Пленница

Хогвартс. - Здравствуйте, профессор. – В камине в зеленом пламени летучего пороха появился Драко. - Мистер Малфой, добро пожаловать, - Снегг выдавил из себя измученную улыбку. Я вышла из тени в углу кабинета под неяркий свет лампы. Легкая мальчишеская улыбка появилась на губах слизеринца, мгновенно сменившись привычной ухмылочкой. - Я могу идти? – Малфой смотрел на Северуса. - Да, да… конечно… - рассеянно отозвался профессор зельеварения и вновь погрузился в чтение свитка. Драко направился на выход, поманив меня идти с ним. Стоило нам покинуть кабинет декана факультета Слизерин, как он, схватив меня за запястье, почти бегом направился к выходу из подземелий, очевидно, спеша попасть в выручай – комнату. - Что случилось?! – Обреченно взвыла я, тащась за ним как за буксиром. Ноги, отвыкшие от каких-либо физических нагрузок, нещадно ныли. - Подожди, не здесь, - отмахнулся слизеринец. Он даже не запыхался, завистливо заметила я. Минут через пять я силилась отдышаться, сидя на полу в выручай – комнате. Драко сидел в кресле, разглядывая крошечный предмет, выложенный им на стол из кармана мантии. - Энгоргио! – Взмах палочки. Предмет быстро увеличивался, принимая очертания огромной книги, и слизеринец немедля начал пролистывать страницы древнего фолианта. Я подошла ближе и, любопытствуя, приподняла титульные листы, внимательно вглядываясь в обложку. На темно-коричневой коже, местами протертой, местами в почти черных пятнах от старения, хоть и с трудом, но еще возможно было прочитать название: «История становления и падения монархии вейл». Я удивленно уставилась на Малфоя, он, заметив мое изумление, поспешил ответить: - Первые упоминания о тебе я нашел в «Семейных хрониках Малфоев». Мой далекий пращур писал о вейле из замка Хогвартс. – Он хитро посмотрел на меня. – Кстати, почему ты не упомянула, что была знакома с моим прапрадедом? - Не считала важным, он меня не мог ни видеть, ни слышать. – Я пожала плечами. Его взгляд стал задумчивым, но он быстро продолжил: - Во время нашего разговора я вспомнил о том, что давно не давало мне покоя: еще пару-тройку веков назад вейлы с трудом удерживали облик человека и использовали любой повод, чтобы вернуться к истинному. – Он внимательно смотрел на меня. – В этом случае возникает вопрос: Как тебя вообще приняли в школу? Но, по твоим словам, ты никогда не испытывала трудностей с человеческим обликом, а это навело меня на одну, очень интересную мысль. Он вернул свое внимание книге, продолжив лихорадочно ее листать. Я терпеливо ждала. Наконец, он замер, напряженно вчитываясь, улыбнулся, посмотрел на меня и стал зачитывать вслух: - «Долгое время негласными монархами общин вейл считался древнейший род Де Харпие, который обосновался во Франции…» - Драко замолчал, продолжая читать. - Что там? – нетерпеливо заерзала я. - Подожди, здесь многое не представляет для нас интереса, - он пролистнул страничку и продолжил чтение. Несколько минут прошли в напряженном молчании. - «Во время последней войны кланов (ок. 1020 – 1023 гг.) род Де Харпие был полностью уничтожен. Существуют предположения, что юная наследница – Зое Де Харпие, спаслась, так как среди погибших ее не было. Однако подтверждений этому факту не найдено. Последняя из рода Де Харпие – Зое, считается пропавшей безвести». Вот оно! – Победно закончил он. – Только представитель древнего рода мог контролировать птице - форму! Под главой было напечатано фото молодой девушки. Я с удивлением рассматривала свою копию на фотоснимке почти тысячелетней давности. Драко. Хогвартс неуверенно протянула руку к фотоснимку и провела дрожащими пальцами по волосам вейлы на