Тигра и Барашек

      Игорь считает все эти истории с родственными душами, половинками одного целого — детской сказкой, историями для наивных глупых девочек. Попросту он в это не верит. Но судьбе его вера не интересна и ровно в полночь, в день, когда ему исполняется восемнадцать, на запястье появляются аккуратно выведенные слова: «Я тигра»       — Какая еще нафиг тигра? — шипит парень, глядя на татуировку.       На следующее утро Игорь надевает на запястье браслет, скрывающий метку и мысленно ругаясь на ту девчонку, считающей себя тигрой.       То, что это девушка у него сомнений нет: «Ну какой мужик назовет себя тигрой?» — думает он и почти забывает о тату, надежно спрятанной под плотной тканью браслета.       

***

      Артем стоит перед зеркалом и напряженно смотрит на часы. Всего минута отделяет его от совершеннолетия и от долгожданных слов. Мелкие, словно бисер, буквы, не заставляют себя ждать, ровно в полночь, выстраиваясь во фразу: «Барашки у нас пасутся. Классно же». Появляются они на груди, прямо над сердцем. Артему смешно, но в душе он надеется, что ему не придется искать своего соулмейта среди гор и пасущихся барашков.       

***

      Проходит больше десяти лет со дня появления татуировки, а Игорь по-прежнему не верит в то, что у него может быть родственная душа. Да и никто в его окружении не торопится назвать себя тигрой.       Вообще он живет футболом. Акинфееву не до каких-то там соулмейтов. Тут важный матч на носу, а там и до домашнего чемпионата мира совсем близко.       Игорь любит, когда его вызывают в сборную. Любит эту суету чемпионатов. Любит свою команду. А еще ему кажется, что одного члена команды он любит как-то не так, как остальных. Дзюба выделяется среди всех игроков, хотя бы тем, что он выше всех. Артем — с виду грозный двухметровый медведь, но внутри это мягкий плюшевый мишка. Грозный соперник на поле, а в душе — ребенок, смотрящий мультики и в миллионный раз, пересматривающий фильмы от Марвел. Ребенок, который кричит, что он ЛЕВ, но на самом деле Игорь знает, что скорее Артем котенок, которого погладь, и он начнет мурлыкать.       Наверно, именно слова про льва не дают Игорю признать своих чувств. Хоть он в который раз твердит себе, что не верит в соулмейта, но однажды осторожно спрашивает Артема, как тот относится к тиграм. Тот смеясь отвечает, что тигры — это скучно, что тигры — это котята по сравнению со львами. Акинфеев смеется в ответ, но внутри образуется будто пустота. Не он, не тигра.       Игорю хотелось бы узнать, что за слова прячет Артем на груди, которые он тщательно скрывает от любопытных глаз. Но тот говорит, что это слишком личное и никому и никогда не рассказывает о них. Игорь в такие моменты чувствует укол ревности. Да, он знает, что не должен, но поделать ничего не может.       Акинфеева нет ни в одной из социальных сетей, да и интернетом он пользуется крайне редко. И сам не знает, что этим самым возможно пропускает самое важное видео в своей жизни.       Домашний чемпионат меняет всё. В первую очередь — это болельщики, которые наконец-то поверили в свою сборную. Но самое главное меняется, что-то внутри Игоря. Он больше не может отрицать своих чувств.       — Черт, Акинфеев, ты придурок, ты влюбился в мужика, — говорит он сам себе, после того, как Дзюба снова сгреб его в объятия после победы над Египтом.       Иногда Игорю кажется, что Артем обнимает его не так, как остальных и смотрит как-то по-особенному. Постоянно оказывается рядом, в автобусе, самолете, столовой или на тренировке. Вратарь списывает это на свое разыгравшееся воображение и желание выдать желаемое за действительное.       