Встать на ноги

      С этого дня у всех начинались учебные будни. Мидория снова почувствовал лишним, потому что находился на домашнем обучении и не мог прочувствовать всех тех прелестей школьной жизни. Но теперь это не заставляло грустить, а давало стимул во что бы то ни стало пройти реабилитацию. И этот понедельник был первым днём, давшим ему надежду на выздоровление. Утром вместе с Инко он впервые посетил огромное здание с самыми различными тренажёрами, с которыми ему предстояло столкнуться. Но пока что его отправили на массаж и дополнительные осмотры, и Мидория рано понял, что всё произойдёт не так быстро, как хотелось бы.       К полудню Изуку уже был свободен, и, игнорируя совет больше отдыхать, собрался исполнять то, что придумал вечером прошлого дня. К счастью, теперь Инко больше доверяла сыну, поэтому не стала задавать лишних вопросов и лишь попросила не задерживаться.       Мидория стоял у ворот школы. Подумать только, он не переходил их уже больше полугода. С одной стороны, он был рад тому, что когда-нибудь снова сможет ходить сюда каждый день, но с другой его преследовала пугающая мысль о том, что он не будет принят.       Однако пришёл он сюда вовсе не затем, чтобы подумать об этом, поэтому Изуку быстро тряхнул головой и сосредоточенно начал наблюдать за ленивым потоком школьников, уже освободившихся от занятий. Его цель было довольно легко среди них различить – не каждый может похвастаться такими яркими выделяющимися красными волосами.       «Вот он», - увидев нужную фигуру, сердце Мидории волнительно забилось в предвкушении важного разговора. В любой другой ситуации он наверняка бы не решился на это, но слова Тодороки и Урараки непрерывно крутились у него в голове, обязывая сделать задуманное.       «Если хочешь узнать что-то подлинное, тебе следует поговорить с Киришимой лично».       Да. Смысла прятаться и пытаться узнать что-то толком больше не было. Мидория подался вперёд и схватился за лямку сумки Эйджиро, тот испуганно развернулся и произнёс что-то неразборчивое вроде «эй, что ты…», но как встретился взглядом с Изуку, тут же сжал губы и отвёл глаза, повернувшись обратно.       - Что ты здесь делаешь? Уходи, - безучастно, уже без каких-либо эмоций сказал он.       - Я не уйду, - твёрдо отчеканил Мидория. – Я хочу поговорить с тобой.       - Я не буду тебя слушать.       Решительный настрой зелёноволосого совсем не впечатлил Киришиму, но тот уже не собирался отступать.       - Я всё равно буду говорить, - Мидория настойчиво не отпускал его сумку, крепко сжимая её в своей ладони. – Мы не очень хорошо знакомы, и наверняка я многого не знаю, поэтому, пожалуй, поступаю глупо, но я хочу помочь вам. Если ты не можешь решить проблему сам, если тебе тяжело, то нет ничего плохого в том, чтобы…       - С чего ты взял, что я не справляюсь? – не оборачиваясь, проговорил Киришима. – У нас всё прекрасно было и без тебя, и без всех остальных.       - Ты говоришь такие жестокие фразы… Но Урарака сказала, что ты согласился принять меня.       - Это было ошибкой! – немедленно выпалил Киришима, сам не понимая, как больно делал Мидории. Но Изуку должен был держаться.       - Хочешь сказать, Серо тоже был ошибкой? А Тодороки? Каччан тоже ошибка, а?! – парень использовал совершенно незнакомый ему ранее способ давления. – Ты не виноват в том, что они ушли, но твоя вина в том, что они ещё не вернулись.       Как только Изуку произнёс это, Киришима, наконец, повернул голову. В его распахнутых глазах, казалось, вот-вот начнут собираться слёзы.       - Разве ты пытался их остановить? – намного более мягко произнёс Мидория.       - Конечно, пытался. Я очень долго пытался вернуть Кацуки. Но последующее казалось мне бесполезной тратой времени, потому что они забывали о днях, проведённых вместе, словно это ничего для них не значило. Ашидо, Каминари, Урарака, Хагакуре и Тсую… Все они так тяжело это переживали. Каждый раз мне казалось, что всё может рассыпаться, словно карточный домик, в любой момент. Мне стоило огромных усилий успокаивать их, улыбаться и говорить, что всё хорошо, но я больше не могу. Я слишком слаб, чтобы быть лидером. Я не смог сохранить то, что имел.       Киришима вытер глаза рукавом и всхлипнул. Мидория и представить себе не мог, как долго Эйджиро хранил всё это в себе. Теперь он понимал, что просто обязан предложить помощь.       - Киришима-кун… Я никогда не был лидером, поэтому не могу понять того, что ты чувствуешь. Но у меня есть одна эгоистичная просьба. Пожалуйста, продержись ещё немного. Я хочу помочь вам. Если ты поверишь мне, я постараюсь сделать всё, чтобы вернуть вам те времена.       - Я не могу поверить в то, что ты говоришь, - признался красноволосый. Теперь он уже выбрался из ослабшей хватки Мидории и стоял напротив него как во время совершенно естественного разговора. – Почему? Как ты собираешься это сделать? Зачем? Я не понимаю.       - На самом деле, я тоже не до конца, - Изуку позволил себе неловко улыбнуться. – Но, если хочешь, можешь считать это капризом человека с ограниченными возможностями.       Киришиме была очень непривычна искренность его слов, поэтому на пару секунд он впал в ступор, обдумывая их и подсознательно ожидая какой-то подвох. Однако потом он устало прикрыл глаза, понимая, что теперь сил отпираться у него уже не было.       - Ты прав. Я действительно истощён. Настолько, что готов поверить твоим обещаниям, - он протянул руку для рукопожатия и заглянул Изуку в глаза. – Спасибо за надежду, которую ты даёшь. Не подведи, ладно?       От неожиданно появившегося дружелюбного тона Эйджиро Мидория невольно засиял и с радостью пожал ему руку. Это было очень сложное начало его операции по воссоединению команды Киришимы.