портрете. Девушка, сидящая на резном стульчике, недовольно поморщилась и закинула ногу на ногу. Черный кот, спящий на мягком пуфике, лениво зевнул и, устроившись удобнее, моментально уснул. Пальчики Хогвартс дрогнули, и девушка сломанной куклой рухнула мне на колени. - Хогвартс? Хогвартс?! Эй, ты чего?! – Вейла не отзывалась, у меня начиналась паника. Я осторожно поднял ее на руки, отнес на кровать и побежал к Дамблдору. Она меня до смерти напугала: и так бледное лицо превратилось в посмертную маску, черты лица хищно заострились. И, кажется, холоднее ее кожа еще не бывала, я будто прикасался к айсбергу. Хогвартс. Я медленно просыпалась под тихий обволакивающий голос: - Дамблдор сказал, что ничего страшного не происходит, что ты просто вспоминаешь… - дрожащая рука, не теплее моей, легонько коснулась моего лба, убирая мешающие волосы. «Он волнуется, надо что-то сказать» - в голове, словно налитой свинцом, всплыла одинокая мысль. - Драко… - тихий хрип, казалось, до крови оцарапал горло. - Тшш, тише. Тебе пока нельзя говорить. Я позову профессора Дамблдора, а ты полежи. – Он легонько пожал мою ладошку и вышел. А я снова провалилась в спасительную темноту, где не болела голова, которую словно медленно взрывали, и не саднило ободранное горло. *** - Хогвартс, девочка моя… - Дамблдор, тихонечко приговаривая, вливал мне в рот зелье, благодаря которому перестало саднить горло, и отпустила боль, стальными прутьями окольцовывавшая голову и давившая на виски. Я открыла глаза и встретилась с обеспокоенным взглядом голубых глаз. - Альбус, что это было? – потрясенно спросила я. Перед глазами крутился водоворот из ярких картинок – воспоминаний. От начавшегося головокружения пришлось на время закрыть глаза, проморгаться, отгоняя видения, и постараться сосредоточиться на происходящем. Директор несмело улыбнулся: - Больно, да? Это Драко случайно вскрыл печать забвения Кандиды Когтевран, активированную замком. - Прости, - голос полный раскаяния звучал совсем рядом. Драко сидел на кровати у меня в ногах. Я осторожно улыбнулась, боясь малейшим движением вернуть головную боль. - Что ты помнишь? - Имя, родных… - я на мгновение замолчала и прикрыла глаза, - Альбус, это я их предала. Из-за меня они все погибли. Я нервно комкала дрожащими руками одеяло. - Тише – тише, моя девочка, - Дамблдор успокаивающе потрепал меня по волосам. – Это было давно, теперь ты другая. Я удрученно молчала. - Зато теперь мы знаем, когда у тебя день рождения, - попытался поднять мне настроение Драко. Я решила ему подыграть, чтобы успокоить, и лукаво взглянула на слизеринца, усиленно делавшего вид, что ничего не произошло. - И когда же он? - 20 апреля 1010 года… - он округлил глаза, - Это значит…. Ты старше меня на 970 лет! – В притворном ужасе закрыл лицо руками. Я, не выдержав, рассмеялась. - Я, пожалуй, пойду. Дела. – Вздохнул директор и направился к выходу. - Спасибо, – с благодарностью сказала я. Альбус улыбнулся мне, из-за очков-половинок блеснули печалью глаза: - Ученики не должны потерять еще и тебя, – он закрыл за собой дверь. Стоило стихнуть хлопку, как Драко развил бурную деятельность: - Так, тебе надо все это скушать, - он перевернул мне на колени пакет, из которого посыпались всякие пирожные, конфеты и мини - тортики. - Эй! Я не смогу все это съесть! Мне понадобится неделя! Откуда столько? – Я шокировано рассматривала гору сладостей. - Ну, Дамблдор сказал, что для восстановления тебе больше всего подходит сладкое,.. и я написал маме… - уже не так уверенно закончил смущенный слизеринец. Я счастливо рассмеялась, притягивая его ближе и сажая рядом: - Раз ты такой внимательный, помогай! Он