Не вечно

Дождь хлещет беспрерывным потоком, образуя на полуразрушенном асфальте огромные лужи, которые девушка с поразительной грацией огибает даже на каблуках. Изабелла идёт под зонтом, её вьющиеся каштановые локоны подпрыгивают в такт торопливым шагам — никто не должен видеть её здесь. Она не запахивает ворот пальто, чтобы спрятаться от морозного октябрьского ветра, её кожа намного холоднее его. Она чуть щурится — скорее, по старой привычке — смотря вдаль, выискивая идеальным зрением нужное здание — двухэтажное, с потрескавшейся тёмно-зелёной краской и разбитой неоновой вывеской. Оно теряется на фоне десятков таких же неприметных домиков — старых, потрепанных безжалостным временем, забытых. На душе скребутся кошки, когда с каждым шагом здание становится всё ближе и ближе. Она была уверена, что провести вечность, храня былые любовь, уважение, честность и верность — так же легко, как дышать. Она сохранила всё. Кроме любви. И честности. Когда новая она первый раз посмотрела на своего мужа, то впервые за долгое время почувствовала уверенность в завтрашнем дне. Тогда не было ни толики сомнения, что так не продлится вечно. Были лишь всепоглощающая любовь, каждый день обжигающая грудную клетку, и счастье, которым она задыхалась, от которого порой дышать было невозможно — настолько сильным оно было. Вечность. Как романтично звучит это слово. Но бывают вещи, несовместимые друг с другом, поэтому с их стороны было смелым решением смешать их, но, увы, провальным. Они как лёд и пламя — со временем одно уничтожает другое. Бессмертие выжгло из её души то светлое и нежное чувство, оставив в груди кусок камня. Спустя десятки лет она взглянула в золотистые глаза и поняла, что это конец. Глубоко в душе засела горечь, будто кислота, разъедающая внутренности. И отчаяние, когда она натыкалась на всё тот же ласковый взгляд некогда горячо любимого мужчины. Она не могла поверить, что она стала единственной, кто нарушил клятву любить вечность. Было тяжело смириться с таким исходом. «Просто так бывает», — теперь часто думает она, перекатывая между пальцами обручальное кольцо. Так случается. Сделав глубокий вдох, она толкает незапертую металлическую дверь и в напряжённо застывшей тишине, стыдливо опустив глаза в пол и нервно стиснув ручку уже закрытого зонта, тихо шепчет, зная, что её наверняка услышат: — Мне нужно исчезнуть.