Работа для Человека-Паука (буквально)

      — Я знаю, что, в отличие от вас, никогда нигде не был кроме района, в котором живу, но знаете, мне все равно есть, что терять. Понимаете, что я имею в виду? Я занимался всем этим с пятнадцати и каждый раз лажал, и тут кто-то узнает, кто я такой, — сказал Питер. — Бум. Кое-кто пострадает от последствий. У меня... у меня есть семья. Может, не совсем большая, но она всегда была ею для меня. Когда до меня начали доходить подобные слухи, я думал только о том, что это значит для нее и всех, кто меня знает.       — Парень... — попытался прервать его Фьюри.       — Нет, дайте мне договорить. Для вас, ребят, с миллионами долларов защищать людей, которые вам дороги... или просто то, что у вас есть, Кэп. У меня нет этого. Только маска. И вы герои Америки, а я просто подросток из Квинса. Они любят вас. Доверяют вам. А мне? Я Человек-Паук, которому не рады.        Он замолчал, и комната погрузилась в тишину. Капитан Америка изучал Питера так, словно до этих слов не замечал его. Тони прекратил ёрзать, пока он говорил, как будто застывшее лицо Фьюри ничего не выражало. Стив откашлялся.       — Ты абсолютно прав. Мы все знаем, Тони не особенно, но большинство из нас понимает, какого это — хранить секрет. Человек-Паук сделал многое, будучи всего лишь ребёнком. Он не готов ко всему миру, стучащемуся в его двери, а если бы и был, то он не сделал ничего, чтобы заслужить такое.       Стив повернулся к Фьюри и ответил тому таким же выражением лица.       — Хорошо, Стив. Я услышал тебя. Но я спрашиваю тебя, Капитан Америка — как мы это остановим? Я обдумал все выходы из сложившейся ситуации, которые только возможны. За исключением предательства, я не могу найти решение. Деньги перешли от одних владельцев к другим они вернулись к большинству избирателей. Единственное, что мне приходит в голову — использование мощного пиара.       Пока Тони говорил, Стив и Фьюри продолжали горячо спорить, переглядываясь друг с другом, и Питер почувствовал себя невероятно маленьким.       — Я работаю над этим. Вернусь позже. Конец связи! — резко связь прервалась, и огромное лицо, спроецированное на стену, растворилось в темноте.       Тони небрежно сложил руки на груди, посмотрев на Питера и Стива. Воцарилось неловкое молчание, которое Старк не выносил.       — Итак... это произошло. Хорошо сказано, Паучок.       Тони вскинул тёмные брови, глянув на поджавшего губы Стиву. Питер заметил небольшие ямочки на загорелой щеках, пока Старк боролся с улыбкой. Казалось, ни один человек не мог быть таким... Он неожиданно почувствовал прилив тепла. Стив заметил его взгляд, обезоруживающе ему улыбнувшись перед тем, как Тони с энтузиазмом шагнул к ним.       — Ну, так как мы теперь друзья, никто не хочет капучино? — Тони взглянул на Питера. — Я угощаю.       Вот как Паркер обнаружил себя сидящим за маленьким столиком в приватной комнате модного кафе с двумя героями Америки, будучи одетым в карнавальный костюм. Стив колебался. Но когда они достигли первого этажа башни, Тони поторопил его, заражая своей энергичностью и ставя в неловкое положение, если он откажется. Кафе находилось напротив Башни Старка.       Заведение на углу казалось нелепым рядом с невозможно высокими небоскребами финансового района Нью-Йорка. С фасада оно казалось большим, будучи похожим на частный бутик античной утвари, а на деле оказываясь длинным, но узким. Тёмный деревянный пол, покрытый царапинами, выглядел старше, чем Тони, пусть и полировали его совсем недавно.       Когда они вошли, молодая и привлекательная девушка с тёмными волосами провела их вглубь кафе к комнате для встреч, в которой находился круглый деревянный стол и плюшевые кресла. Тони кивнул ей, заказав кофе, и она выжидающе взглянула на Человека-Паука и Капитана Америку, словно их компания не были самым странным, что она видела на этой неделе.       — Кофе с сахаром, пожалуйста, — Стив улыбнулся ей, проговаривая каждое слово на устаревший манер. Тони наблюдал за её розовеющими ушами, когда она повернулась к Питеру.       — Постой, — перебил Тони. — Не возражаете? Я почувствую себя ужасным хозяином, если вы не попробуете их карамельный капучино скуро. Никогда в жизни не пробовал лучшего напитка, и пять лет назад он был так же прекрасен.       Питер неловко засмеялся, откашлявшись, чтобы не говорить высоким девчачьим голосом.       — Конечно. Кофеин, сахар... Я не придирчив.       Тони снова кивнул официантке, прикрыв за ней дверь.       — Скажи мне, что это не было твоим планом, Тони, — Стив вздохнул с притворным разочарованием. — Это серьёзное нарушение, совершенно не похоже на тебя.       Тони слегка нахмурился, прикусив губу. Это лишь секундное выражение лица полностью завладело внимание Питера, и он прокручивал его в голове несколько раз во время разговора.       — Нет. Абсолютно нет. Странно. Ты знаешь меня, я никогда не позволяю себе опустить уровень охраны так низко. Я был очень занят, это как-то выскочило из головы, — Тони рассеянно поступал пальцами по столу.       Наблюдая за Тони, изучающим свои ногти с очередным выразительно хмурым взглядом, Питер осознал, что Тони никогда не прекращал движение. Его руки редко пустовали во время работы в лаборатории, иногда это был инструмент или кусок лома, который он перебирал в ладонях, погруженный в себя. Когда ему нечего было держать в руках, он ковырял или тер мозоли, которых у него было предостаточно.       Питер не мог припомнить, делал ли он что-либо подобное в костюме, но вот вне его руки Старка не останавливались никогда. Во время своих наблюдений Питер обдумывал прочитанные им книги о структуре мозга. Он решил, что нервная система Тони очевидно отличалась таким образом, что индикатором его внутреннего состояния была сфокусированность на руках. Это должно было быть чем-то психологическим, вытекающим из сложной и чрезвычайно запутанной теории Фрейда. Однако Паркер перестал читать его труды после того, как его простое желание сна было обосновано проблемами с матерью.       — Итак, Человек-Паук. Скажи, так ты планировал провести свой день? Выпивая кофе с кэпом и мной?       — Я...       — Я представлял, что у меня будет обед с одной из красоток Плейбоя, о которых не имел удовольствия раньше слышать, — обворожительно улыбнулся Старк. — Прекрасно, мне кажется. Благотворно! Очень, кэп. Не так ли?       — Немного благотворного лишь сделает тебе лучше, — фыркнул Стив. — Мне приходит в голову несколько специфические случаи, когда твоя жизнь могла бы быть благотворной.       — Ооооу, так вот что мы собираемся делать? Прям перед ребенком? Он шутит. Нет, он не шутит. Роджерс абсолютно прав, но все же он не такая задница. Он просто слишком обнаглевший, потому что скучает по «Я люблю Люси».       Стив рассмеялся на это сравнение и толкнул Тони локтем.       Раздался вежливый стук перед тем, как молодая официантка вернулась с тремя кружками, быстро расставив напитки перед каждым. Когда Тони привстал, чтобы забрать свой, Стив и Питер сели обратно, позволяя ей сделать свою работу. У Тони уже было немного пены на бородке, когда Стив благодарно кивнул ей.       — Разве она не замечательна? Она закончила школу искусств прошлой осенью и практиковалась на напитках. Она не Стив Роджерс, но клянусь, с каждым разом все лучше.       Тони, явно удовлетворённый, поставил свою кружку. Питер закатал маску до носа, немного обеспокоенный, что пенка останется на ней. Он почувствовал кремовые пузырьки на языке, сделав пару глотков.         Эспрессо было крепким и умеренно сладким. Именно той теплоты, когда все тело расслабляется полностью, и ты начинаешь осознавать, насколько был напряжён.       Карамель оставалась на языке приятным послевкусием, когда он вздохнул.       — Просто лучший. Разве я не прав? Стив сказал, слишком сладко. Он не прав, очевидно, — утверждения Тони скорее звучали вопросительно, поэтому Питер не мог не усмехнуться.       Он вспомнил, как сидел в школе с ЭмДжей и Гарри, шутя примерно так же, но в этот раз обед не мог кончиться мясным рулетом на его голове.       — Да. Не хочу быть "неамериканцем" или вроде того, но вау, — согласился Паркер.       — Кофе, кофе. Иногда нужно ценить простые вещи в жизни, — глубокомысленно изрёк Стив, на что Тони лишь закатил глаза.