обреченно оглядел гору, требующую съедения, и, тяжко вздохнув, потянулся к эклеру, развернул и подал мне: - Приятного аппетита! *** Утро для меня началось очень рано. Очень - очень рано! 4 утра, тихие шаги за дверью и невнятное бормотание. Я пихнула спящего слизеринца: - Драко, там кто-то есть! - Мм... там Кребб и Гойл... - он лениво поднялся. - Надо отправить их в спальню, я и забыл, что они здесь. - Он торопливо подошел к двери и, приоткрыв ее, выглянул. Сказав что-то сокурсникам, он вернулся обратно под теплое одеяло, блаженно потянулся, засыпая. - Драко, ты ничего не хочешь мне объяснить? Малфой недовольно приоткрыл глаза: - Они думают, что я в выручай - комнате планирую выполнение задания Темного Лорда. Я нахмурилась: - А зачем вообще нужно было что-то им говорить? - А пояснить, где я пропадаю круглые сутки? - Так ты сидел со мной все это время? У моей постели? – Я лукаво улыбнулась. - Угу, - он перевернулся, нависая надо мной, - Почти два месяца, - ехидная улыбка. - Что?!! - меня моментально накрыла истерика. - Как два месяца?!! - А вот так, - спокойно продолжил эта ехидна, склоняясь ниже, - Сейчас начало марта. Я застыла, стараясь даже дышать через раз, а в голове пойманной птицей металась мысль: "Он меня сейчас поцелует!" - Много я пропустила? - С горем пополам удалось взять себя в руки. Слизеринец усмехнулся и откатился в сторону, ложась рядом. - У нас начались уроки трансгрессии, а Уизли... - он буквально выплюнул это имя, - траванулся. Я молча сорвалась с места, в срочном порядке убирая волосы в пучок. Мышцы отозвались на резкое движение ноющей болью. Такое чувство, что меня круциатусом мучили, причем минут сорок. - Ты куда? Тебе лежать надо! - Драко схватил меня за руку как раз, когда я собиралась скользнуть в пол. - Нужно убрать яд или постараться нейтрализовать большую его часть, - я твердо смотрела на слизеринца. - Ты сама еле на ногах стоишь, а рвешься спасать этого рыжего Уизли! - Он был возмущен. - Драко, я обязана это сделать, - мягко улыбнулась расстроившемуся парню. - Через часик вернусь. Я легко высвободила свою руку из захвата его пальцев и скользнула в пол, желая как можно быстрее оказаться в больничном крыле. Уизли - младший был ужасно бледен, из-за чего рыжие пряди волос особенно ярко выделялись. Дыхание неровное, кажется, его мучили боли: он метался по кровати и неразборчиво бормотал. Я склонилась над мальчишкой, принюхиваясь к его дыханию, в попытке понять, что за яд был использован. Растительный. Легко улавливались мускусные тона - добавили в вино. Яд и алкоголь. Сочетание для мгновенной смерти. Я медленно водила над телом мальчишки руками, стараясь уловить малейшие повреждения. Слава Мерлину, их не так много, мадам Помфри отлично постаралась. Я аккуратно села на стул возле кровати и маленькими порциями стала вливать в него свою магию, каждый раз, внимательно наблюдая за реакцией. *** Наконец, мои действия обрели результат: все серьезные повреждения я залечила, а с остальным его организм справится сам. Я облегченно выдохнула и поплелась к ближайшей кровати, скрытой за ширмой. "До выручай - комнаты не доползу", - простонала я, плюхаясь на постель и обнимая подушку. Связных мыслей в голове не наблюдалось, поэтому я с чистой совестью отправилась в царство Морфея. Драко. Означенный ею час уже прошел, и я потихоньку начинал волноваться. Полтора часа. Нет! Она невыносима! Я накинул на плечи мантию и отправился в больничное крыло. *** Рыжий Уизли дрых на больничной койке, развалившись в нелепой позе, похрапывая и, время от времени, что-то бессвязно лопоча. Девушки рядом не наблюдалось. Я пошел вдоль кроватей, заглядывая за