Истина среди лжи

От пережитого вчерашним вечером, от слабости, охватившей тело, Вика быстро уснула. Володя не стал её будить для того, чтобы разложить диван. Одной ей вполне было достаточно места. Сам повар устроился на полу. И всё было бы хорошо, если бы утром Кузнецова не поднялась резко с кровати и не упала от тут же давшей о себе знать головной боли. Мужчина в тот же миг, очнувшись ото сна, соскочил на ноги. Помогая девушке подняться, он случайно скользнул взглядом по её ногам. Футболка хоть и была ей велика, но всё равно оставалась короче школьной юбки, к тому же бесформенно болталась. По этой причине брюнет успел заметить тёмные пятна на теле Виктории. Девушка, проследив за взглядом агента, тут же поспешно натянула футболку, как можно ниже. - Специфический характер, - пробормотал Соколов, отворачиваясь и отходя к окну, предоставляя тем самым возможность темноволосой переодеться. Вика проигнорировала это замечание. Натянув юбку и джемпер на себя (ей ещё повезло, что в прошлое своё появление в этой комнате она забыла кофту; разгуливать по школе в белой блузке, заляпанной кровью, было явно не лучшим вариантом), девушка устало прислонилась к стене. Кузнецова буравила взглядом спину повара. Скажи ей кто-нибудь месяца четыре назад, что король ватрушек и укротитель поварёшек может быть очень требовательным, решительным и серьёзным, она бы, возможно, и не поверила. Его улыбка всегда была такой искренней и доброжелательной, что никогда даже не приходилось задумываться, что и в душе этого обаяшки существуют определённые переживания. Брюнетке же довелось узнать его нового. И она надеялась, что настоящего, потому что именно такой - живой, иногда импульсивный мужчина - ей нравился куда больше. И сейчас она прекрасно знала, что сейчас он ждёт от неё объяснений. Неожиданно брюнет развернулся и встретился с девушкой взглядом. - Ты с ним спишь? - не ходя вокруг да около, задал вопрос Соколов. Кузнецова смутилась такой прямолинейности, но отступать в прямом и переносном смысле было некуда. Блуждая ничего невидящим взглядом по ногам агента, школьница, стараясь не вдаваться в лишние подробности, очень тихо, себе под нос, щебетала о происходящем. - ... а сейчас это уже необходимость, - закончила темноволосая. Глаза мужчины яростно сверкнули. Резко рванувшись вперёд, он в три шага преодолел расстояние между ними и оказался в паре сантиметров от юной особы. Нависая над ней, он упёрся руками в стену по обе стороны от головы ученицы и требовательно заглядывал той в глаза. - Тебе необходимо ощущать его руки, губы на своём теле? - Я не, - начала Вика, но её прервали. - Что ты чувствуешь, когда он прикасается к тебе? - хрипло прошептал брюнет. - Тебе это нравится? Девушка поморщилась. - Почему мы вообще говорим об этом? - вспылила она. - Потому что... - Володя осёкся. Соколов так же резко отошёл от Кузнецовой, как и приблизился. Он опустился на диван и, запрокинув голову назад, тяжело вздохнул. - Я не могу снова отпустить тебя к нему, - проговорил он. - Теперь это слишком опасно.

***

Всё выглядело довольно естественно. Вика якобы потеряла сознание на консультации по истории. Пока Славина приводила ученицу в чувства и узнавала об её общем состоянии, Назарова сообщила о происшествии Елене. Вера Дмитриевна ненавязчиво подвела Крылову к нужному ей решению, упоминая нервный срыв школьницы и скорбь по потере возлюбленного, снижение успеваемости. Директриса неожиданно для самой себя согласилась с тем, что одиннадцатикласснице, претендующей на отличный аттестат, необходим отдых и наблюдение докторов, поэтому, вопреки обратным убеждениям со стороны Тамары, немедленно вызвала "скорую". Для того, чтобы операция прошла успешно, с Кузнецовой рядом постоянно находилась Назарова. И как бы врачиха не пыталась её выдворить, покидать медкабинет педагог отказывалась. Когда школьницу грузили в белую газель, она краем глаза заметила, как Уваров яростно метал взглядом шаровые молнии. Девушка еле-еле удержалась от рвущегося наружу смешка. Насколько сильно её позабавило бессилие Вадима, настолько сильно и огорчило то, что из некогда друзей к ней проявили интерес только Даша и Ромка. Остальные, очевидно, сделали для себя какие-то иные выводы. Путь был недолог, всего около сорока-пятидесяти километров. Вика с нетерпением ждала и в то же время опасалась встречи с Князем. Она не знала, как себя с ним вести, не знала, как он к ней отнесётся. Но опасения развеялись в один миг. Мужчина сам встретил гостью, о которой был наслышан, на пороге своего дома. Показав юной шпионке её будущую комнату, проведя краткий экскурс по планировке дома и дав школьнице полчаса на "акклиматизацию", Князев оставил ту в одиночестве. Но за ужином девушке наконец удалось узнать Бориса Константиновича получше и, к удивлению, его общество её не тяготило, наоборот, она с интересом принимала участие в беседе. Другим сюрпризом для Кузнецовой стало появление в гостиной Натальи Колчиной, то есть Ирины Исаевой, матери Андрея. Женщина сразу же, позабыв о еде, принялась расспрашивать брюнетку о сыне и дочери. Виктория старалась успокоить её, говоря, что с детьми всё хорошо, они живы, здоровы, но той этого было мало. Каждый вечер юной барышни отныне проходил в рассказах о жизни Андрюши и Надюши. Она иногда хоть и тяготилась расспросами, но не могла отказать матери, ведь очень сильно скучала по своей. Князь же предоставил девушке для работы новую, мощную технику, которой Кузнецова была очень рада. С такими агрегатами её навыки грозили быть усовершенствованы в несколько раз. Но Виктория всё равно оставалась одинокой в этом большом доме. Она скучала по ребятам, с которыми была неразлучна несколько лет. Она скучала по Вере, кто понимал её с полуслова, с кем в последнее время она делилась своими переживаниями, как раньше с Дашей. Она скучала по Володе.