Глава 3. Всё так незнакомо...
9 октября 2018 г., 21:24
Я открыл глаза, точнее, глаз. Левому что–то мешало, будучи приклеенным на брови и верхнем веке. Первое, что я увидел — потолок. Стерильно белый потолок с квадратной лампой посередине. Судя по стилю комнаты и специфическому запаху, который я больше всего ненавидел, я был в больнице. Скорее всего, в госпитале Рассвета. Я вспомнил бой с посланником. А ведь я победил. Я слегка пошевелился, и тут справа раздалось шуршание. Я повернул голову на звук. Рядом с кроватью, на которой я лежал, стоял стул, на котором сидела молодая девушка в белом халате. Лет 16 на вид, что странно, у Рассвета что, везде нехватка кадров? Дети — пилоты, дети — медсёстры? Длинные светлые волосы были сплетены в косичку, а два серых глаза с интересом уставились на меня. После чего лицо девушки вспыхнуло краской.
— Ой, п-простите, как вы себя чувствуете? — спросила девушка тихим голоском.
Она что, стесняется меня? С чего вдруг? Я сел на кровати и схватился за голову.
— Чёрт… — протянул я, — голова раскалывается.
— Подождите, лежите, — девушка подошла и, положив ладонь мне на грудь, попыталась уложить меня обратно на кровать, но резко отдёрнула руку.
— Ой, п-простите.
Я лёг обратно.
— Где я?
— Вы в госпитале Рассвета, — сказала девушка. — Подождите, я позову врача.
Девушка выпорхнула из палаты. Я усмехнулся, от чего поёжился. Башка. Голова болела нещадно. Ну конечно, когда такая плюшка в голову прилетает, пускай и не твою. Я дотронулся до левой брови, точнее до тампона который был приклеен на ней. Да, мне же бровь рассекло, я помню. Скорее всего, зашивали.
— Когда он очнулся? — послышался в коридоре мужской голос.
— Только что, — ответил знакомый голос девушки.
— Отлично, — секундная пауза, — Майор, да, это я, он очнулся.
В палату зашёл мужчина лет сорока, уже седой, с небольшой бородкой-подковой. Он закрыл телефон-раскладушку и улыбнулся мне.
— О, Евгений, Вы очнулись.
— Да, — я попытался сесть на кровать.
— Лежите-лежите, Вам пока нельзя вставать, — доктор подошёл ко мне, — как Вы себя чувствуете?
— Голова болит, и горло жжёт.
— Ну голова болит вследствие удара, нам даже бровь пришлось Вам зашивать, не думал, что пилот внутри такой машины может как-то пострадать. А горло это от вывода М-раствора из организма, это пройдёт, но Вам придётся к этому привыкнуть. Доктор Роскосова предупреждала меня об этом. Как в общем, головокружение, потеря ориентации?
— Нет, ничего такого, — ответил я и всё же сел. Посмотрел на себя, одет я сейчас был в обычную больничную пижаму.
— Отлично. Наташа, принеси пожалуйста пару таблеток анальгина.
— Да, доктор, — девушка выбежала из палаты и спустя минуту вернулась с таблетками и стаканом воды.
Только сейчас я понял, как хочу пить. Проглотив таблетки, я выдул весь стакан залпом.
— До чего же пить охота… — протянул я.
— Я принесу ещё, — сказала девушка, слегка покраснев, и ушла, прихватив стакан, чтобы вернуться с уже полным стаканом и графином.
— Пейте, сейчас это Вам на пользу, — сказал доктор.
Я выпил ещё воды.
— Так что произошло, и сколько я здесь?
— Вас доставили позавчера с нервным истощением. Мы зашили Вам бровь и провели томографию на наличие повреждений мозга, но к счастью всё обошлось.
— Я спал два дня?
— Да, всё что Вам было нужно, это отдых. Ну что ж, я вынужден Вас оставить, дела, скоро прибудет майор Калинина, поговорите с ней. Оставляю с Вами Наташу, она присмотрит за Вами и распоряжусь, чтобы принесли обед. Отдыхайте, Женя, Вы это заслужили.
С этими словами доктор улыбнулся и вышел из палаты. Я лёг на кровать.
— Т-так ты… Вы и правда тот пилот? — спросила девушка тонким голоском.
Я повернул голову в её сторону. Та смотрела на меня раскрытыми от удивления глазами.
— Да, — сказал я, — и меня вообще-то Женя зовут.
— Да… простите.