ширмы, догадываясь, что найду ее за одной из них. Отдернув очередную штору, увидел Хогвартс. Она спала на животе, вытянувшись на кровати и мило обнимая подушку. Волосы мягкой волной спадали на лицо, контрастом выявляя темные круги под глазами. Шпильки валялись на тумбочке возле кровати. - Хогвартс, - я негромко позвал девушку, отводя пряди волос с лица, одна из которых пощекотала нос. Спящая смешно поморщилась, звонко чихнула, недовольно скользнув рукой по потревоженному органу обоняния, и перевернулась, так и не проснувшись. Я улыбнулся и уже через несколько секунд легко транспортировал девушку по воздуху в комнату. *** Хогвартс спала на кровати, с головой укутавшись в одеяло. Я сидел в кресле, уже в который раз разглядывая книгу, в которой нашел сведения о родословной вейлы. Зое. Исходя из услышанного вчера, могу сказать, что она была той еще тварью. Была. Возможно, именно из-за характера Кандиде Когтевран и пришлось запечатать ей память. В любом случае от Зое мало что осталось. Лишь внешность, а в остальном она и Хогвартс разные люди. Я посмотрел на девушку, встал и направился к кровати, аккуратно убрал одеяло и вгляделся в лицо спящей. Она, безмятежно улыбаясь, зашевелилась и, вытащив руку, коснулась моей ладони, переплетая пальцы. Довольно улыбнулась и, крепко стиснув руку, уснула, так и не отпустив меня. *** Хогвартс. Проснулась я ближе к вечеру, на улице сгущались сумерки. Мрачные тучи лениво ползли по небу, орошая землю мелкой противной моросью дождя. Я потянулась и, выцепив с кухни кружку горячего какао с молоком, взяла напиток с близстоящей тумбочки, удобнее устраиваясь под одеялом, и стала пить мелкими глотками. Дверь тихонько открылась, и, стоящий в проходе Драко, мрачно посмотрел на меня: - Что же ты не бежишь спасать своего Золотого мальчика? – С издевкой спросил он. Я невольно поморщилась, не было никакого желания идти к чересчур эмоциональному подростку, дабы не испытывать снова неприятное чувство «дырявого ведра», тонущего в темноте колодца в мерзкой, затхлой воде. - И куда он на этот раз вляпался? – спросила я без особого энтузиазма. - Словил головой бладжер, - усмехнулся слизеринец. – Можешь не волноваться, - добавил он, видя мое нежелание наведываться в больничное крыло. – Его и Уизли утром уже выпишут. Ты неплохо постаралась, помогая нищеброду. – В каждом его слове скользило недовольство. Я пожала плечами, не желая вступать в перепалку или давать повод начать скандал, вновь вернув свое внимание уже остывающему какао. Драко подошел ближе и сел на кровать: - Прости, - он взял меня за руку, - просто мне неприятно, когда ты вынуждена помогать таким… Каким – мне предстояло додумать самой, смотря на его презрительно сморщенный носик. Я начинала злиться: - Драко, для меня все вы, прежде всего ученики. – Поставила чашку с остывающим какао на стол. Глаза слизеринца блеснули плохо сдержанным недовольством. Я окончательно взбесилась: - И дети! Да, Драко! Дети! И ты не исключение! – Я вырвала руку, которую он держал, и продолжила, - твои претензии меня удивляют! То, что ты меня видишь, еще не значит, что ты особенный! Это лишь доказывает, что ты очень внимательный, наблюдательный и не обделен умом!!! – Я попыталась вскочить с кровати, но Драко схватил меня за запястье и резко дернул назад, опрокидывая на постель. Он навис сверху, левой рукой вжимая мою руку в подушку, а ладонь второй положил на шею, не сдавливая, но и не позволяя убрать. Я схватила его за запястье, не пытаясь освободиться, а больше от испуга. - Дети? Я – ребенок? – Зло прошипел он и впился в мои губы жестким поцелуем, я могла лишь недовольно мычать. У меня слабо выходило