***

      Вечером того же дня Изуку принялся за работу: он позвал Урараку и попросил рассказать обо всём, что она знала о прошлых участниках, в наимельчайших подробностях. Той было довольно проблематично вспомнить былые дни, поэтому она решила воспользоваться их чатом, существовавшим уже несколько лет и хранившем в себе абсолютно все тайны его участников.       - Я уже устала… - жалобно вздохнула Очако. – Это было так давно, что… о, Серо! – тут же вся усталость словно улетучилась, и воодушевлённая девушка передала телефон Изуку.       - Посмотрим… - Мидория не был специалистом в технике, но листать сообщения и определять их адресатов ему не составило труда. – Кажется, Каччан ушёл примерно в это время, верно?       Парень показал Урараке диалог между Каминари и Киришимой:       «Стоит ли нам зайти за Бакуго?» - спрашивал Денки.       «Нет, не думаю»       «Почему?»       «Ты же знаешь, ему не до нас»       «Звучит грустно… Как скажешь»       Очако утвердительно закивала и пролистала чуть дальше.       - Если не ошибаюсь, через несколько дней Серо и Киришима крупно поспорили.       И действительно, сразу после милой беседы Хагакурэ, Тсую и Ашидо о новом по тем временам сериале следовала фраза Эйджиро, которая и разразила крупный спор:       «Наверное, в ближайшее время у меня не будет свободного времени, чтобы гулять, поэтому кому-то нужно будет заменить меня как нападающего на это время»       «Полагаю, это должен быть Серо», - вступил Каминари. – «Кроме нас с тобой и него все остальные девчонки»       «Если он согласится…» - отреагировал Киришима.       «А я не соглашусь!» - тут же следовал категорический отказ кандидата.       На этом Мидория остановился и поднял взгляд на Урараку. Она быстро предугадала его вопрос и решила сразу на него ответить:       - Если так подумать, то Серо никогда не любил какую-либо ответственность. Но я не вижу ничего такого в том, чтобы заменять Киришиму как нападающего… - Очако задумчиво приложила большой и указательный палец к подбородку. – Нет, пожалуй, меня просто не туда занесло, - серьёзность тут же развеялась неловким смешком. – Давай дальше.       Только девушка хотела листнуть ниже, как Изуку дотронулся до её руки, прося пока этого не делать. Урарака тут же подняла взгляд и приготовилась слушать Мидорию.       - Я думаю, в твоих словах есть смысл, - признался он. – Ведь «заменять» Киришиму как такового ему бы тоже пришлось – и как нападающего, и как лидера. Это тоже могло послужить причиной его отказа.       Очако понимающе кивнула и с нетерпением продолжила читать чат. Поначалу Серо пытались переубедить двое других собеседников, но тот был непреклонен, и тогда Киришима вспылил:       «Тебя можно хоть о чём-нибудь попросить?!»       «О чём угодно, но не о таком», - в ответ ему спокойно написал Серо. – «Эй, да ладно, мы же просто можем не собираться на время твоего отсутствия, разве нет?»       «Такое чувство, что тебе это было бы даже в радость», - следовало сообщение Тсую.       «Не говори ерунды», - отмахнулся парень.       «Не предлагай подобного бреда», - парировал Киришима.       «А что, ты думаешь, я могу согласиться на такое?! Я знаю, как тебе тяжело, но я же не дурак, чтобы перенимать такие обязанности!»       Изуку не смог больше спокойно читать перепалку. Слова Серо были слишком жестокими и эгоистичными, но Мидория и сам не мог понять, согласился бы он принять подобную ответственность или нет. Мысли об этом заставили его считать себя нерешительным трусом.       - Всё в порядке? – Очако приблизилась к лицу Изуку, заметив, что он отвлёкся.       - Мне неспокойно от того, что я могу принять точку зрения Серо-куна, - сознался Мидория.       Урарака положила ладонь на его плечо и произнесла:       - Его легко понять. И никто его винит.       - Но ведь он… - эгоист? Что ты хотел сказать, Мидория? Теперь после признания в схожести с ним с языка не могло слететь подобного слова. – Да. Давай дальше.       «Ты слишком высокого обо мне мнения», - как раз после этого Киришима, кажется, решил приубавить пыл. – «Не понимаю, что ты имеешь в виду под тем, что мне тяжело. Это же просто футбол, разве нет?»       «Ты прекрасно знаешь, о чём я говорю», - ответил Серо. – «Или мне публично выдавить из тебя признание о том, что ты вот уже какую неделю бьёшься из-за ухода Бакуго?!»       После отправки этого сообщения в этот день уже никто не писал, и оставались только отправленные уже после полуночи слова Киришимы:       «…»       «Забей»       «Похоже, нам действительно стоит прекратить свою деятельность на какое-то время»       «Я не буду заходить, не теряйте»       Это закончилось. Не на самой приятной ноте, но после всего прочитанного Мидория был рад хотя бы тому, что после этого диалога никто не умер. Прочитай он это, неосведомлённый о том, что после такого компанию покинул один её член, Изуку, пожалуй, счёл бы это обычным бытовым разногласием. Но слова ранят. Наносят новые раны и пробуждают старые.       - Я никогда не думала об этом, как о чём-то серьёзном, - Урарака находилась в полном замешательстве. – А теперь я даже не знаю, захочет ли Серо снова присоединиться к нам.       - Я не могу говорить наверняка, но если и он, и Киришима этого хотят, то я постараюсь сделать всё возможное, - твёрдо сказал Мидория.       - Изуку… - Очако тепло улыбнулась его решительным словам. – Я надеюсь, ты не стал думать плохо о ком-то из них. Они действительно очень хорошие ребята, просто на нас столько всего навалилось…       - Эй, всё в порядке, - заверил Изуку. – Я бы не хотел им помочь, если бы думал о них что-то плохое.       Урарака с каждой произнесённой Мидорией фразой становилась всё радостнее, но в какой-то момент вдруг вспомнила о том, что ему стоило подумать и о себе.       - Тебе ещё не нужна помощь с реабилитацией? – поинтересовалась она.       Услышав отрицательный ответ и пояснение в виде того, что сейчас заканчивалась только пассивная фаза, Очако, всё же, предупредила:       - Ни за что не упускай этот шанс. Позаботься о себе как следует, хорошо?       - Только если ты обещаешь то же самое, - засмеялся Мидория.       - Изуку, я же говорила это уже сотню раз! – с шутливой возмущённостью воскликнула она. – Но, раз уж у меня нет другого выбора…       Урарака поднялась с кровати, взяла одну руку парня в свои, отчего у того выступил взволнованный румянец на лице, и начала торжественную речь:       - Мидория Изуку-кун, отныне и вовеки ты клянёшься в вечной верности своему братскому союзу и зарекаешься никогда не бросать начатое, верно?       - Да! – воодушевлённо подтвердил Изуку.       - Если есть у кого-либо из присутствующих есть возражения, пусть выскажет их сейчас или молчит веч…       - Изуку, ты будешь кушать? – неожиданно прервала их заглянувшая в комнату Инко.       Девушка с парнем тут же смутились, осознав, как нелепо сейчас выглядели, но старшая Мидория лишь тихонько хихикнула и продолжила, обращаясь уже к Очако:       - Уже довольно поздно, ты приготовилась к урокам на завтра?       Урарака энергично кивнула, но поняла, что ей действительно пора было идти домой. Когда Изуку уже по традиции вышел её провожать, Очако на прощание стукнулась своим лбом о его, широко улыбаясь.       - Не забывай о том, что обещал, хорошо?       - Конечно. Вот увидишь, к тому моменту, как всё разрешится, я буду уже на костылях! – усмехнулся Мидория.       - Как минимум! – важно добавила Очако.       Изуку не чувствовал какое-либо давление от этих слов, но они придавали ему небывалую мотивацию. Он считал, что благодаря таким людям, как Урарака, он никогда не совершил бы неправильный выбор, как Серо. При этой мысли он предположил, что, возможно, у того как раз не было такого человека, и это давало Мидории некоторое преимущество в предстоящем разговоре с ним.       Зелёноволосый сжал в руке бумажку, на которой почерком Очако был написан адрес Серо. В школьной толпе ему было бы довольно проблематично его вычислить, в отличие от случая с Киришимой. Ввиду этого Изуку предстояло подождать его у входа в его дом вместе с Каминари, который, по словам Урараки, был ближе всего с Серо до того, как он покинул их компанию.       «Чувствую себя каким-то секретным агентом. Но без этого моя жизнь продолжала бы быть такой же серой и скучной», - ухмыльнулся Мидория, закрывая за собой входную дверь.