— Давай на ты, раз уж ты, вроде как, моя сиделка.
— Хорошо.
— А что, в Рассвете везде подростков привлекают к работе?
— Что? — не поняла девушка. — А, ты про меня, нет, я просто прохожу стажировку, учусь на врача.
— Вот как.
— Угу, — ответила девушка. — Я схожу за обедом.
***
Лена прибыла где-то через час. За это время я успел поесть и переодеться в свою одежду, которая, как оказалось, была выстирана и выглажена. Даже синего оттенка от раствора на рубашке не осталось. Либо он просто не красился, либо у Рассвета очень хорошая химчистка. На обед мне дали куриный бульон и картофель с котлетой. Было ощущение, что это готовили не обычные столовские повара. Всё было очень сытно и вкусно. Рассвет, похоже, на своих не экономил. После чего Наташа сняла с моего лица повязку. Я посмотрелся в зеркало — на левой брови, ближе к переносице, сейчас был шов. Шрам останется сто процентов. Ну да ладно. Лена залетела в палату как ураган, озаряя её радостной улыбкой. — Женя, привет, как дела? — Вполне нормально, майор, — сказал я. — Какие планы? — Ну, сегодня забрать тебя из госпиталя, определиться с твоим местом жительства. А завтра официальное оформление тебя в штат Рассвета и начало обучения пилотированию. — Я так понимаю, будут ещё нападения? — Да, тот посланник не единственный, ты нам нужен, ты же не собираешься отказаться от пилотирования? Отказываться я, конечно, не собирался, но и соглашаться просто так тоже. — Всё зависит от решения отца. — То есть если он откажется — ты вернешься домой? — Наверное, да, — пожал плечами я. — И ты готов так просто обречь человечество на гибель? — возмутилась Лена. — Ты ведь уже понял, что без тебя мы не справимся! — Обрекать человечество на гибель, Лена, буду не я, а отец. Если он откажется разговаривать со мной, он однозначно покажет, что он не нуждается в моей помощи. — Я поняла, я спрошу у Командующего, когда он может встретиться с тобой. — Вот и хорошо. Ну что, пойдём? — Да, идём. — Пока, Наташа, спасибо тебе, — сказал я на выходе. Девушка покраснела. — П-пока, Женя. Мы вышли. — Хех, да ты Ловелас, уже девушку себе нашёл? — Не смейся, Лена, я просто поблагодарил девушку за то что она присматривала за мной. Кстати, почему пилоты именно подростки? — Ну видишь ли, как мне рассказывала Катя, пилотировать Марки могут только люди, имеющие расположенность к синхронизации с ними. Помимо тебя я знаю ещё двух пилотов, и всем им по четырнадцать лет. — Но раз нас трое, зачем Вам так сильно нужен я? — Из боеспособных Марков у нас только твой. Нулевой заморожен, Второй ещё находится на испытаниях, а Третий всё ещё строится. — Вот значит как, — я задумался. Теперь можно набить себе цену побольше. Мы дошли до лифта и Лена нажала кнопку вызова. Когда двери открылись, я увидел в лифте отца. Отлично, и ждать встречи не нужно. Я зашёл в лифт, Лена, словно нехотя, зашла за мной. — Отец, мы можем поговорить? — спросил я, стоя у отца за спиной. — Да, поднимемся ко мне в кабинет. Мы поднимались наверх. В первый раз посреди Ковчега я видел высокое здание. Как я понял, основной штаб. В нём и под ним находились все основные помещения Рассвета. А они неплохо здесь развернулись. Штаб, командный центр, госпиталь, ангары с Марками, и это только то, что я видел в своё первое посещение, а чего здесь я ещё не видел? С этими мыслями мы поднялись на самый верх. Выйдя из лифта, мы оказались в просторном помещении. Впереди были двери, а около них стоял стол, за которым сидела девушка, похоже секретарша. — Карина, меня ни для кого нет, — сказал отец и, подойдя к двери, провёл пропуском по считывателю и набрал на панели код, двери распахнулись. — Майор Калинина, подождите здесь, идём, сын. — Есть, сэр! — ответила Лена. Я зашёл в кабинет отца. Просторное тёмное помещение, впереди панорамное окно. Стены, пол и потолок были сделаны из чёрного материала, из-за чего в комнате было темновато. Посреди зала стоял стол с рядами стульев. Похоже, здесь отец проводит совещания. В конце зала, у панорамного окна, стоял ещё один