трепыхаться, придавленная, я могла лишь бесполезно стучать ему по спине. Драко прекратил поцелуй, отодвинулся от меня и отпустил шею: - Дети делают так? – Ухмыльнулся, приподнимаясь, и рванул ворот рубашки, оголяя мою грудь. Пуговицы рассыпались по кровати, а я потрясенно молчала. Он завел мои руки чуть выше головы, сжимая их левой рукой и вдавливая в постель, правой он распахнул рубашку, наклонился и прикусил кожу у ключицы: - Дети занимаются этим? – Нежный шепот около уха, дыхание шевелит пряди волос. Оцепенение, сковывавшее мое тело, отпустило. Происходящая сцена до жути напоминала маггловский романчик, я расхохоталась. Драко, выпрямившись, уселся мне на бедра и ошарашено уставился на меня. Пресс болел, мышцы щек уже сводило от перенапряжения, а я не была способна остановиться. Слизеринец удивленно смотрел на меня и молчал. Я села, обхватив руками живот: - Ой, блин… ухажер… Ахахаха!!! Ой, не могу… - согнувшись, уткнулась лбом ему в грудь. Щеки Серебряного Принца заалели, и он рванулся с дивана, я еле успела схватить рукав мантии, не давая парню сбежать. - Куда собрался? Драко смущенно молчал, сидя на кровати спиной ко мне. Я подползла ближе к нему, усевшись на колени и облокотившись на него сзади, обняла, положив руки на плечи и зарывшись лицом в светлые пряди: - Ну, что ты? У тебя почти получилось… - хихикая, «утешила» я парня. Он возмущенно дернулся в сторону, и я повалилась на кровать: - Прости, - я вновь ухватилась за его мантию. – Я больше не буду… - смех сдерживался очень плохо. Слизеринец, наконец, посмотрел на меня и, увидев надутые в попытке сдержать смех щеки, сам расхохотался. - Я дурак… - сквозь смех выдавил он. - И-и-диот, - подтвердила я, в очередном приступе смеха, села и положила голову ему на плечо. - Ага… - Драко обнял меня. – Еще какой, – окончательно успокоился и провел рукой по моей спине. Драко. Хогвартс, изнеможенная смехом, задремала, все еще улыбаясь. Я уложил ее и укрыл одеялом, слез с кровати и направился к стенному бару, решив «ограбить» вейлу на сто грамм коньяка. «Или на полный бокал», - решил я, доливая. Усевшись в кресло, потягивал прохладный напиток и раздумывал над произошедшим. Почему меня так задели ее слова?.. Ведь, это правда. Я же сам посчитал, что разница в возрасте у нас почти тысяча лет. Поставил бокал на стол и сдавил ладонями виски. Один вывод напрашивался сам собой – она мне нравится, поэтому и не хочется, чтобы эта девчонка считала меня ребенком. Я тяжко вздохнул и, отставив бокал с недопитым коньяком, поплелся в гостиную Слизерин. Не уверен, что не буду чувствовать себя неуютно, когда проснется вейла. Я теперь вообще ни в чем не уверен… и менее всего в собственном самоконтроле… Не раздеваясь, залез под одеяло и тяжко вздохнул, погружаясь в сон. Хогвартс. Когда я проснулась, Драко отсутствовал, а за окном было позднее утро. Тихие шаги раздавались за дверью комнаты. Понимая, что это не Малфой, и не Кребб с Гойлом, им без него вообще нет смысла здесь находиться, я закрыла глаза и сосредоточилась на эмоциях гостя.. Нетерпение, любопытство и торжество быстро сменились опустошением и недовольством. Гарри Поттер, только его эмоциональный фон силен настолько, что малейшее волнение сшибает меня с ног. Мальчишка пытается попасть в комнату, видимо, желая узнать, чем здесь занимается Драко. Я усмехнулась и улеглась удобнее. Угасший, было, энтузиазм Золотого мальчика вернулся, и шаги возобновились, но, потерпев очередное фиаско, парень разозлился. Я тяжко вздохнула, слезла с постели, выпутавшись из одеяла, и скользнула в дверь, желая понаблюдать за мучениями Поттера. Я успела к моменту, когда он, завершив