по ту сторону окна.

      Капли дождя монотонно барабанят, разбиваясь вдребезги на несколько более маленьких капелек, по большому окну не менее большого, теплого и почему-то такого уютного поезда, что рассекает пространство и, кажется, время. В вагоне несколько человек. Старушки едущие от своих внуков или из магазина. Взрослые, что только освободились после трудной рабочей недели и решили, что посетить дачу на выходных – это прекрасная идея. Да и несколько подростков, что решили прокатиться от скуки до ближайшей станции, а потом обратно.       Тэхен же не относит себя ни к взрослым, ни к подросткам. Он что-то среднее. Что-то между. Такое не выбивающееся и сочетающее в себе все самое простое. Он даже из немногочисленных людей не выделяется. Только, может быть, тем, что если всем все равно, что происходит по ту сторону стекла, то Тэхен хотел бы оказаться ветром, чтобы холодный дождь капал ему прямо на лицо.       Тэхен любит мешковатые и теплые кофты цвета лета, милые побрякушки, болтающиеся на собачках рюкзаков, и огромное количество силиконовых браслетов, которых не видно под рукавом кофты. Он пьет лишь чай с лимоном и двумя ложками сахара, прямиком из термоса, что так любезно и с любовью налил Джин-хен, зная, что Тэхена после университета в последний день рабочей недели не стоит ждать. Джин-хен хороший, Тэхен и Джин-хена любит. Очень сильно любит и благодарен за его заботу. А еще Тэхен любит рисовать, писать маленькие рассказы к своим картинам для полного погружения в новую вселенную, что создал он на холсте. И любит уютные поезда с дождем за окном. В этом есть свое успокоение, вдохновение и совсем немножко какой-то романтики, приправленной толикой нескрываемой грусти.       Тэхен каждую пятницу приходит на перрон ровно в двадцать ноль-ноль, когда начинается посадка на один и тот же, заученный до дыр, путь. У него большая сумка с кисточками и красками за спиной, а в руках термос Джина, который мальчишка бережно прижимает к сердцу вот уже, как весь день. Тэхен привык садиться на одно и то же место в конце вагона, смотреть в одно и то же окно, любоваться одними и теми же деревьями и старыми заброшенными домами. У него все так привычно, но так необычно одновременно. Каждую такую пятницу и погода не такая, какая была на прошлой. И люди, рядом сидящие, совсем другие, не такие, какие были на позапрошлой и прошлой неделе. Иногда чай имеет привкус ванили, а иногда каких-то приятно пахнущих трав. Хен редко, но позволяет себе баловать младшего.       Каждая пятница такая одинаковая, но имеет такие кардинальные отличия.       Тэхен любит осматривать своих попутчиков по вагону перед тем, как погрузиться в собственные думы и пейзажи, в другом мире, там, за окном. Вот в сегодняшнюю пятницу, такую дождливую, но на удивление теплую и совсем не ветреную, пассажиров почти нет. Всего какие-то три старушки, что сидят близко к центру вагона, тихо болтая о своем, о девичьем. В конце — группа молодых людей, решивших поиграть в карты в чисто мужской компании. Слева от них расположились два подростка, что так романтично щебечут друг другу какие-то приятности на ухо, а девчачий смех разносится мимолетом по всему вагону, сразу пропадая в стуке колес по рельсам. Тэхен музыку в наушниках приглушает еще немного, улыбается уютной обстановке и прижимая собственные колени к груди, откидывается головой на окно, смотря, как провода и деревья исчезают за поездом. Сегодня думать не хочется, хочется взять карандаш в руки и альбом, да погрузиться в творчество, слушая приятную мелодию в наушниках вперемешку со звуками дождя. Тэхен этим и решает заняться. Достает все, что потребуется и отдает всего себя искусству, выводя только ему понятные узоры и фигуры.       И все было бы как обычно, если бы неожиданно перед Тэхеном не возникла человеческая фигура.       - Извините, тут не занято?       Ким, вообще, сначала не заметил неожиданного гостя, продолжал, молча рисовать с улыбкой на губах. Паренек слегка плеча Тэхена коснулся, почти сразу же руку убирая, дабы не нарушать личное пространство художника. Ким голову поднимает и немного удивленно взирает на незнакомого юношу.       - А? Сесть? Да, конечно, садитесь, тут не занято, - невнятно бормочет, хлопая длинными ресницами, находясь в полном замешательстве.       Парень благодарно улыбается и, кивнув головой, присаживается напротив Кима, у окна и в рюкзак свой лезет, доставая оттуда книгу. Тэхен же, старается не смотреть на юношу, озирается по сторонам и сам рукой рыщет по сидению в поисках своего термоса, а когда находит, то наливает себе кружку. Вагон почти пустой, места много, но незнакомец решил присесть именно здесь. Именно у этого края, где всегда сидел Ким.       Тэхен только спустя несколько минут в себя приходит, от дна кружки отрывается и взгляд поднимает на молодого паренька напротив. Не подросток и не взрослый. Что-то среднее. Что-то между. На нем свитер кремовый, чёрные джинсы и серебряные сережки в ушах. Каштановые волосы, растрепанные от ветра, и капельки дождя красиво блестят и переливаются в немного желтоватом свете вагона. Незнакомец красивый, даже очень. Глаза выразительные, такие на вид детские и наивные, что у Тэхена на секунду появляется ощущение, что парень-то, все-таки, подросток. Но от него веет зрелостью, и эти мысли растворяются вместе с приятным парфюмом, что исходит от незнакомца легким шлейфом. У него шрамик маленький на щеке, и губы трогает легкая и расслабленная улыбка. Юноша книгу читает и, кажется, на своего спутника по месту внимания не обращает абсолютно. А пепельноволосый Тэхен к обложке присматривается, замечает знакомое название и даже немного удивляется. Парень на вид противоречивый сам себе. Он кажется взрослым, а сам носит игрушечного кролика в кармане своего темно-синего рюкзака. У него вид начитанного и умного человека, а книги он читает – детские.       Такой забавный. И совсем не такой, как все, кого Тэхен встречал на всех прошлых пятницах.       Пепельноволосый в чувство приходит, осознает, что долго пялится на незнакомца и смущенно взгляд отводит в окно, отпивая из кружки теплую жидкость, вновь приступая к своему любимому делу – рисованию.       Они сидят так в тишине всю поездку до конечной станции, где Тэхену нужно пересесть на другой поезд до дома, а незнакомец скрывается в темноте перрона. Ким хочет из уважения попрощаться, но не успевает и лишь кидает мимолетный взгляд на удаляющуюся фигуру.       Никогда еще Тэхена так не интересовали пассажиры его вагона.