человек. Когда он повернулся, я узнал его. — Дедушка? — удивился я. — Здравствуй Женя, давненько не виделись, — сказал он и улыбнулся. — Так значит, всё это время ты был с моим отцом? — Да, прости, что не навещал тебя. — Ничего, я привык к такому отношению к себе. — Женя, я… — Я знаю, что ты присылал мне подарки на день рождения и на новый год, за это спасибо, и на тебя я не злюсь. Просто всё так получилось. — Ясно, — Дедушка замолчал и снова повернулся к окну. Отец сел за стол в самом его начале, у окна, и положил руки на стол. — Присаживайся, — сказал отец. Я сел напротив него. За всё время, пока я не видел его, он не изменился. Только постарел слегка. Он смотрел на меня заинтересованным, но холодным взглядом. — Начну с главного. Отец, объясни, почему ты оставил меня семь лет назад? — Если ты ждешь моих оправданий, Женя, то их не будет. После смерти Оксаны я избавился от всего, что было с ней связано, потому что это не давало мне сосредоточиться на работе. Такого объяснения тебе достаточно? — Вполне. А в твоих оправданиях я не нуждаюсь. Я пережил тот факт, что ты меня бросил и нашел в себе силы жить дальше. Дедушка у окна усмехнулся. — Хорошо. Что еще ты хочешь знать? — Что дальше? Отец задумался. — Скажу тебе сразу, отказаться от пилотирования ты не можешь, — сказал отец. — Это с чего ещё вдруг? — Пилотировать Марк-01 можешь только ты, любой другой пилот не сможет даже запустить его, — сказал дедушка. Недаром он заместитель отца. — Это как-то связано с мамой? Отец сверлил меня взглядом. — Значит, ты помнишь. — Я вспомнил, когда увидел Марк, ведь его испытывала мама, когда умерла? — Ты прав, в данный момент в Марке-01 записан её генетический код, и поэтому им может управлять только пилот с её генами. Это проблема Марка-01, тогда мы ещё не могли обойти запись ген-кода при первом запуске, мы даже не предполагали, что такое может быть. — Значит, выбора у меня как бы нет. — Да, судьба человечества зависит от тебя. — Да плевал я на человечество, пусть катится ко всем чертям. Отец поднял брови, а дедушка снова повернулся ко мне. — Вот как, почему же тогда ты согласился в первый раз? — спросил отец. — Ты сказал, что ответишь на мои вопросы, всё имеет цену, на первый раз твоих ответов было достаточно. — Что же ты хочешь за то, чтобы пилотировать снова? — сказал дедушка. — Вот это уже деловой разговор, — сказал я, — офицерское звание, разрешение на оружие и премия в полмиллиона рублей за каждого убитого мной посланника. У отца снова брови поползли вверх. Хех, а это забавно. — Материальная часть не проблема, — ответил отец, — каждый, кто причастен к проекту М получает офицерское звание младшего лейтенанта и разрешение на табельное оружие. — Лейтенанта, если и даёшь мне звание, то лейтенанта. — Почему так? — Я всегда мечтал пойти учиться на офицера, вот и думал, что если и получу звание то сразу лейтенанта. — Вот как, что ж, я могу выполнить твои требования. — Тогда мы договорились, отец. — Хорошо, документы сейчас подготовят. Знаешь Женя, я доволен тем, кем ты стал. Отец нажал на кнопку на телефоне который стоял на столе. — Карина, немедленно подготовь документы о зачислении Шаталова Евгения в оперативно-тактический отдел Рассвета и о присвоении ему звания лейтенанта. Пригласи ко мне майора Калинину. — Есть, Командующий, — ответила секретарь. Сразу же в кабинет зашла Лена. — Командующий, заместитель. — Майор, Женя зачислен в оперативно-тактический отдел, завтра утром все бумаги будут у Вас на столе. Проследите за соблюдением всех формальностей. И согласуйте с доктором Роскосовой все вопросы, связанные с подготовкой пилота Шаталова. У Вас есть вопросы? — Никак нет, командующий. Было видно, что вопросы у неё были, но она не осмеливалась задать их. — Тогда я Вас больше не задерживаю. — Всего доброго, командующий, — Лена развернулась и направилась к выходу. — До свидания, отец. Когда мы зашли в лифт, Лена выдохнула. — Женя, как ты это сделал? Это что, природное везение или просто то, что ты его сын? Как ты стал сразу