ритуал хождения перед комнатой, сильнее зажмурился и несмело открыл глаза. Двери не было. Гриффиндорец выругался, спугнув стайку первокурсников. Еще около часа он ходил туда – сюда перед комнатой словно маятник. Но дверь либо не появлялась, либо открывала что-либо ненужное. Разочарованный и злой, Гарри отправился на занятия, поняв: чтобы задать правильный вопрос, нужно знать хоть часть ответа. Я усмехнулась и ушла проверять установленные на замке заклинания. *** Голова гудела от проделанной работы, но я была довольна, предвкушая хороший отдых, и шествовала мимо закрытого туалета для девочек, силясь уловить местонахождение директора, когда услышала тихий голос Плаксы Миртл. Подошла ближе, вслушиваясь, но вскоре поняла, что это очередной ничего не значащий разговор. Рон и Поттер наверняка что-то задумали, но с ними пусть разбирается директор. За такими размышлениями, я добралась до выручай – комнаты. Вечером Драко не пришел. *** Солнечный луч заставил зажмуриться. Я села и огляделась. Слизеринец не появлялся уже неделю. Было немного обидно. Я вылезла из постели и подошла к окну. День выдался солнечным, ярко светило солнце, студенты направлялись на прогулку в Хогсмид. Я решила дождаться их ухода и тоже выйти погреться. Гремучая ива встретила меня шелестом только-только начавших распускаться листиков. Я подошла к дереву: - Девочка моя… - нежный шепот унесло ветром. Ветки резко метнулись ко мне, хлестко ударив по щеке, оставляя небольшой некровоточащий порез. - Прости, - повинилась я. – Много всего случилось… - я тяжело вздохнула. Ива аккуратно обвила меня прутиками и подняла, посадив на ветку. Немногочисленные студенты недоуменно посмотрели на странное дерево, а я прижалась к стволу, жалуясь, рассказывая последние события. - Вот, как-то так… - закончила я свой монолог. – Каждый меня обидеть может, и потом все - равно одну оставят. Ива веточками ерошила мои и так запутанные волосы. Ныть не перехотелось, одиночество накатывало волнами, укрывая с головой. Директор долго не проживет, проклятие не сдержать. Драко… скоро каникулы, а за ними один учебный год. И… и все. Закончится учеба, и наше общение тоже прекратится. Я провела рукой по шершавому стволу и, спрыгнув, благо не высоко сидела, пошла к замку. Остаток дня и вечер я провела в кабинете директора, поглощая лимонные леденцы. Фоукс дремал в своей клетке. Так и не дождавшись Альбуса, скользнула в пол, направляясь в комнату. Чувство падения быстро сменилось чем-то… твердым. Не этого я ожидала, рассчитывая местом приземления диван. Испуганный вскрик заставил меня вздрогнуть, я повернулась и встретилась взглядом с удивленным Драко. - Откуда ты… - недоговорил он. Я усмехнулась и ткнула пальцем в потолок. Слизеринец, проследив за пальцем, поднял взгляд, а затем вновь посмотрел на меня. - Как ты это делаешь? – Любопытство в нем зашкаливало. – Ты же не призрак, ты материальна… Я ухмыльнулась и все-таки слезла с его коленей, пересев на стоящее рядом кресло. - Стены-то тоже материальны, - я улыбнулась. – А я с ними одно целое. Драко непонимающе смотрел на меня. - Стены замка для меня то же, что для тебя кожа, они - моя видимая часть. Драко склонил голову к плечу, внимательно вслушиваясь в мои слова. - А то, что ты видишь перед собой, можно сказать, душа замка. - Скорее его пленница, - хихикнул он, но встретив мой возмущенный взгляд, постарался сделать серьезный вид. – Но это больше похоже на правду! Я поникла, без слов соглашаясь с его утверждением. - Не грусти, - он подошел и потрепал меня по волосам. – Раз смогли забрать в «плен», значит можно и освободить. Я недоверчиво посмотрела на веселящегося