***

      Остальные пятницы, исключительно во время дождя, Тэхен делит свое место в вагоне вместе с тем незнакомым парнем, что заходит на второй остановке после захода Кима. Он уже и не таким незнакомцем кажется пепельноволосому. Они здороваются каждый раз, улыбаются друг другу и юноша уже не спрашивает о занятости места. Оба знают, что занято. Противоречивым себе парнем занято и никем больше. Тэхен каждую пятницу, как в первую оглядывает своего формального спутника на предметы, какой-то новой детали, что скажет о нем хоть еще немного чего-то интересного. Пять недель назад незнакомец в черной кожаной куртке пришел, с пастельного цвета спортивной сумкой наперевес, откуда торчала игрушечная лапа кролика. Три недели назад паренек с собой зефир принес и новую книгу, на этот раз, со сказками. Неделю назад - он волосы в ядерно-малиновый перекрасил, выделяясь из общей массы вагона и, кажется, парфюм новый купил, со вкусом цитрусов. Каждую пятницу Тэхен находит что-то и считает, что парень на него не смотрит также в ответ, на поиски чего-то нового. А он смотрит, отрывается от своего увлекательного занятия, которому он никогда не изменяет – прочтению книги, и смотрит. Смотрит долго, пока Тэхен не дернется всем телом, дабы позу поменять, чтобы удобнее было продолжать рисовать.       Они не говорят ни слова. Лишь здороваются и изредка прощаются, если юноша не убегает в темноту перрона.       Так месяца сменяются. Лето, осень, весна, зима. Не каждую пятницу, получается, посетить любимый вагончик. Не каждую пятницу незнакомец приходит к Тэхену на место.       Только, когда дождь.       И Тэхен сам не замечает, как каждый вечер молит Бога, чтобы дождь все же пошел. Как и не замечает, что он о незнакомце намного больше думать начал, чем должен бы был. Джин по-отцовски улыбается, смахивает слезинки с глаз и радуется, да щебечет Тэхену на ухо о скоропостижной влюбленности, а Тэхен его не слушает, а думает о том, что хотел бы сегодня, в эту пятницу, поговорить с ним.       Ведь по ту сторону окна – дождь.       - Хен, мог бы ты, пожалуйста, заварить немного больше чая, чем обычно?..

