыбку…       -.......т-точно все нормально? — я кивнула.       Она смотрит на меня… Почему я… Боюсь этого взгляда? Такое чувство, что этот взгляд так ненавидит…       -…Если хочешь, можешь выплакаться. Твоя улыбка не скроет того факта, что ты хочешь плакать. — я же её разозлю… Ай, плевать!       Я крепко обняла Микото. Она не ожидала этого. Но… Мне так хотелось её обнять и просто побывать в её объятиях. Сейчас я просто плачу, но моя улыбка не исчезает… Художница же… Обняла меня и… Начала поглаживать по спине? Я… Так рада. Боже, я даже этому чертовки радуюсь. Я наконец глянула на Микото своими глазами, из которых так и лились слезы, а художница. Она легонько улыбалась? Микото улыбается? Её улыбка… Она… Она такая красивая. Могу смотреть на неё вечно.       — Улыбайся чаще, п-пожалуйста… — я еле выговорила это.       — Постараюсь… — постараешься? Я опять увижу эту улыбку? Я так счастлива…       — Знаешь, я… — я уже готова была признаться. — Я люблю тебя, Микото!..       Черт, черт, черт, зачем я это сказала?! Что я за дура такая… Надо было молчать!       -Ну… думаю, всё… взаимно. — смущенно произнесла Микото, отведя взгляд.       Стоп, что? Взаимно?.. Я не верю в это… Это не сон…       Но это всё правда. Я… Я была просто на небесах. Я даже забыла о тех муках и страданий, что я чувствовала.

Теперь я поверила в любовь

Спасибо, Микото