Somewhere Only We Know

После дня рождения Блейна у нас, по большому счету, оставалось меньше недели в домике. Мы получили расчет в кафе, постепенно укладывали свои немногочисленные вещи, и оба выглядели немного расстроенными. После первого секса многое изменилось. Не столько между нами, сколько в поведении. Я не могу сказать, что раскрепостился полностью, но жадные взгляды Блейна все больше возбуждали меня и все меньше смущали, а Блейн и вовсе не упускал ни единой возможности поцеловать меня, зажать где-нибудь и облапать. Мне нравилось это, это заводило и делало нас такими взрослыми, но я тонко намекнул Андерсону, что пока не знаю, когда будет наш второй секс. Мне хотелось. Я все еще прекрасно помнил ощущение растянутости, его темные глаза, и то, какое удивительное единение мы ощущали, но, с другой стороны, я не хотел превращать это в рутину и заниматься этим между делом. Вот как только мы попадем в Нью-Йорк, решим там что-нибудь с квартирой, тогда и можно будет отметить это дело. Блейн принял мое решение с пониманием, но не оставлял попыток. Даже сегодня, когда в обед должны были приехать за ключами, я неосторожно вышел из ванной в одном полотенце и тут же оказался поваленным на кровать и придавленным Блейном. В целом, у нас все уже было готово и времени было достаточно, но я все равно не собирался заниматься этим сегодня. Хотя Блейну можно и порезвиться немного. - Ты ведь знаешь, что это из разряда запрещенных приемов, когда ты не собираешься заниматься со мной сексом до Нью-Йорка, но выходишь из душа такой теплый, влажный и практически голый... Отстранившись, Блейн распахнул полы полотенца, как всегда заставляя меня замирать и чувствовать себя особенным под его восхищенным взглядом. - Понятия не имею, о чем ты, - невинно шепнул я, сгибая ноги в коленях и немного раздвигая их, чтобы увидеть, как золото глаз Блейна темнеет, и он прикусывает губу, жадно разглядывая мой мгновенно твердеющий член. - Я хочу тебе отсосать. Так сильно… - А я хочу тебе. Потому что, черт, в одних шортах он тоже абсолютно потрясающий и темная дорожка волос на смуглой коже ведет вниз, к члену, с которым я неплохо знаком, и который сейчас выглядит наверняка ужасно аппетитно. - У меня есть идея на этот счет… - заметил Блейн, расстегнул и снял с себя шорты, под которыми ничего не было, и хитро посмотрел на меня, а потом сжал мои щиколотки и перевернул меня так, чтобы ноги были в сторону подушек. Я покорно наклонил голову, глядя на него теперь вверх тормашками. - И что ты имеешь в виду? - О, серьезно? Я понимаю, милый, что ты не фанат порно и Камасутры, но ты должен был что-то слышать про шестьдесят девять. - О, нет. - О, да. - Блейн! - Никакого секса, чистое удовольствие. Пожалуйста… Если хочешь, это будет на боку. - Я не знаю… Но, да, на боку лучше, потому что я не очень хочу садиться попой прямо тебе на лицо, - смущенно крякнул я, поправляя влажную челку, падающую на лоб. - Мне нравится твоя попка настолько, что я готов выли… - Блейн! Блейн прыгнул на кровать, устраиваясь прямо лицом к моему члену, и я сглотнул, потому что, как только я лег на бок, его член оказался передо мной. Не знаю, кто должен был начать первым, но я тут же потянулся к нему, обнимая пальцами и прижимаясь губами к влажной темной головке. Я не должен признаваться в этом даже себе, но я получал удовольствие от того, как легко Блейн меня развращал. Несмотря на то, что мы оба были невинны до некоторого времени, Андерсон был куда более раскрепощенным и подкованным в этих вопросах, и я просто обожал то, каким настойчивым он был временами и как упрямо брал то, чего хотел. А еще мне ужасно нравилось предоставлять себя умелым и опытным, но опыт мой приобретен благодаря Блейну и только для Блейна. Мне нравилось чувствовать его толстый член у себя во рту, облизывать его и слышать, как сбивается с дыхания Би, глядя на эту картину. Теперь же мне еще и нравилось чувствовать его внутри. Сладкая боль. Острое жжение, которое постепенно перерастает в тянущее, глубокое удовольствие. Он растягивал меня так сильно. Черт. Губы Блейна обхватили мой член прямо сейчас, и я не выдержал, простонал, не