Малыш

      - Может предупредим мать парня? - предложил Люциус.       - Я говорил с ним. Он просил этого не делать. Нотт уже совершеннолетний, потому возьмём с него непреложный обет.       - Я бы сдал его родителям.       - Которые тут же побегут к матери Деррека договариваться о помолвке?       - Я не думаю, что она согласится на подобное против его воли.       - Нотт сделает такое предложение, что её и совесть мучать не станет. Я построю обет так, чтобы требовалось искреннее согласие Перегрина.       - Почему ты так обо всех печешься? Даже этому озабоченному домогателю оставляешь лазейку.       - Они дети, Люци. И это не лазейка. Это шанс.       - Сев, я..       - Замолчи!       - Прости, - Люциус положил свою ладонь на плечо зельевара и в самое ухо прошептал. - Потерпи ещё чуть-чуть.       - Чем ближе и реалистичней этот день, тем сложнее держать себя в руках. Ещё несколько месяцев назад я бы просто предупредил Нотта, что все действия имеют последствия, отпустил бы восвояси и сообщил его отцу.       - Так сделал Дамблдор?       - Салахгорн. Дамблдор вмешался бы.       - Ты ведь мне так и не рассказал, что тогда было.       - То же, что и сейчас. Я видел свой страх в глазах этого подростка. Он не заслужил его.       - И ты не заслужил, Северус.       - Я не боюсь. Давно уже не боюсь.       Северус произнёс это так, будто это его не заботит вовсе, и, если бы Люциус не знал его много лет, то обязательно поверил бы. Но Малфой был единственным, кто знал зельевара. Знал и понимал без слов. Возможно даже лучше, чем сам Северус.       - Ты расскажешь мне когда-нибудь?       - Да.       Малфой, морщась от боли, крепко обнял Северуса. В этих объятьях Снейп чувствал себя абсолютно неуязвимим и необычайно сильным, но не позволил другу их продлить. Спустя пару секунд он оттолкнул блондина.       - Востанавливающее с обезболивающие эффектом, - достал он из кармана пузырёк.       - Не хочу.       - Не геройствуй, а пей.       Люциус улыбнулся, глядя в чёрные глаза, искрящиеся заботой, и опустошил фиал.

***

      По мнению многих студентов, экзамены начались слишком рано. Гарри считал себя абсолютно не подготовненным к ним. Он был уверен, что провалит чары, потому что с Люциусом они стали заниматься очень редко: часа полтора в неделю отрабатывали заклинания. Лекции отец вообще больше не читал, а все потому что был слишком занят. Нужно было следить за допросами на суде (у Люциуса, как у лорда было место в судебной коллегии), который постоянно растягивался в виду открытия новых обстоятельств, а все время, проводимое в школе он тратил на проверки и собрания членов совета попечителей. Виделась немногочисленная семья на пятиминутках перед ужином в кабинете декана.       - Драко, я не смогу, - признался Гарри за завтраком в день экзамена по Чарам.       - С таким настроем - не сможешь, - подтвердил блондин. - Ты уже несколько месяцев занимаешься медитацией, тренируешься с отцом. Он ведь не на пустом месте расхваливает твои успехи.       - В чем дело, малыши? Волнуетесь? - Деррек просто светился, излучая радость и счастье.       - Да.       - Нет. Это Гарри. Он боится провалить Чары.       - Поттер, ты в курсе, что сегодня лучший день в моей жизни? - как-то подозрительно спросил Пэрри, наклоняясь к первркурснику. - Если ты испортишь его своей истерикой, неудом и последующей за ним истерикой... - староста выдержал большую паузу, а затем громко рыкнул: - Я тебя съем!       Смех Деррека зазвенел на весь Большой зал. Студенты оборачивались на него, крутили пальцем у виска, пока слизеринский староста обходил стол, чтобы сесть рядом с Маркусом.       - Она разрешила мне ей писать! - улыбаясь от уха до уха поделился он с другом.       - А кто-то захлебывается от ревности, - заметил Маркус, поддерживающие хлопнув друга по плечу. - Я рад за тебя, дружище!       - А как я рад!       Маркус улыбнулся и продолжил завтрак. Он был искренне рад за друга, который месяц назад избавился от домогательств навязчивого поклонника, а теперь ещё и получил аванс от возлюбленной. В том, что это девушка, Флинт ни разу не сомневался.