***

      - Здравствуй, - привычное приветствие, привычный взмах руки и такая уже родная улыбка в ответ на легкий кивок в сторону сиденья напротив.       Тэхен сегодня альбом достает только с приходом незнакомца. До этого он в окно лбом упирался и смотрел, как по вертикальной поверхности скатывались маленькие капельки от разбитой на куски большой капли и не думал ни о чем, стараясь держать голову в пустом здравии, чтобы не разволноваться. Сейчас, когда юноша появился перед взором, стало куда проще, даже дышать и у Тэхена новый источник вдохновения открылся, как по щелчку пальцев. Он карандашом ведет ровные линии по белой немного шершавой бумаге, что-то зарисовывает, стирает и начинает вновь, не обращая внимания на то, что парень даже книгу не достал сегодня. Он просто сидит перед Тэхеном и смотрит на него, открыто так, слегка нагловато и с широченной улыбкой на все лицо. Ждет, когда Ким голову поднимет, и тот поднимает, но, похоже, слишком увлеченный своим занятием, и не замечает изменений. Рисует и рисует, а юноша посмотреть хочет, слегка привстает и вперед поддается, да вот только не видно. Оставляет попытки и продолжает поглядывать то на пепельноволосого, то в окно, где дождь пошел с еще большей силой, громче начиная стучать по окну, а вдалеке, за деревьями блестит искра молнии.       Заканчивает Тэхен резко, также, как и начал. Просто карандаш вбок откидывает , а тот мимо раскрытого рюкзака пролетает и скатывается вниз, на пол. Но Тэхену, честное слово, все равно. Он закончил то, что рисовал вот уже несколько пятниц без передыху. Он рисунок осматривает, улыбается широко и радостно, да голову поднимает, желая, наконец, заговорить с юношей, но встречается с его взглядом и теряется вмиг. Парень напротив улыбается так насмешливо, губу нижнюю прикусывает и подпирает собственную голову кулаком, облокотившись на окно. Он на Тэхена смотрит внимательно, будто внутрь заглядывает и видит все, да одновременно целое ничего. Ким рот открывает и закрывает, открывает и закрывает, подобно рыбе, выброшенной на сушу. Смотрит на незнакомца, и силится что-то сказать, да не может. В голове вопросов много, а ответов нет, и они останутся под завесой неизвестности. Ким альбом пальцами сжимает сильнее, ладошки потеют, и он понятия не имеет, что на него вообще находит. Обычно общительный до одури, любитель тактильного контакта, а сейчас…будто его парализовало. Ни туда, ни сюда. А что делать – непонятно.       - Что такое? – разрушает звенящую тишину незнакомец, бархатно произнося каких-то два простых слова, что на Тэхена действую подобно токовому удару. Он продолжает все также улыбаться, не отводя взгляд от запутавшегося в самом себе пепельноволосого.       Тэхен же дергается, выходя из оцепенения, глаза опускает на альбом и только сейчас до него доходит, что происходит. Он несколько пятниц рисовал образ незнакомца, рисовал и сам этого не понимал. Считал подсознательно, что Джин-хена рисует, а на деле, не его. Он смотрит на мужской портрет красивого малиноволосого паренька и сглатывая, переворачивает альбом рисунком к юноше, неловко улыбаясь.       - Как тебе?       Теперь очередь незнакомца впадать в оцепенение и выпадать из реальности на пару секунд одновременно. Он глаза широко раскрывает резкой смене настроя художника и только потом переводит полный растерянности взгляд на рисунок, который ему все же разрешили рассмотреть. На белом листе, ровными и красивыми карандашными штрихами, что где-то размазались из-за того, что Тэхен ребром ладони возил по шершавой поверхности, нарисован портрет. Его портрет. Незнакомец ожидал увидеть какие-нибудь пейзажи из окна их вагона, какие-нибудь цветочки вблизи или целое поле подсолнухов, либо же какое-нибудь животное, но никак не себя самого. Он изображен в профиль, в этом самом вагоне, одетый в свой, похоже, свитер, в котором он был в первую пятницу их встречи. Нарисованный юноша смотрит в большое окно, за стеклом которого, сменяются времена года. От лета к осени, от осени к зиме, от зимы к весне. На губах легкая улыбка и глаза широко раскрыты, будто впечатленный непогоде по ту сторону поезда. В руках он кружку держит, из которой, дымок выходит, а рядом стоит неизменный рюкзак с торчащим из кармана плюшевым кроликом.       Парень смотрит на рисунок долго и почти не дышит. Тэхен переживать начинает, что ему не понравилось, а сейчас, он просто думает, что бы такого сказать Тэхену. Да и вообще, это странно. С какого перепугу незнакомому пареньку рисовать другого незнакомого парня? Молчание Кима под дых бьет с силой, он воздух тяжело через ноздри пропускает и выдыхает шумно ртом. А незнакомец, похоже, на шум обратил внимание, либо же нашел, что такого сказать, дабы не обидеть.       - Очень красиво. А я все гадал, что же ты там такое рисуешь, – по-детски радостно улыбается, будто ему конфетку дали, а не рисунок нарисовали. - Честно, ожидал увидеть там что угодно, но никак не себя…       Тэхен резко оживает от сказанных слов. Выпрямляется и шире улыбается, уже более увереннее, более радостнее и живее, чем до этого.       - Я рад, что тебе понравилось. Я бы подписал сзади кому это, но я твоего, к сожалению, имени не знаю, - честно выдает Ким, неловко почесывая собственный затылок и покрываясь легким румянцем, не особо понимая, почему у него такая реакция.       - Меня Чон Чонгук зовут. Подпиши, пожалуйста.       И Тэхен подписывает: «Чон Чонгуку, от Ким-художника-соседа-по-вагону -Тэхена.»       А после чувствует, как рядом места мало становится, голову поворачивает вбок и встречается с профилем Чонгука, что с нескрываемой заинтересованностью смотрит за тем, что там такое Тэхен на другой стороне рисунка начеркал. Ким смущенно охает и рефлекторно ближе к окну липнет.       - Тэхен, значит, - Чонгук голову поднимает и получает в ответ утвердительный кивок, примечая у себя в голове, что Ким Тэхен очень мило смущается контакта с ним, хотя на застенчивого человека абсолютно не похож. - Знаешь, Тэхен, по-моему, тут чего-то не хватает…       - Чего? – вмиг выражение лица меняет, губу нижнюю прикусывает и смотрит на свой рисунок в поисках недостающих деталей, но Чонгук ему и подумать не дает, тычет пальцем в пустое место на рисунке и говорит почти над самым ухом:       - Тебя. Ты же со мной мое место делишь, прелестный сосед.       И Ким Тэхен пропадает.