отрываясь от его плоти и заглатывая еще глубже. Было что-то особенное в том, чтобы чувствовать одновременно и член во рту и губы на члене. Словно отсасываешь сам себе? Нет, это ужасно. Блейн куда более умело орудовал с моим членом, заставляя меня толкаться внутрь его рта уже спустя секунду, в то время как сам оставался недвижим, беспокоясь обо мне. Я старался, действительно старался доставить своему парню удовольствие, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что делал Блейн. Не лучшее заключение, но рот Андерсона был создан для оральных ласк. Ладно, для поцелуев, пения, поедания приготовленной мною пищи и оральных ласк. - Боже мой, Блейн, - не выдержав, вскрикнул я, когда он резко перевернул меня, действительно усаживая себе на лицо. Ладно, мне было все так же удобно ласкать его, но нос Блейна прошелся по моей мгновенно сжавшейся дырочке, следом его губы и, твою мать, его язык. Распахнув рот и достав член изо рта, я просто уперся руками в кровать, прогибаясь в пояснице и не будучи в силах пошевелиться или отодвинуться, потому что то, что делал там мой парень… Черт, я просто не мог озвучить это даже мысленно. Из моего рта вырывались исключительно стоны, вскрики и частое дыхание, и, когда он добавил к языку пару пальцев, я ясно ощутил, что схожу с ума от удовольствия. - Трахни меня, - вырвалось из моего рта мимо воли, и мне захотелось шлепнуть себя по губам. Это уже не впервые раз, когда что-то подобное вылетало из моего рта именно в процессе секса, и я не был уверен, что это хорошо, но не сомневался, что Блейну нравится это. Тихо рыкнув, Андерсон уперся в мои бедра руками и пододвинулся, одновременно с тем как я сполз вниз. Его толстый и влажный от моей слюны член уперся в неплохо растянутый вход, но я не хотел ждать и не мог терпеть. Мне буквально сносило крышу от мысли, что он сейчас окажется во мне. Опустив голову, я бесстыдно наблюдал за тем, как эта здоровая штука осторожно и медленно продвигается внутрь маленькой на вид дырочки. Это снова было больно и порядочно жгло, но руки Блейна поглаживали мои ягодицы, талию и спину, одна рука добралась до моих волос, массируя голову и даже немного надавливая, словно насаживая. Боже, я самый пошлый и грязный подросток в мире, но когда он вошел до конца, я медленно выпрямился и обернулся, прикусывая губу и глядя прямо в глаза Блейна. Он у меня такой красивый… Осторожно опустившись спиной на его грудь, я позволил парню подхватить меня под коленки, поднимая их и полностью укладывая меня на себя. Скользнув руками вниз, он сжал мои ягодицы и принялся в буквальном смысле трахать себя мной. Я выше Блейна на пару дюймов, но он значительно сильнее, и рядом с ним я всегда чувствую себя очень хрупким и изящным. Я обожаю это чувство, обожаю, как легко он двигает меня, толкаясь вглубь и с каждым разом задевая комок нервов внутри, из-за чего я вскрикиваю громче и вцепляюсь в его кудри сильнее, закинув руку за голову. Мы оба были возбуждены до предела, но Блейн кончил первым, продолжая толкаться в меня, а затем помог кончить мне, проведя десяток раз по моему члену и сжав и без того напряженные яички. Осторожно скатив меня в сторону, Блейн прижал меня к себе и уткнулся носом к носу, глядя мне в глаза своими большими сияющими. - Я люблю тебя. - Ты засранец. Я обещал, что у нас не будет секса до Нью-Йорка, - проворчал я, широко зевая и пытаясь скрыть удовлетворенную счастливую улыбку. - Ммм, а «трахни меня» сказал кто-то другой? - Блейн! – я порозовел и уткнулся носом в его щеку, смущаясь. - Ты такое солнышко, Курт. Сначала ты позволяешь мне вылизать тебя, потом просишь трахнуть и смотришь на то, как мой член входит в тебя, а потом смущаешься ерунды. Я все еще молчал, потому что от стыда перехватило дыхание. В любом случае, я не собирался ничего говорить, потому что мне слишком нравилось все, что происходило между нами в постели, но я все еще не был готов это признать. Блейн, скользнув пальцами по моему подбородку, заставил приподнять лицо и нежно прижался губами к губам, улыбаясь сквозь поцелуй. - Я люблю тебя, - промурлыкал я, обнимая свое солнце за шею и расслабляясь в его теплых руках.

