Моё хвостатое проклятье

«Что же произошло с тобой, что ты сейчас сидишь у меня в кухне, внимательно наблюдая за тем, как я готовлю суп, почему ты забыл, что произошло ночью, почему ты снова стал ребенком… Твоя взрослая форма, ты был так напуган, что же тебе снилось, ведь ты из прошлого, из тех лет, когда еще был убийцей, неужели, все из-за Юкидзи… Ты страдаешь, как же это было видно, тебе больно и страшно, но ты прячешь эти эмоции. Ты чуть было не убил меня, но успокоился. Как мне поступить и что… » — Эй, у тебя что-то горит, — сквозь мысли я услышала голос мальчика и пришла в себя, зажарка которую я не мешала, пригорела, и я тяжело вздохнув выключила комфорку и выкинула овощи в мусорку. — Что с тобой не так? — осуждающе произнес Томоэ, вставая из-за стола и подходя ко мне. — Ты вся бледная и ведешь себя странно, все люди такие слабые, — сложив руки на груди высокомерно выпалил он. — Ничего, просто устала, — я насилу улыбнулась, доставая новые овощи и начиная их очищать. — Как тебе спалось? — я взглянула на ребенка в миг погрустневшего. — Мне снился странный сон, там была девушка где-то твоего возраста, очень красивая, но она умирала на моих руках, но я ее не знаю, — Томоэ опустил взгляд. — Помимо этого, было такое впечатление, что она для меня значила очень много, но я не помню ее имени, — задумавшись он продолжил. — Но… Я не могу понять, возможно это мои воспоминания, а возможно то, что было до того, как я попал к Микаге. «Возможно, при облике ребенка воспоминания о Юкидзи скрываются из-за пережитой боли, его разум скрывает эти моменты и ночью своеобразный барьер спадает.» — Вот оно что, — я кивнула, вылезая из своих мыслей и бросая нарезанные овощи в сковороду. — Я хочу есть, — Томоэ надулся и пошел к столу снова садясь на свой стульчик. — Подожди немного. Через минут десять, перед лицом лисенка уже стояла миска с супом и кое-как я нашла у себя новые китайские палочки для еды, которые тоже предоставила ему. Он не сильно горел желанием есть неведомое вариво, но голод тем не мение выбора не давал. Я улыбнулась наблюдая за его реакцией, суп ему понравился, не смотря на внешний вид. Идилию прервал дверной звонок, и я в действительности не предполагала, что кто-то может прийти, ведь подруги на отдыхе, мама уехала, а гостей я явно не ждала. Сказав Томоэ, что сейчас вернусь, я пошла к двери и оперевшись на нее посмотрела в дверной глазок, но там никого не оказалось. Открыв дверь, я посмотрела себе подноги, заметив небольшую коробку, которую с опаской спустя пару минут взяла в руки и слегка потрусила, но грохота не было, да и сама коробка была не тяжелой. Осмотрев ее, я не нашла ни единого адресника или же ярлычка, ниодного обозначающего символа, что показалось мне очень странным. — Что ты там возишься так долго? — послышался раздраженный голос мальчика и закатив глаза я закрыла дверь и направилась в кухню с коробкой, поставив ее на стол я взяла уже пустую миску из-под супа и положила ее в умывальник. — А это еще что? Я ощущаю божественную ауру, только очень слабую, от этой штуки. — Божественную? — я обернулась и внимательно уставилась на Томоэ. — Да, — он кивнул разрывая бумажную упаковку и вытрушивая содержимое на стол, но кроме всякой ненужной ереси, там была только записка. — Текст на русском, читать, или сама прочтешь? — он вопросительно посмотрел на меня, я подошла и взяла записку из его рук разворачивая. «Здравствуй, меня зовут Микаге, прости, что сейчас тебе приходится заботится о Томоэ, но иного выбора, как отправить его в это время у меня не было. Для его безопасности я перенес его в это время, к сожалению был один побочный эффект, что, думаю, ты смогла сама заметить. Его память делится, большая часть осталась во взрослом теле, это часть его боли, в детской форме нет таких страданий и больных воспоминаний, я не знаю, почему и как так получилось. Как исправить это, я тоже, к сожалению, не знаю. Прошу тебя, позаботься о нем, хотя бы временно… Прости за доставленные проблемы. Микаге. » «Вот как значит. Отлично, я конечно догадывалась, чьих это рук дело, но в действительности я не ожидала, что так будет. Главное успокоится, ибо не нужно давать Томоэ повод для переживаний и глупых мыслей. Но если его память и чувства разделились, тогда как это исправить… И почему все это так быстро раскрывается?» — Что там? — Ничего, просто бессмысленные строчки, особенного ничего, — сложив бумажку, я положила ее в карман. — Ты в лице переменилась, что это за записка? — лис нахмурился злобно зыркая на меня из-под лба. — Томоэ, хватит, — довольно грубо ответила я мальчику и ушла в ванную закрыв за собой дверь на замок, облокотившись на нее медленно сползла на пол. — Почему так сложно, черт, — тихо прошептала доставая записку и снова перечитывая, буд-то увижу новую информацию в ней, но нет. — Вот тебе и божественная аура… Просидев в ванной около получаса я все-таки вышла из нее и пошла в комнату, тихо открыв дверь, я бросила взгляд на кровать, где спал Томоэ. Он много спит, в этой форме, видимо, его силы тоже критически малы и сон его быстро преодолевает. Лис спал, свернувшись комочком, во сне у него дергались ушки и это было очень мило, я решила не будить его, чтобы он отдохнул.