К матчу с Хорватией Акинфеев уже настолько утонул в своих чувствах, что дает себе слово, что, если они сегодня выиграют, плевал он на все. Он идет и признается Дзюбе. Пусть его тигра катится по своим кошачьим делам. Вообще, не верит он в это, в очередной раз напоминает себе Игорь.       Но кажется, у судьбы иные планы. Матч они проигрывают, мяч предательски отскакивает от штанги и залетает за линию ворот. Хорваты в полуфинале. Игорь видит Дзюбу, который давая интервью после матча, не может сдержать слез. Первый порыв — растолкать всех журналистов, прижать к себе, обнять, успокоить Артема. Но это непозволительная роскошь, и он быстро уходит.       Глаза предательски щиплет, но не горечь поражения сейчас давит на вратаря. Теперь он точно не решится. И вообще, Игорю уже кажется, что идея с признанием была глупой.       Поэтому придя в номер, Акинфеев просто несколько раз бьется затылком об дверь, будто пытаясь выбить всю дурь из головы. Взгляд футболиста падает на браслет, и он с рычанием его сдирает.       — Да чтоб тебя, — кричит он и бьет рукой по стене. И тут же с шипением одергивает руку, не рассчитав силу удара. Это немного приводит Игоря в себя.       Стук в дверь заставляет Акинфеева вздрогнуть. Кажется, кто-то его услышал и решил проверить, все ли в порядке у капитана.       За дверью Артем, в нерешительности мнется на пороге. Глаза все еще красные, отмечает про себя Игорь, но молча пропускает Дзюбу в номер.       Не успевает Игорь закрыть дверь, как оказывается в крепких объятиях Артема. Тот просто молча сгребает его в свою хватку, так, что Акинфеев едва может вздохнуть, но не отталкивает, а осторожно смыкает руки за спиной Дзюбы.       Как бы банально это не звучало, но Игорю хочется, чтобы время сейчас просто остановилось.       Тишину нарушает Артем:       — Игорь, я… Черт в голове это звучало, как-то более убедительно, — нервно смеется он, — а плевать, просто… просто я люблю тебя, — выпаливает он.       — Артем, если это сейчас прикол такой, то не смешной, — у Акинфеева перехватывает дыхание и голос предательски дрожит.       — Это не шутка, я и в правду л…       — Подожди, а как же твой соул… то есть родственная душа? Ты же сам говорил, что веришь в это! А я — не она, — ему хочется добавить к сожалению, но ему все это кажется еще какой-то глупой шуткой, розыгрышем.       — Верю, но люблю я тебя, — твердо говорит Артем, — черт, мне все равно, что там за любитель пасущихся барашков, МНЕ ВСЕ РАВНО.       — Что? Какие барашки? Ты о чем вообще? — не понимает Игорь, он все еще не верит, слишком хорошо, чтобы быть правдой.       Дзюба молча задирает футболку, показывая свою метку. Игорь смотрит на фразу и в голове его будто что-то щелкает. Он вспоминает дурацкое интервью, которое давал незадолго до начала чемпионата. «Барашки у нас пасутся. Классно же» — зачем-то тогда ляпнул он, в итоге при монтаже это просто вырезали. Ноги предательски подкашиваются, и Игорь делает шаг назад, забывая сделать вдох.       Артем же, расценивает это по-своему:       — Вот и я считаю, что только полный придурок такое скажет.       Игоря же начинает разбирать истерический смех.       — Акинфеев, я тут тебе в любви признаюсь, а ты ржешь.       — Дзюба, сам ты придурок, тигрой он зовет себя, видите ли. Ты же говоришь, что ты лев?       — Ну было разок, чего такого-то? Откуда ты вообще знаешь? — кажется, до Артема еще не дошло.       Игорь молча протягивает свое запястье. Дзюба ошарашенно переводит взгляд с татуировки Акинфеева на его лицо, а потом нежно целует метку.       — Барашек, барашек мой, нашелся наконец-то, — Артем смотрит на Акинфеева с такой нежностью, что у последнего просто поджилки трясутся.       — Барашков будешь считать или поцелуешь уже?       Артем не заставляет себя ждать и впивается в губы Игоря поцелуем.       — Я люблю тебя, тигра…