Переустановка приоритетов

      Так вышло, что я могу сработаться с любым человеком, нужно лишь найти к нему подход. Никогда еще программа, заложенная во мне, не ошибалась в поисках этого подхода. А это означает, что и к лейтенанту Хэнку Андерсону подход найти можно. С такими мыслями я зашел в очередной бар в поисках своего новоиспеченного напарника. Сканируя лица сидящих в баре людей, я не мог не отметить, что это заведение — настоящий рассадник уголовников. Я сел за барную стойку, не зная с чего начать.        — Вы Лейтенант Андерсон? — спросил я, прекрасно зная, кто сидит передо мною.        — Допустим, — пробурчал явно пьяный мужчина. — Чего тебе?        — Мое имя Коннор. Андроид, прислали из Киберлайф, — отчеканил я, — меня назначили Вашим помощником в деле о девиантах. Лейтенант окинул меня затуманенным взглядом.        — Пошёл на хер отсюда, — огрызнулся он, — не хватало ещё, чтоб со мной работала одна из этих сраных машин.       Меня никак не могли задеть его слова, я мог быть грубым, но решил действовать дружелюбно, чтобы понять нужный подход к лейтенанту Андерсону.        — Простите, лейтенант, но у меня задание, которое я обязан выполнить. Нравится Вам это или нет, но я буду работать с Вами, — спокойно и ровно произнёс я.       Хэнк явно недолюбливал меня, впрочем, как и всех андроидов. "Чёртова машина". Такое прозвище я успел получить за те месяцы, что работал с ним. Но однажды все изменилось.       Андроид, ставший девиантом, сбежал из квартиры. Я не мог его потерять. Решив вести погоню, я ринулся вперёд лейтенанта. Преследуя девианта, все внимание было сосредоточено на расчёте скорейшего маршрута. Пока я отстал, девиант столкнул лейтенанта с крыши. Я предстал перед сложным выбором: сбежавший девиант или жизнь напарника. Что-то заставило меня пойти против программы. Я крепко взял лейтенанта за руку и поднял его на крышу. Девиант сбежал. Хэнк поднялся, пытаясь переварить произошедшее. Он пошёл к выходу, но вдруг окликнул меня.        — Коннор... — в его голосе слышалась нерешительность. Я повернулся, но лейтенант заколебался. — Нет, ничего, — отрешенно сказал он и махнул рукой.       После этого случая наши отношения стали налаживаться. Хэнк стал добрее, но я "был рад" этому только с точки зрения задания. Больше меня привлёк его пёс. Сумо был огромной собакой. Поначалу я не воспринимал его всерьёз. А потом я почувствовал к нему... интерес? Я сам не знал. Каждый день сканируя себя, я не находил в себе признаки девиации. Но интерес к другим формам жизни свойственен лишь девиантам...       Я решил не придавать этому большого значения, однако, каждый раз приходя к Хэнку домой, чтобы заставить его поехать на место преступления, я не мог пройти мимо Сумо, не уделив ему внимания. Как только я входил в дом, собака подходила ко мне, я садился на колени и начинал гладить пса. Поначалу я действовал осторожно, но потом Сумо проникся ко мне любовью. Как и я к нему?..       Хэнк заметил мои отношения с Сумо, после чего стал ещё лучше относиться ко мне. Он начал считать меня человеком. Удивительно, как меняются люди. Но у людей ведь не может быть все хорошо. Создатель андроидов, Элайджа Камски, поставил меня перед очень сложным выбором, чтобы понять, испытываю ли я эмпатию: застрелить или пощадить андроида. Я чувствовал эмпатию, но застрелил робота. Страх ли это перед тем, что Камски мог сдать меня или обычное повиновение программе? Я уже и сам не мог понять.       Хэнк озлобился на меня. Нетрудно было догадаться, что его реакция будет именно такой. Хорошенькое личико андроида заставило его увидеть в ней человека. Лейтенант Андерсон накричал на меня и уехал домой. Я подумал, что стоит оставить его в покое, пока он придет в себя. Потом придется рассказать ему о причинах моего поступка.       Ночью пришлось снова ехать к нему, ибо поступил вызов о новом преступлении, совершенном роботом андроидом. Дверь была не заперта. Я зашёл в дом и по привычке поприветствовал Сумо. После я прошёл в кухню, где сидел трезвый Хэнк. Удивительно. Я подошёл ближе и встал напротив. Лейтенант сразу стал кричать на меня.        — Пошёл на хер из моего дома, чёртова машина! — Хэнк поднял на меня взгляд, полный злобы, его глаза... слезились. Я молча стоял и слушал, что я чёртова машина, но теперь я чувствовал что-то ещё... Мне было...больно? Да, наверное, это и есть боль. Мне больно слушать то, как он оскорбляет меня. Я уже не представлял своей работы без него, а тут я выслушиваю все это. Хэнк встал из-за стола и подошёл ко мне, чуть толкая меня в плечо.        — Я перестал относиться к тебе, как к машине! Я стал относиться к тебе, как к человеку! А ты сраная машина! — он кричал и злобно смотрел на меня, хотя глаза были полны слез, я чуть дрогнул.        — Возможно, лейтенант, меня деактивируют. Я девиант. Я испытываю нежность и привязанность к Сумо и к Вам. Думаю, скоро настанет наша последняя встреча, — я смотрел ему в глаза, из которых исчезли злоба и слезы.        — Что, Коннор? Какого хрена?! Вот тебе раз. Ты говоришь, что девиант, но... Да, верно. Я заметил твои отношения с Сумо. Он никого не принимал, кроме меня, а к тебе проникся, — взгляд лейтенанта был растерянным, рукой он держался за стол. Некоторое время он стоял молча.        — Знаешь что, Коннор. Ты сказал, что испытываешь что-то ко мне. Ну же. Что ты испытываешь? Сделай... что-нибудь. Ты ведь не машина, да? — Хэнк смотрел прямо мне в глаза с какой-то мольбой и вызовом.       После этих слов я аккуратно шагнул к нему вплотную и посмотрел в глаза, которые растерянно бегали по мне. Прижав Хэнка к столу, я придвинулся максимально близко и бросил скорый взгляд на его губы, после чего посмотрел в его глаза, которые казались ещё больше от растерянности.       Думаю, был бы я человеком, мне бы был не очень приятен Хэнк. Но сейчас он был трезв и чист. Его руки со всей силой сжимали стол. Я аккуратно прикоснулся своими губами к его. Я не знал, что я делаю. Этого не было в моей программе. Я вышел за её пределы. Я — человек. Никто не докажет обратного. Я — живой. Я сильнее прижался губами к губам Хэнка, медленно запуская свой язык в его рот.       Руки лейтенанта Андерсона тут же оказались на моей талии, а сам он отвечал на поцелуй. Я отстранился, положил руки ему на плечи, чтобы не терять равновесие. Еще какое-то время мы просто стояли, не в силах вымолвить ни слова.        — Вот те чувства, которые я испытываю к Вам, лейтенант Андерсон. А теперь нам пора ехать на наше новое дело, — впервые в жизни я искренне улыбнулся и также впервые в жизни увидел искреннюю улыбку Хэнка.