***

      Гарри не хватило пары баллов за практику, чтобы получить высшую оценку за чары, остальные предметы он сдал на "превосходно". Драко немного испортил зелье, за что получил "выше ожидаемого". В целом же, мальчики были довольны своими результатами. Им осталось провести последнюю ночь в Хогвартсе, а утром их будет ждать "Хогвартс-экспресс". Встречать братьев в Лондоне будет тётя Петуния и чета Флинт, о чем Люциус предупредил их заранее. На завтра было назначено последнее слушанье по пересмотру дела Сириуса Блэка.       - Ты не думал, как твой крестный воспримет то, что ты теперь мой брат?       - Я плохо его знаю, Драко. Но думаю, он поймёт. Ведь это не Люциус сделал, а я.       - Да брось, если бы отец не хотел, то ничего бы не вышло. Магия так не работает.       - Но и я не хотел, что б так вышло. Нет. Не так. Я вообще не знал, что так можно. Мне так сложно все это понять. Магия... Она мне нравится, но я не понимаю её.       - Мы с отцом поможем, - заверил Драко и перевёл взгляд на спящего в обнимку с Мерлином Блейза. - Тебе не кажется, что он какой-то грустный в последнее время?       - Он в принципе грустный. Но ты прав, теперь это стало заметнее. Думаю это потому, что он сильно привязался к Мерлину. Может оставить пса ему?       - Ага. Ты помнишь, как он говорил, что мать запрещает ему заводить питомцев?       - Может у нас получится её уговорить?       - Мы можем попробовать. Давай спать, братишка.       Драко похлопал Гарри по плечу и, пожелав спокойной ночи, забрался к себе в кровать. Поттер как обычно пошёл в ванну. После прохладного душа ему лучше спалось. Задернутый полог кровати по возвращению его больше не пугал и даже не удивлял. Он спокойно забрался на кровать, а Маркус привычно укутал его одеялом.       - Доброй ночи, малыш.       - Спасибо, Маркс. Я давно хотел спросить, можно?       - Спрашивай.       - Почему ты заботишься обо мне?       Этого вопроса Маркус больше всего ожидал, но боялся. Говорить правду было страшно и опасно, а лгать он не собирался. Любая, даже совсем не значительная ложь разрушает доверие. Маркус немного промедлил с ответом.       - Потому что ты нуждаешься в заботе, малыш.       - Я здоров, уже давно не младенец, не такой уж и маленький.       - Я не это имел в виду, малыш. Прости.       - Я не малыш! - вскочил с кровати мальчик.       - Гарри, пожалуйста, - Маркус обошёл кровать, чтобы быть как можно ближе к мальчишке и присел на корточки. - Выслушай меня. Я не знаю, как объяснить тебе это. Ты для меня очень много значишь. Мне спокойно, когда я знаю, что у тебя все в порядке. Мне хорошо когда ты рядом. А ещё я очень сильно беспокоюсь за тебя. Я согласен, что ты уже не совсем ребёнок, но ты такой невинный, доверчивый... А ещё, твоё сердце... Оно чистое, светлое и доброе. Ты смотришь на мир своими огромными детскими, но такими понимающими глазами. Мне кажется ты готов понять, обнять и обогреть весь мир. Многие желают воспользоваться твоей добротой, добиться твоей дружбы, чтобы воспользоваться, а я... Гарри, я не хочу, чтобы тобой пользовались. В мире столько людей, добивающихся своих целей с помощью таких как ты. Они выжимают до последней капли и выбрасывают, как мусор. Ты не достоин этого. Тебя пророчат в герои. Ты Избранный, и прочая ересь... Но мы сами вершим свои судьбы. Мы не должны играть навязанные роли, мы не должны жить по чужим сценариям. Гарри, я сделаю чтобы ты был свободен в своём выборе, чтобы никто не мог тебя заставить делать то, чего ты не хочешь.       - Не такой уж я наивный и доверчивый, но... - буркнул Гарри, но вид Маркуса и сказанное его растрогали. - Спасибо, - прошептал он и обнял Флинта.       Маркус прижал к себе самое драгоценное существо на свете. Он не верил, что этот малыш может быть обычным человеком. Маркус подхватил Гарри на руки и усадил на кровать.       - Не нужно стоять босиком на холодном полу, - мягко пояснил он. Гарри только хихикнул. - Возможно я причиняю тебе неудобство своей заботой, перегибаю палку или попросту лезу не в свое дело, но по другому я не могу. Ты только скажи, я не стану делать ничего против твоей воли. Я..       - Маркс, я ведь просто спросил почему. Разве я сказал, что меня это не устраивает? Я хотел узнать мотивы твоих поступков. Так почему ты хочешь меня уберечь от всего вышесказанного?       - Змееныш, - беззлобно почти прорычал Флинт и как-то грустно улыбнулся. - Потому что привязался к тебе.       - Хм... А ты знаешь, что мне очень хорошо рядом с тобой? - Гарри не смотрел на Флинта, поэтому не видел затывшего изумление на его лице. - Мой кузен, Дадли, всегда был рядом, поэтому я чувствовал себя защищённым. Он отбивал у всех охоту меня дразнить, обижать и все остальное. Так вот, когда рядом со мной ты, то у меня возникает похожее чувство. Только гораздо сильнее.       - Ты ж мой хороший, - прошептал Маркус притягивая его в свои медвежьи объятья.       - Побудешь со мной немного? - спросил Гарри, когда юноша отстранился.       - Столько, сколько попросишь, Гарри.       - Зови меня "малыш". Мне нравится.

***

      Альбус Дамблдор сидел в своём кабинете и думал о том, как избавиться от попечителей и их законников, которые с упорством баранов рылись во всех документах и личных делах за последние полвека. Он знал, что они копали под него, хотели найти то самое, что помогло бы им отправить его, Альбуса Дамблдора, в отставку.       - У них нет шансов, Фоукс, - погладил он феникса. - Я никогда не оставлял следов. Может и найдётся что на пару взысканий, но этого недостаточно, чтобы лишить меня этого места. А вот Визенгамот я могу потерять. Сириус уже наболтал кучу лишнего. Но ничего, Фоукс, у меня есть ещё преданные мне люди. И их достаточно, чтобы исполнить пророчество, - феникс чирикнул. - Что такое, мой мальчик. Хочешь полетать? Да! Может навестишь моего старого друга? Передашь ему весточку? - феникс чирикнул ещё раз. - Подожди, птенчик. Я только напишу пару строк. Поешь пока. Тебе придётся долго лететь.