***

      Они начинают встречаться за пределами поезда. В обычные дни – в парках, кафе, скверах, каких-то особо укромных уютных местах, а в пятницу – в своем любимом вагоне, напротив друг друга, с чаем из термоса, что с любовью Джин-хеном заварен, разбросанными по сиденью карандашами и всевозможными книжками. Они разговаривают много и молчат тоже много. Смеются в компании друг друга и дарят теплые и счастливые взгляды. Узнают друг друга с новых сторон. Чонгук, оказывается, песни пишет, поет красиво и Тэхену посвящает некоторые свои произведения, когда как Тэхен в ответ рисует Чонгука, а иногда и себя вместе с ним по просьбе самого Чона. Каждая встреча, как отдельный праздник. Вагон уже, как родным домом ощущается и не важно, что каждый раз в этом доме все кардинально меняется. Постоянным остается Тэхен и Чонгук, что сидят в конце вагона. Люди в вагоне пропадают, когда к Тэхену через две остановки после его захода, присаживается Чонгук, по привычке спрашивая разрешения у Тэхена. Тот разрешает, всегда разрешал и будет разрешать.       А после Чонгук уже не спрашивает, просто садится. И не напротив Тэхена, а рядом. Позволяет парню откинуться на себя, ногу иной раз закинуть, руку обнять, голову уютно устроить на своем широком плече или на коленях, а после наблюдать, как Тэхен будет забавно и мило посапывать, убаюканный легкой качкой вагона и бархатным голосом Чонгука, что рассказывал о своем обычном дне в университете. И в этот раз так было. Чон Кима по голове гладит и книгу свою любимую открывает, которую, оказывается и Тэхен любит. Ту самую, которую он читал в первую их встречу. Он отвлекается на каждое движение Тэхена, проверяя, удобно ли ему или не сполз он, а после просто долго смотрит и пряди с лица убирает, любуясь красивым юношеским лицом.       За окном снова дождь барабанет по стеклу, а большие капли разбиваются на маленькие, скатываясь после вниз по вертикальной поверхности. Чонгук взгляд переводит на звук. Думая, что хотел бы ветром стать, чтобы ему дождь капал прямо на лицо. А потом думает, что хотел бы вместе с Тэхеном в небо воспарить, как в сказках рассказывают.       - Ты согласился бы со мной изучить весь мир по ту сторону окна? – шепотом спрашивает в пустоту, но в черепной коробке адресуя это Тэхену.       - Если обещаешь, что будешь со мной целую вечность рядом, то согласился бы, - шепотом отвечает Тэхен.       И теперь Чон Чонгук пропадает.