подростка. - Странно… - Драко ехидно ухмыльнулся. – Я читал, что девушки боятся мужских прикосновений после попытки… принуждения. – Вся его бравада моментально сдулась, и парень стыдливо опустил голову. - Интересуешься, почему я не шарахаюсь от тебя? Он кивнул, не поднимая взгляд. - Ты, верно сказал, после попытки принуждения боятся… - я сделала драматическую паузу. – Мужчин. Драко возмущенно посмотрел на меня, а я захохотала не в силах сдержаться. - Опять ты о своем! – Рыкнул он. Я подскочила с кресла и, обежав, спряталась за его спинкой: - Тише, успокойся. Я пошутила. – В шуточном жесте защиты вытянула руки перед собой. Драко моргнул раз – другой, захохотал, резко хватая меня за руку, и плюхнулся в кресло, притягивая и сажая себе на колени. - А если серьезно? – Отсмеявшись, спросил он. - Если серьезно, то я не вижу смысла из-за одного идиотского поступка кого-то бояться. Легче перевести все в шутку, ведь то, что смешно – не может пугать. - А как же клоуны – убийцы? – округлил глаза Драко. Я улыбнулась: - К тому же, ты меня не напугал, а просто ошарашил. Ты же знаешь, я люблю маггловские романы… - я дождалась кивка парня. – Ну вот, и повторение ситуации из них меня насмешило. Ты действовал как какой-то недоучка – соблазнитель… Слизеринец уткнулся носом мне в шею, щекоча дыханием и заставив меня поежиться. - Прости. - Не за что извиняться, – я растрепала ему волосы.- К тому же и я повела себя неправильно… Слизеринец непонимающе нахмурился. - Надо было кричать и плакать, а я рассмеялась… Я захихикала, а слизеринец, наконец, убедившись, что бегать от него по всему замку как от чумы не собираюсь, неуверенно улыбнулся. Мы оба замолчали, думая каждый о своем. Я отрешенно перебирала пальцами пряди платиновых волос Драко, прокручивая в голове наш с ним разговор. Что-то я упустила, но вспомнить, что именно, так и не получилось. Вздохнув, поднялась с колен Драко и, ухватив его за руку, потянула за собой. - Ты опять пьяна? – Шуточно перепугался он, узнав в конечной цели кровать. Я недовольно цыкнула: - Ты мне до конца обучения будешь припоминать тот вечер?! – Я развалилась на постели. - До конца жизни! – Довольно ухмыльнулся Драко, увлеченно спихивая меня на другой конец ложа. Меня озарила мысль: вот что не давало покоя в его словах! Я резко повернулась и нависла над слизеринцем: - Что ты имел в виду, когда говорил о спасении из плена? – Подозрительно уставилась я в ехидные серые глаза. - То и имел, - он заразительно улыбнулся. – Если есть обряд заточения, то должен быть и обратный обряд. - Не всегда… - я мягко улыбнулась, лишь слегка приподняв уголки губ. Он вопросительно приподнял бровь. - Авада Кедавра… - Но это разные вещи! Авада – смертельное проклятие! - В ходе обряда я должна была умереть. Драко потрясенно уставился на меня, тряхнул головой: - Ты же жива… - Угу. Спасибо Салазару! Слизеринец вконец обалдел: - Что? Как? Вздохнув, после минутного раздумья я откатилась от парня и, растянувшись рядом, начала рассказывать. - Вместе с теми сведениями, что я узнала с твоей помощью, все выглядит примерно так… - я закрыла глаза, полностью погружаясь в воспоминания. – После той резни, что устроила собственному клану, я вынуждена была бежать, чтобы не приведи Мерлин, не оказаться в лапах кого-либо из выживших. Скиталась около года, пока меня не нашла Кандида Когтевран. - Помолчала, собираясь с мыслями. - Я к тому времени почти одичала, лишь неимоверным усилием воли, смогла сдержаться и не растерзать нахалку, решившую, что ее помощь нужна вейле. Не растерзала, выслушала и… пошла с ней. – Я недовольно поморщилась. – Осенью поступила в школу, мне как раз исполнилось 11 