Сага о девушке-драконе

И пусть сгорит все дотла, Обратятся замки в прах. Заглуши все мольбы и весь плач; Все сгорит дотла, Дотла.

      Течение времени в подземелье склепа было совершенно иным, нежели снаружи: ни в одном помещении не было окна, из-за чего ориентироваться в часах и минутах было довольно затруднительно. То, что Саске уже долгое время находился здесь, он знал наверняка. Парень без особого пристрастия подкидывал в руке красивый кинжал с крупным изумрудом в рукоятке, задумчиво наблюдая за юными вампирами: каждый из них старался выложиться на полную, чувствуя на себе пристальный взгляд короля. Вот только он все это время обдумывал ситуацию и разговор, услышанный в таверне.       «Такая вера…» — Брюнет нахмурился, и юнец, в сторону которого он смотрел в этот момент, ощутимо напрягся. Однако Саске не придал его тренировкам особого значения, продолжая думать о своём.       Он знал о своеобразии склада ума людского народа, но чтобы встречать такую святую наивность, когда все кругом уже не верят? Задумавшийся Учиха не сразу вспомнил, что так и не выпил свою суточную норму крови.       Воткнув кинжал в стол, брюнет осмотрел большой зал, в котором обычно тренировались вампиры, и сегодняшний день не стал исключением. Резкий звук от последнего действия короля мгновенно привлёк к себе внимание: вампиры тут же замерли, ожидая его дальнейших действий. Вопреки их предположениям, он лишь невозмутимо махнул рукой — немой приказ продолжать боевую подготовку. Но что-то все же не давало ему покоя. Саске считал: пока есть проглоты, каждый из Конохи обязан владеть боевым искусством, и ещё ни разу не ошибся. Вампиры враждовали со многими: гули, оборотни, браксы — если для кого-то это просто название мистических тварей из бестиария, то для вампиров — частые, «добрые и очень дружелюбные» соседи. Никто не мог объяснить, откуда взялась эта неприязнь: они просто нападали. С гулями и браксами было невозможно договориться о мире. В отличие от оборотней. Иногда вампирам удавалось избегать потасовок при помощи переговоров. В один из таких дней Саске понял, что не всё возможно решить силой.       Прошло два года с того момента, как Учиха взошел на вампирский престол. Какаши сдержал свое обещание: он дал ему шанс изменить будущее. И не только свое. В руках юного короля находилось будущее обоих миров: вампирского и человеческого.       Вампира вдруг осенило, когда он понял, что именно не так: было намного тише, чем обычно. Однако все встало на свои места, когда было обнаружено: Наруто отсутствует. Устало выдохнув, темноглазый поднялся с кресла, на котором восседал все это время.       «С этим надо что-то решать», — нахмурившись, Саске последовал прочь из зала. Занятые тренировками спокойно выдохнули.