лейтенантом? — Попросил и стал. На самом деле иметь отца командующего это считай не иметь никого, хотя я привык. — Ясно. Мы спускались на лифте. В этот момент в окно лифта я увидел озеро возле штаба. Около озера, на специальной платформе стояли люди в чёрной форме. Один из них был в инвалидной коляске, было видно, что у него нет ноги. Двое людей стояли около края, держа в руках небольшие белые коробки. В следующий момент они перевернули коробки и из них посыпался пепел. После этого коробки были поставлены на землю. Человек в инвалидной коляске встал при помощи двух других людей и все вскинули руки к голове в воинском приветствии. — Лена, что это? — спросил я, указывая на людей. — А, ты про это, — Лена помрачнела, — во время первого боя мы отправили пятерых бойцов в Петербург наблюдателями. Как ты знаешь, там была уничтожена танковая дивизия. Двое наших бойцов так же погибли там, а один был тяжело ранен. В Рассвете мы так провожаем наших товарищей. Лена, так как была в берете подняла руку к голове, затем опустила. Мы шли коридорами Рассвета. — Итак, а где ты будешь жить? — Не знаю, квартиру наверное выдадут, — ответил я, — один буду жить. — Тебя это не напрягает? — Да ладно, Лен, нормально. Всё это время я жил с тётей в Питере, один тоже смогу пожить. — Нет, так не пойдёт. Лена взяла телефон и набрала номер. — Катя привет, тут такое дело, Женя, наверное, у меня поживёт… В этот момент Лена убрала телефон от уха, так как девушка на том конце разразилась гневными тирадами. — Да-да, выбей мне пожалуйста опекунство над ним, я думаю командующий одобрит. — Стоп, чего? — я не верил своим ушам. — Ага, целую, — Лена повесила трубку. — Не хочу слышать ни слова, тебе только четырнадцать, жить один ты не будешь, да и тем более, ты теперь офицер, а я командир оперативно-тактического отдела, приказ начальства — знакома фраза? Крыть мне было нечем. — Ладно, как скажете, товарищ майор. — Ой, да не надо такой официальности. — Ладно, Лен.***
Заехав по пути к Лене домой в магазин, мы закупили продуктов для двоих. Когда Лена начала набирать в корзину упаковки быстрорастворимой лапши, я напрягся. Пришлось взять покупки в свои руки, так как она сказала что питается этим всегда. Закупившись, мы отправились к ней домой. Лена жила в новом районе Москвы, в хорошем четырнадцатиэтажном доме странной постройки. Первые десять этажей были обычными, а у последних четырёх коридор был на улице, сделанный в виде лоджии. Квартира была на четырнадцатом этаже. Мы поднялись на лифте на нужный этаж и прошли по лоджии, мимо входных дверей соседей. Квартира Лены была последней. — Странная планировка, — сказал я. — Это новые дома Москвы, индивидуальный проект. Лена провела пропуском по считывателю и дверь отъехала в сторону. — И что, везде так? — спросил я. — Нет, только у тех, кто работает в Рассвете, контора заботится о безопасности, открыть эту дверь не сможет никто, если у него нет пропуска, записанного в компьютер квартиры, а взломать эту дверь нереально. — Вот как. Я посмотрел на срез двери. Оболочка деревянная, а внутри какие-то материалы, два тонких слоя, похоже керамика и титан. Да эту дверь с пулемёта не прошибёшь. — Жень, чего встал, заходи. Чувствуй себя как дома. — Хорошо, — я зашёл в квартиру. — Я дома. — Добро пожаловать, — ответила Лена и улыбнулась, — и это, не обращай внимания, у меня тут небольшой беспорядок. С этими словами Лена исчезла внутри квартиры. Я разулся, взял пакеты и прошёл по коридору. Дверь сзади меня с характерным звуком закрылась. Да, к этому придётся привыкать. Я зашёл на кухню и был поражён. И это небольшой беспорядок? На кухне царил откровенный бардак. Стол был в три слоя заставлен банками из-под пива и упаковками из-под лапши, в раковине стояла гора немытой посуды. На поверхностях стояли всё те же банки из-под пива. Интересно, Лена вообще уборку делает, или только поспать приходит? Я открыл холодильник и увидел ровные ряды пивных банок. Чтобы сложить продукты пришлось некоторое количество банок вытащить из холодильника. Я