***

К вечеру следующего дня мы сменили несколько попуток и переночевали в придорожном мотеле. Однажды я уже был в Нью-Йорке. Пару лет назад, с отцом, Кэрол и Финном. Блейн никогда особенно не рассказывал о своей семье. Урывками, больше про маму, и всего раз упомянул брата, но он видел его раз в пару лет, и в их отношениях не было, очевидно, ничего хорошего. И то, он сказал, что был с родителями в Большом Яблоке и в детстве, и в подростковом возрасте тоже. Так что огромный город не был для нас чем-то диким, но мы все равно оба чувствовали приятную смесь из возбуждения и волнения. Теоретически, поскольку Блейн был уже совершеннолетним, он имел право арендовать квартиру легально, но мы боялись. Боялись и того, что нас обманут, и того, что родители нас найдут. Оказавшись на Манхэттене, мы сели в небольшом кафе, заказали себе ужин и принялись за обсуждение. Мы говорили около часа, и все наши пути упирались в тупик. - Купер, - наконец проговорил Блейн. – Я позвоню ему с автомата. Надеюсь, он не сменил мобильный номер за те полгода, что мы не созванивались. - Ты не обязан, Би. Мы справимся. Мы прожили столько и прошли, мы сможем разобраться и тут. - Да. Но ты засуживаешь большего и лучшего. А он мой родной брат, и это реальный выход. Я не думаю, что он предаст меня. Несмотря на кучи проблем в наших отношениях, я предполагаю, что он любит меня. К тому же, он взрослый, у него достаточно денег и есть связи. Это наш выход. - Би… - все, что я смог сказать. Он прав, и я не могу с ним спорить. Мне не хотелось, чтобы Блейн переступал через себя самого и ломал что-то внутри, но, с другой стороны, был небольшой шанс, что это поможет ему сблизиться с Купером. - Все нормально. - Ты уверен? - Пошли. У меня есть достаточно центов на звонок. Выйдя на улицу, мы нашли таксофон, я остался рядом с нашими рюкзаками. Поцеловав в меня губы, он набрал полную грудь воздуха и отправился к автомату. Набрав номер, он молчал несколько секунд, а затем его глаза округлились, и он заговорил. - Куп, привет. Это Блейн. Да. Блейни. Я жив. Да не ори ты, блин. Я по делу. Купер! Ты можешь помолчать? Сейчас мне нужна твоя помощь, а потом я расскажу тебе все. Я в Нью-Йорке. Нам нужна квартира. Ты можешь помочь с этим? Пожалуйста. Я все объясню. Хорошо. Я жду. Обернувшись ко мне, Блейн несколько минут просто молчал. Докинул еще монеток, затем попросил у меня блокнот и ручку, которые я быстро достал и отдал ему. Блейн что-то записал и кивнул, словно брат мог его увидеть. - Спасибо. Я не ожидал, честно. Хорошо. Спасибо. Ты приедешь завтра? Послезавтра? Окей. Маме? Куп… Она передаст все отцу! Хорошо. Ты можешь сказать, что я жив и здоров. Окей. Хорошо. До встречи. Повесив трубку, парень прижался лбом к автомату и несколько минут просто молчал, а затем повернулся ко мне, и на его губах играла осторожная, немного неуверенная улыбка. - Сейчас я перезвоню некому мистеру Кребсу, он привезет нам ключи от квартиры Купера в Нью-Йорке и отвезет нас туда. Надеюсь, он не скажет ни слова никому. Куп сказал, ему можно доверять. А еще он сказал, что мы можем жить там: он приезжает пару раз в год, да и то может остановиться в отеле. Звезда же, все дела. И он прилетит послезавтра. Сказал, во всем нам поможет... Выдохнув, я улыбнулся и бросился к Блейну на шею, крепко обнимая его. - У нас есть квартира. У нас начинается настоящая жизнь в Нью-Йорке? – прошептал я, готовый разрыдаться от переполняющих эмоций. - Не могу поверить собственным словам, но все так и есть. Оказывается, у меня отличный брат. - Я так люблю тебя, мой родной... - И я люблю тебя, Курт. Так сильно тебя люблю.