World of Wait.... What?!

       «Джим, просыпайся… Джимми, — тихо прозвучало в ушах Джима Лонгвуда, двадцатилетнего человека, — Слушай, я не твоя матушка, поэтому распинаться долго не буду: Да встань уже!» По плечу юноши ударила тяжёлая рука. — А? Что? — пробубнил Лонгвуд, осматривая убранство помещения, — Где я? Откуда… — Б. Проснись. Штормград. На руке было написано, когда тебя притащили, — собеседник перечислил ответы, попутно загибая пальцы на руке. — Штормград… — держась за голову, пробубнил человек, — Отец! Я должен найти его! — Лонгвуд, не так ли? — улыбнулся он, протянув руку. — Барн Рудохват, рад знакомству. Ничего сейчас не спрашивай, поговорим за столом. «Я… Странно всё это, — рассуждал Джим, накидывая одежду и заправляя кровать, — и откуда этот Барн знает меня?» Множество вопросов осадило молодую голову, но ответов было крайне мало. Решив долго не тянуть, Лонгвуд спустился по лестнице, оказавшись в таверне, где его уже ждал новый знакомый.        Тот молча сидел и наблюдал за горожанами, пока человек не сел напротив него. — Так ты дворф… — тихо произнёс Джимми, посмотрев на собеседника сверху вниз, — а имя довольно… Говорящее. Прости. — Ничего, — широко улыбнулся Барн, — ты хотя бы не называешь меня гномом, как некоторые эти новоприбывшие «герои». — Герои? — вновь спросил он. — Ребятки, которые, как бы сказать, представляют лицо Альянса: помогают горожанам, защищают земли от зла, воюют с этой проклятой Ордой… — Насчёт моего отца, — Лонгвуд перебил дворфа. — А, да! — радостно воскликнул Рудохват. — Был тут твой старик, говорил очень много… Я не знаю, что он задумал, но я передам суть его словами: «Как только мой сын доберётся до тебя, отправь его к Собору Святого Света. Там его будет ждать женщина по имени Труди, она скажет, что делать дальше.» — А где эта тюрьма? — спросил юноша. — Пошли, я покажу, — вскочил дворф, — заодно и экскурсию устрою! «Идём на Соборную площадь, — начал Барн, как только человек вышел с ним на улицу, — там, время от времени, собираются жрецы. Странные ребята, особенно в бою: всегда стоят сзади, странно махают руками и утверждают, что жрецы — самые полезные лекари на поле боя… Я предпочитаю старые, добрые бинты».        Весь путь по великому городу сопровождался долгими рассказами дворфа о каждом магазинчике и прочих заведениях. Джим уже начал думать, что эта «экскурсия» будет самым сложным испытанием на его пути, но дворф резко остановился у некого подобия магазина, из окон которого ярко горели причудливые, переливающиеся огоньки. — А этим местом заведуют эфириалы, но простые горожане туда не ходят, — стиснув зубы, сказал Рудохват. — Тебе они не нравятся? — слегка улыбнулся юноша. — Почему же? — Во-первых, я не вижу их лиц. Во-вторых, конкретно эти делают слишком уж халтурную работёнку, но берут огромные деньги с клиентов… Неважно, за углом Собор, а тебе нужно спешить!        Соборная площадь представляла собой большую, что не удивительно, площадь с несколькими скамейками, главными достопримечательностями который были сам Собор Святого Света и статуя Утера Светоносного, паладина, абсолютно незнакомого Лонгвуду. Возможно, у него просто просто отшибло память, но все попытки вспомнить, чей лик он лицезреет, не увенчались успехом. Осмотревшись и не увидев нужной женщины, Рудохват сел на ближайшую скамейку, достал из кармана небольшую флягу, сделал глоток и протянул ёмкость новому знакомому. — Не, — отказался юноша, сев рядом, — так кого мне искать? — Труди… — задумался дворф, поглаживая бороду, — может гномка, обслуживающая банк… Или та выскочка из ШРУ… Два варианта: гномка с фиолетовыми волосами или рыжая девушка, примерно твоего возраста. Я бы вообще это дело поручил какому-нибудь герою. — Герою? — переспросил Джимми, неодобрительно кивнув головой. — Я не думаю, что мои проблемы настолько важны, чтобы отвлекать их от других дел. — Не важны?! — громко спросил Барн, заливаясь смехом. — А что такое? — не до конца понял юноша, глупо улыбнувшись в ответ. — Разве я не прав? — Ну как сказать? — смахнув слезу, произнёс дворф, указав пальцем на девочку мирно стоящую напротив них. — Детишки придумали себе игру: одни прячут по городу шарики, а эта личность, с грустным выражением лица, просит проходящих мимо женщин и мужчин Альянса найти их! — Эм… Ну… — молодой человек не находил слов, пока собеседник пытается остановить смех. — И… Ха-ха! Од-однажды… — начал заикаться он, делая ещё один глоток из фляги, — приходит в таверну, т-ты не поверишь… В-ворген! Помнишь, кто такие воргены? — Ну, память я терял не полностью. — Короче говоря, этот недотёпа двое суток искал эти шарики. Знаешь, ради чего? — Удиви, — заинтересованно сказал Лонгвуд. — Одного ш-шарика! — На дворфа вновь нахлынули эмоции, и теперь его смех был слышен даже в самом Соборе. — Пять шариков за один! Огромный волк с г-голубым шариком отдаёт последние серебряные на выпивку… О чём это я? Ах да: эти герои будут делать любое дело за любую награду и обещание «повысить репутацию среди горожан». Да уважать нужно наших сапожников, которые мечи могут чинить без кузни! Уважать нужно хозяев таверн, которые купят любой хлам, приготовят его и продадут тебе же! Да мы все… Монолог Барна прервали два стражника, которые пришли на жалобы священников. Они молча взяли дворфа, заломали ему руки и увели кричащего нарушителя спокойствия с площади, оставив человека сидеть в одиночестве и ждать Труди. «Ну, прощай, Барн Рудохват. Ты мне очень помог, — пробубнил юноша, слегка улыбаясь. — Ну и утро… Хотя я даже не помню, что было вчера, позавчера, в другие дни. А кто вообще мой отец? Почему я ищу его? Откуда я родом? Я вообще на той площади?!» Безысходное положение Джима дополняла потеря памяти, но человек искренне надеялся, что эта гномка, женщина, да кто угодно узнает его.        На счастье юноши, надежды оправдались: через полчаса утомительного ожидания, на площадь вышла девушка, одетая в кожаные доспехи тёмно-серого цвета. Она внимательно прошлась глазами по каждому человеку и, заметив нужного, приблизилась к нему. — Джим Лонгвуд? — спросила она, встав напротив молодого человека. — А вы, я так полагаю, Труди, — высказался он, подняв голову, — я думал, что буду ждать до ночи. — Наглый какой… Тогда прощения просить не буду, — спокойно произнесла девушка и ударила Лонгвуда в шею, от чего последний, издав какой-то невнятный звук, свалился со скамейки и не подавал признаков жизни. «Всем сохранять спокойствие! Государственное… — крикнула она, но на эту ситуацию никому не было дела. — Ну да, вы же все такие бессмертные… Или глухие. Может хоть кто-то мне поможет?» На зов о помощи прибыли два стражника, которые потащили Джима за агентом ШРУ.