освободил рабочую поверхность возле плиты, помыл руки и начал готовить. В этот момент, одетая в короткие шорты и майку, на кухню зашла Лена. — О, ты мне уже и пивасик достал, — она взяла банку и открыла её. — Спасибо. — Угу, присядь пока, я приготовлю что-нибудь. — Жень, может лапши заварим? Быстрее же. Я покрутил нож в руке. — Нет, Лена, ты в курсе, что нельзя постоянно есть эту гадость? — Ладно, не зуди, сколько ждать? — Час — полтора. — Чего? Ну долго же… — Лена. — я смерил её спокойным взглядом. — Ладно, — девушка надулась и сделала глоток пива, — хотя я и лапшички поела бы. Ну что за женщина. Ладно, хоть мама меня к такому не готовила…она вообще меня ни к чему не готовила. Раз уж мне тут жить, придётся всё делать самому. — Нецелесообразно, — ответил я, нарезая картошку. — Женя, боже, хватит а, ты похож на Таню. — На кого? — я перестал работать ножом. — Ну Таня, тоже пилот. Не знаешь? — Нет, — я продолжил готовку. — Вы с ней кстати похожи чем-то внешне. Только у неё волосы седые, а глаза такие же карие, и такие же холодные. — Если бы ты дала мне личные дела пилотов, я б узнал больше. — Да у неё в личном деле и даты рождения то нет, скрытная она очень. — Ладно, посмотрим… Через час мы уже сидели и уплетали приготовленные мной картофель с мясом и овощной салат. — Хм. Довольно неплохо, Женя, где ты так научился готовить? — Пока я жил с тётей, у неё учился. Надо будет завтра ей позвонить. — Позвони конечно. Ох, ну накормил, Женя, спасибо, — сказала Лена, облизывая вилку. — Да не за что. Лена выпила пива и отставила пустую банку в сторону. — Ну что ж, иди прими ванну и спать, завтра у нас тяжёлый день. — Ещё посуду помыть… — Я помою. Я посмотрел на раковину. — Всю гору? — Эм…ладно, всё помою, это как спасибо за то, что ты меня вкусно накормил. — А что, я уже нанялся мыть посуду? — Ну, мы ведь теперь живём вместе, и домашние дела будем делить поровну. «Так уж поровну.» — я заподозрил неладное. — Ладно, я пошёл, завтра всё решим, — с этими словами я направился в ванную, оставив Лену наедине с посудой. В коридоре обнаружилась моя сумка с вещами, невесть как попавшая сюда. Последний раз я её видел в штабе перед боем. Достав запасное бельё я направился в ванну. Приняв ванну, я зашёл на кухню, где Лена уже справилась с посудой и пила очередную банку пива. — Ты уже всё? — спросил я, вытирая полотенцем волосы. — Да, чтоб я ещё раз собрала такую гору… — Хороший стимул этого не делать. Итак, а где я буду спать? — А, есть у меня две комнаты, они одинаково обставлены, можешь занимать любую. — А чего одинаково? — Стандартная планировка квартир сотрудников Рассвета, позже можешь купить всё недостающее и подогнать комнату под себя. — Угу, хорошо, спасибо. — Да не за что, Жень, отдыхай. Оставив Лену, я зашёл в коридор. Квартира была большой и со странной планировкой. Зайдя в неё, я оказывался в небольшом коридоре — прихожей. Здесь, по правой стене были две двери, первая вела в зал, там был диван, журнальный столик, пара кресел и телевизор. Также была дверь, ведущая на балкон. Странно, но зал не постигла участь кухни, и здесь было относительно чисто, это подтверждал ещё белоснежный ковёр, лежащий на всей поверхности пола. Вторая дверь вела на кухню, которая по сути соединяла прихожую и зал с остальными помещениями. По другую сторону кухни так же был коридор, только комнат здесь было больше — всего пять дверей. Первая слева вела в ванну и туалет. Вторая слева — кладовая. Первая комната справа была комнатой Лены, об этом гласила табличка на двери. Осталось две комнаты в конце коридора, расположенные друг напротив друга. Обе комнаты были однотипны, шкаф, кровать, рабочий стол, и тот же неизменный белый ковёр. Выбрал я комнату что шла по левой стороне. С мыслями, что нужно будет докупить мебели и всякой мелочёвки в комнату, я лёг на застеленную кровать. И всё тот же незнакомый потолок. — Незнакомый… — сказал я, глядя вверх. — Конечно, здесь не может быть ничего знакомого. Уснул я, похоже, ещё до того, как закрыл глаза.