лет. Я молчала, не зная как продолжить. В груди клокотала злость. Теплое прикосновение руки слизеринца к моей, легкое пожатие, позволили мне успокоиться. - На шестом году обучения, терпение Кандиды кончилось, она решила провести обряд как можно скорее. Слизерин узнал о ее планах. – Я довольно усмехнулась. – И, поскольку ненавидел всех троих, решил сделать небольшую гадость. Я легонько сжала ладонь парня, привлекая внимание, и, когда он повернулся ко мне, убрала волосы, показывая сережку в виде змеи: - Эта сережка была создана самим Салазаром Слизерином. Она позволила мне сохранить свою личность, не раствориться в замке. Драко потрясенно молчал, не глядя на меня, а продолжая разглядывать сережку. Я убрала руку, отпуская волосы, и длинные пряди занавесили украшение, заставляя парня очнуться от задумчивости. В тишине прошли минут двадцать, или меньше. Время молчания слизеринца растянулось для меня в часы. Наконец, он, что-то решив для себя и успокоившись, так же молча, схватил меня в охапку, сжимая в объятиях. *** Драко уснул, а я, аккуратно выпутавшись из кольца его рук, встала и подошла к окну. Села на подоконник, вглядываясь в темноту и невольно поежившись – туманный сумрак веял холодом сквозь щели в раме. В одинокой сторожке Хагрида у самого подножия Запретного леса горел свет, выдавая очертания устрашающей тени – тела Арагога. Царь арахнид скончался от старости, и Хагрид искренне оплакивал его смерть. Мурашки табуном пробежали от лопаток вниз по спине, вызвав дрожь. Я неплохо отношусь к таким видам живности, но только на расстоянии. Стоит же малейшему паучку или гусенице попасть на меня, и несчастное насекомое снесет звуковой волной. Спать вовсе не хотелось, и я решила скоротать время маггловским романчиком. И вот, когда Энтони уже добился «молчаливого согласия» Кассандры, и дело двигалось в сторону «большой кровати красного дерева с тяжелым бархатным балдахином», меня позвал Дамблдор… Ругаясь себе под нос, я отложила книгу и вылезла из уютного кресла, моментально уходя в пол. Альбус от удовольствия едва не потирал руки, так он обрадовался воспоминаниям Слизнорта, добытым Поттером. Я пристроилась в кильватер процессии, скользнув вслед за Гарри и директором в омут памяти. *** Эти воспоминания особой радости у меня не вызвали: « Подумать только: семь, нет, СЕМЬ! Крестражей. Неудивительно, что Том мало похож на человека». – Выслушивая долгую лекцию о крестражах, я старательно пыталась не уснуть. Дамблдор же изредка кидал на меня серьезные взгляды, без слов намекая, что я еще буду нужна здесь. Проводив Поттера, он отправил патронуса Снеггу. Зельевар пришел довольно быстро, словно ждал приглашения. Дальнейший разговор заставил мои волосы встать дыбом от ужаса: необходимость защищать ученика брала вверх над осознанием правильности. - Северус, Гарри – седьмой крестраж. Он должен умереть… в свое время. Волна гнева и недоумения едва не снесла меня с ног, когда Северус в полной мере оценил слова директора. Недоумение: ведь директор обещал защитить мальчика, отторжение – ведь, сколько бы ни огрызался, а к Гарри он по-своему привязан… злость, он сын Лили, он – все, что от нее осталось… В чем-то я его понимала, но Дамблдора мало кто может переубедить, вот и у зельевара не вышло. Так все разложил директор по полочкам, что Снегг лишь поник, принимая верность рассуждений профессора. Я не вмешивалась. *** После этого разговора настроение было препаршивым. Я бесцельно шаталась по школе. Ноги вкупе с мрачными мыслями привели меня в астрономическую башню. Тяжелые рассуждения не желали покидать мою голову, окончательно рассеивая легкую романтику предыдущего вечера.