***

Время тянулось до вечера, а точнее практически до ночи, Томоэ даже и не подавал признаки того, что он просыпается, да и разбудить его я не могла, из-за чего стала переживать. До полуночи оставалось около получаса, а лисенок спал больше чем вообще возможно. Я ходила по комнате наворачивая круги, время отдавало неприятными отзвуками, медленно приближаясь к двенадцати. — Черт, черт, черт, — я села на стул возле компьютерного стола облокотившись о колени руками и зарывшись пальцами в волосы. — Так, спокойно, ничего страшного не произойдет, если конечно, он не захочет снова меня придушить, как дешевую шлюху, — я громко выдохнула вставая на ноги и выпрямив спину. Я встала у окна оперевшись на подоконник и просто стала смотреть в окно, не поворачиваясь даже в сторону постели. Часы пробили полночь. Вот со стороны послышались шорохи подушек и одеяла. Сердце пропустило пару ударов. Я лихорадично втянула воздух, снова накатил страх, действительно, я боялась Томоэ, его жестокой формы, которая могла не мигая прикончить меня. Сзади я услышала чужое ровное дыхание, все ближе и ближе приближающееся ко мне. Шорох его одежд был прямо за моей спиной, совсем близко, его дыхание обжигало шею. Почему он так приблизился? — Значит, ты теперь боишься меня, — насмешливый шопот у самого уха заставил вздрогнуть, я попыталась отойти, но мужчина крепко вчепился пальцами мне в плечи. — Отпусти, — хотела сказать спокойно, но голос предательски задрожал, я сглотнула стоявший в горле ком страха, но он не думал даже покидать меня. — А что мне будет с того, что я отпущу тебя, — промурлыкал он, касаясь клыками обнаженного плеча и проводя ими тонкую дорожку, оставляя красные следы на коже и слегка прикусил, что отдало болезненным разрядом во всем теле. — Интересно, твоя кожа очень чувствительна. Томоэ прижал меня к стене, не давая ни единого шанса освободиться, не смотря на то, что я пыталась вырваться, он с легкостью перехватил мои запястья и сжал их за моей спиной своей рукой, вжимая лицом в стену. Я не могла пошевелиться, страх и болезненные ощущения работали как стоп кран, пока кицунэ развлекался, удовлетворяя свои желания. Второй рукой он с легкостью порвал майку, оставляя меня абсолютно обнаженной сверху, оголяя грудь. Я снова попыталась дернуться или хотябы пнуть его, но все что я не делала, было, как минимум — бесполезно. За мои никчемные попытки, он до боли сжал мою грудь ладонью и снова прикусил плечо, уже сильно, до крови и жгучей боли. Слезы просто потекли из глаз, от безвыходного положения и стыда. Почему, почему он это делает…