***

      — Апчхи!       Тихий женский чих разнёсся гулом по пустой темнице. Сидящая на каменном полу девушка тяжело выдохнула, припадая спиной к стене. Было невероятно жарко, и даже камерные стены казались раскалёнными. Мелкие капельки пота то и дело скользили вниз по коже, из-за чего одежда становилась влажной и неприятно липла к телу.       — Как же здесь душно…       Сакура хотела подняться, но предательская ломота во всем теле оставила ее сидеть на месте. Харуно только обреченно простонала, возведя беспомощный взгляд к потолку.       От резкого звука, что эхом разнёсся по всей темнице, спящий на посту Изумо дернулся. Сегодня была очередь Камизуки дежурить по мрачному подземелью.       — Будьте здоровы, да, мда… — сонно пробомотал мужчина, вновь облокачиваясь о стену и погружаясь в сон.       —…я все больше склоняюсь к тому, что ввести пытки за отлынивание от своих обязанностей — не такая плохая идея, — Учиха закатил глаза, и, потыкав носком сапога дремлющего дежурного, разочарованно выдохнул, не дождавшись никакой реакции.       В другой день Изумо бы влетело. Хорошо, если бы вампир отделался только драиньем полов в основных залах, ведь парня могли лишить и суточной дозы крови, заперев на старом брошенном сеновале далеко в поле, куда не заходят люди. Саске всегда был очень креативен в том, что касалось наказаний. Учиха терпеть не мог, когда кто-то отлынивает от дела без важной на то причины. Но несмотря на фантазию и креатив, вампир не воплощал все свои угрозы в жизнь. Было достаточно недовольного взгляда Шарингана, чтобы тот или иной вампир в ужасе принялся за исполнение выданной ему работы. А вообще Саске за демократию.       Но сейчас Учиху меньше всего интересовал дежурный бездарь. Он пришел сюда не на проверку, а с конкретной целью. Махнув рукой на спящего, брюнет двинулся дальше, попутно осматривая камеры.       Нужная ему камера находилась почти в конце глухого и мрачного подземелья. Сакура не слышала ничего, кроме неприятного гула в своей голове. Перед глазами плыло, а тело пробивала противная мелкая дрожь, заставляя тело содрогаться. Дрожащими пальцами, розоволосая расстегнула пару верхних пуговиц на рубашке. Девушка тяжело дышала, чувствуя, как по венам то и дело хлыщет раскалённая кровь. Харуно и раньше подхватывала болезни. Однажды, после одного задания в стране Снега, Мебуки пришлось три дня отпаивать дочь горячими травяными настойками и медом. А еще, как-то после задания в стране Воды, Харуно-младшая принесла в дом ангину. В тот день на миссии в чужой стране, по собственной неуклюжести, Сакура грохнулась в болото. Сидя по пояс в холодной мутной воде, шпионка раздраженно ударила ладонью по водной глади. Сидящая на розовой макушке лягушка лишь квакнула, спрыгивая обратно в свою привычную среду обитания. Именно тогда вспыльчивая Харуно заработала ушиб и ангину.       Наконец отыскав нужную камеру, Саске облегченно выдохнул, мысленно отмечая, что можно было выбрать камеру и поближе. Заглянув внутрь, вампир присвистнул с нотками издёвки.       — Я еще не зашел, а ты уже раздеваешься! Соблазнять меня — не лучшая тактика для побега.       Подняв голову на голос, Харуно только тихо простонала от боли в висках. Мужской голос отдался скрежетом по ушам, вынудив голову девушки отдать острой болью.       — Эй, что с тобой? — Учиха машинально дернул решетку, но вспомнив, что камера закрыта, тихо ругнулся. — Ключи придуманы для идиотов.       Подняв голову на пленницу, вампир нахмурился, оглядывая ее беглым взглядом. Покрасневшая шпионка его совсем не впечатлила, наоборот — напрягла хуже некуда. Обычно о пленных жертвах заботились: кормили, мыли, одевали — хоть это и одеждой-то трудно назвать. Иными словами, старались не допускать болезней. Как правило, от больных пленных вампиры избавлялись, вспоминая, для чего вообще были созданы, но сейчас…       — Только не говори, что… — издав обреченный кроткий стон, Учиха раздраженно цыкнул. — От тебя одни проблемы.       Приложившись к металлическим прутьям, вампир без особого труда раздвинул их, тем самым образовав значительную дыру в решетке. Пройдя внутрь, брюнет склонился к девушке, склоняя голову и пробегая внимательным взглядом по ее лицу. Мутные зелёные глаза, покрасневшие щеки, приоткрытые пухлые губы и тяжелое дыхание. Учиха сдержанно выдохнул, легко касаясь ладонью женского лба, тут же одергивая руку, громко и не совсем цензурно ругаясь.       — Черт возьми! — Раздраженный парень выпрямился, тряхнув «обожжённой» рукой.       Вампиры были теми, чьи тела практически всегда были ледяными. За исключением употребления крови и плотских утех — в этих случаях температура тела резко подскакивала до высокого градуса. Если бы Наруто находился рядом, он бы обязательно отпустил пару шуток на тему «горячей женщины», но на везение Саске, блондин отсутствовал в вампирском логове, посланный на разведку. Хоть какая-то польза от этого шумного придурка была.       — Вечно, вы, люди, цепляете какую-нибудь заразу, — шикнув, вампир присел рядом с девушкой, осторожно поднимая ее на руки.       Ранее Саске не приходилось таскать кого-либо на руках. У него не было той «светлой любви» о которой так грезили вампирские девушки и рассказывали старики. «Светлая любовь» — именно так назывались отношения между вампирами, создававших союзы-семьи. Подобно людям, вампиры имели не один свадебный обряд и множество обязательных ритуалов. Казалось странным, но вампирам было важно одобрения других духов, которые чаще всего — олицетворяли элементы стихий. Плоды «светлой любви» рождались всегда в семьях, где их ждали. Некоторые вампиры считали, что маленькие вампирские детёныши — это награда духов, посланная им за их верность и «светлую любовь» и, пожалуй, не ошибались. Вампиры — развратные, изящные существа, в отличие от людей — не хранили свою девственность для «той» или «того» единственного. Они просто жили в свое удовольствие.       Саске мотнул головой, разворачиваясь к выходу. Оценив, что теперь он не пролезет даже в такую дыру, Учиха аккуратно прижал голову пленницы к своей груди. Послышался грохот. Поднялось облако пыли, а мирно спящий, до этого момента Изумо, испуганно подскочил с деревянного стула.       Харуно тихо кашляла, подрагивая в крепких мужских руках. Непременно, она бы обязательно оттолкнула его, будь в состоянии. Но сейчас девушка только и могла, что хватать ртом воздух, и пытаться сообразить, что происходит.       — С-саске-сама, я все объяс… — начал было оправдываться дежурный, однако Учиха даже не взглянул на него, проходя мимо.       — Шизуне в медкомнату. Живо. — Отдал приказ вампир, скрываясь в темном коридоре.       — Будет сделано!