366-й день

Брок снова просыпается с почти болезненным стенобитным стояком под аккомпанемент сдвоенных жарких мужских стонов. Нежных - Кэпа и бесстыдных, громких, жаждущих - Барнса. Броку лень вставать и топать в душ. Нет, не сегодня. Он уже год просыпается в одной постели с этими двоими. * * * За этот год Брок Рамлоу видел всё. Однажды, где-то между третьим и четвертым месяцем вынужденного совместного проживания, Брока даже казнили. Он давно успел выдать Щ.И.Т.у всё то немногое, что знал о ГИДРЕ, и более не представлял былой информационной ценности. Колсон подсуетился на пару с подлым Фьюри. Решили избавить доблестное национальное достояние от ещё одного темного пятна на светлой легендарной репутации. С лихвой хватало и Барнса, бывшего Зимнего Солдата, который для Фьюри являлся тем ещё геморроем, но в отличии от Брока Рамлоу хотя бы геморроем оправданным. Брок же приходился Роджерсу никем, бывшим врагом, ненужным балластом, вот Кэпа и решили освободить. Без согласия самого Кэпа, разумеется, потому что благородный Роджерс, защитник слабых и нуждающихся, первый ценитель человеческой жизни, согласия на такое точно бы не дал. Скорее Роджерс, будь на то его воля, запер бы Брока на пожизненное в тюрьме строгого режима с правом на досрочное за примерное поведение. Кэп в людей верит. Брока тогда увезли в Щ.И.Т., как обычно. Только вместо обычного серого скучного изолятора его привели в белую комнату, силой усадили на единственное кресло с фиксаторами для рук и ног - Брок, смекнув, к чему идет дело, неистово сопротивлялся. Укол синей дряни в вену. Жуткий холод, текущий по венам, тяжесть в грудной клетке и наконец темнота, уносящая ужас осознания, что вот-вот всё будет кончено. И Брок, как ни в чем не бывало, снова открыл глаза на мягком уютном траходроме между двумя суперами, и закричал, всё ещё не отошедший от ужаса после посещения темной стороны Щ.И.Т.а. Тогда его впервые пожалели. Выслушали. Кэп обнимал его, крепкий и надежный, как скала, обещал, что больше такого не допустит. А Брок верил, дрожал всем телом, точно осенний лист на ветру - вот-вот отклеится и будет долго падать, жадно дыша, вцепившись в твердую спину, как в спасательный круг. Баки в тот день впервые приготовил утренний какао на троих, не только себе и Кэпу. У Роджерса с Фьюри состоялся серьезный разговор, после которого директора Щ.И.Т.а показали в вечерних новостях. Крупный налитый фингал под единственным зрячим глазом ничуть не преуменьшала даже темная кожа. Били явно от души и известно кто. Больше Брока Щ.И.Т.у не отдавали. * * * К шестому месяцу совместной жизни Брок научился готовить кексы, салат и курицу по утрам. Брок вообще не завтракал, Кэп себя сдерживал в питании, Зимний Солдат жрал, как танк. Кексы Брок готовил от себя, в качестве выражения нового, доселе неведомого чувства - благодарности. Его приняли, простили, дали еду, защиту и крышу над головой. Нечто большее, чем просто крышу. Гораздо большее. Дали дом. Идеалистичный, как в наивной детской сказочке, первый в жизни Брока настоящий дом, а не просто место для сна и отлежки после ранений. * * * Вчера исполнился ровно год их совместным пробуждениям. Самое время наглеть. Брок с минуту неотрывно пялится на спортивные кэповские тылы, двигающиеся меж крепких раздвинутых ног Барнса, протягивает руку и нагло хватает ойкнувшего от неожиданности Роджерса за задницу. Раз им суждено по неизвестной причине всегда просыпаться вместе, Брок намерен расширить свои права, устроить маленький митинг. Митинг заканчивается в ту же минуту, что и начался. Не успевает Брок вволю натрогаться. Его оперативно подминает под себя ловко вывернувшийся из-под Кэпа Зимний Солдат, плотоядно проводит влажным языком по щеке Брока, сжимает металлической рукой бедро, надежно фиксируя добычу, и Брок понимает, что за права придется бороться, долго и упорно бороться. Брок поборется.