Сколько ты сможешь прожить без воздуха?

Рыжий собирался оставить как можно больше следов на коже Елизаветы, будто делая пометки и знаки, что она только его. Она чувствует его эрекцию, когда тот прикасается к её телу ещё ближе. Девушке сносит крышу, и она поддаётся его «грязным» выходкам. Её ладошки тянутся к его боксерам. Данил откидывает их. — Мерзость. — Даня входит в девушку пальцем, и та вскрикивает, потому что это повторяется снова и снова. Его ладонь касается её клитора, и она не может сдержать восклицания. Его палец движется в ней все сильнее и сильнее. Затем ему надоедают эти игры, он разводит ноги девушки. Он плавно входит в неё. Неистовая боль пронзает девушку. И кричит она совсем не от удовольствия. Ртом Лиза пытается захватить как можно больше воздуха, а руками комкает под собой простынь. — Как мило, ты хранила невинность. Как жаль что я её забрал. Тут же Кашин резко меняет тактику, и грубо входит в русую, задерживаясь в ней, на 30 секунд. Это были самые долгие пол минуты в жизни девушки. Парень вышел. Кровавые пятна на постельном белье становились всё больше и больше. Потом Даня стал двигаться медленнее, и постепенно наращивал темп. Через минуту боль сменилась удовольствием. Громкий, блаженный стон, она кусает губы. Ощущение окатывает девушку с головой. Парень лишь нагло улыбается и набирает темп. Он движется все быстрее и быстрее в беспощадном, неослабевающем ритме, Лиза подхватывает это движение. Даня сжимает голову девушки руками и жадно целует, прикусывая нижнюю губу. Лиза уже близка к разрядке. Ещё немного и она кончает. Парень недовольно рычит, последний толчок и он изливается ей на живот. Неред морщиться, и вытирает себя пледом, лежащим рядом. Уставший он падает на кровать рядом с Лизой. Учащенное сердцебиение, оба тяжело дышат, ловят воздух ртом, который сейчас так им необходим. Он приближает её ближе к себе. — Тебе за всё хорошее, — рыжий целует ту в лоб. Он накидывается на неё. Его руки держат её за запястья. Он тяжело дышит ей в лицо. — Ты не прокричала моё имя, — парень тут же переворачивает её на живот. Затем резко входит, та прогибается в спине, и выкрикивает его имя, зная, что ему надо только это. Он прижимает её к себе. Она для него самая лучшая жертва. Самая лучшая, из тех, что когда-либо приводил отец… — Ты мне слишком нравишься, я хочу тебя каждый день, — голос звучит так упруго, с ноткой безумия. Лиза понимает, что она хочет убежать отсюда, но если сделает это — умрёт.  — А я тебе нравлюсь? — спрашивает голубоглазый и целует ту в шею. Она издаёт сладкий стон, и он закатывает глаза от удовольствия. — Да, — Елизавета не может поверить сама себе, что она произносит это, хочется убежать от стыда. Данил прижимает её к себе ещё плотнее. Их тела словно сливаются, он зарывается руками в её светлых волосах. Девушка в его власти, теперь ей никуда не деться от этого безумца. Она понимает, что говорит это только ради того, чтобы остаться в живых, но сможет ли она терпеть это извращение каждый день? Она сама его целует. Он ухмыляется и понимает, что она сдалась…