Никогда...

Глава 10. Белые стены давили. Они медленно сжимались и давили на и так сгорбленные плечи. Сердце в груди не стучало, было лишь громкое тиканье часов. Слишком громкое. Тик-так, тик-так. Время не остановить и не повернуться вспять. Все останется так, как прежде. Машина собьет детей, и они в тяжелом состоянии попадут в больницу, и она так же будет сидеть и ждать, пока доктор не выйдет из реанимации. Тик-так, тик-так, тик... Хикари разбила раздражавшие ее часы и села обратно на жесткую скамейку. Легче не стало. Кроме стен, теперь еще давила и тишина. Женщина сжала руки в замок и сжала зубы. Нет, она не заплачет. Все будет хорошо, все обязательно будет хорошо. Она повторяла про себя эти слова, словно мантру, до тех пор, пока не вышел доктор. Хикари мгновенно вскочила и с надеждой посмотрела на уставшего и вымученного врача. Он моментально отвел взгляд. Нет... Нет. Нет! Не может этого быть!!! Она больше не знала, что ей делать. У нее отобрали все, что ее держало здесь. Весь мир теперь разрушился и лежал осколками у ее ног. - Потеря крови... Не было подходящего донора... Примите мои соболезнования... Речь доктора отрывками долетала до женщины. Из сломанной души вырвался крик агонии... *** Хикари резко вскочила с кровати и схватилась за голову: перед глазами сразу же заплясали разноцветные круги. Поборов приступ легкой тошноты, она огляделась и попыталась вспомнить, где она. "Австралия. Точно, я в "Оазисе". А где... Черт, дети!" Женщина резко встала и понеслась в сторону комнаты детей. Открыв соседнюю дверь, брюнетка почувствовала свое сердце где-то в районе пяток. Кровати были пусты. "Нет, нет, нет. Такого не может быть. Это был сон! Сон!" Хикари захлопнула дверь и, как метеор, спустилась на первый этаж и прибежала на кухню. Но и там детей не оказалось. Она ринулась искать по всем комнатам. Кладовая, туалеты, гостиная, спальни - все, она обшарила все и никого не нашла. Ни единой души в доме. Женщина обессиленно опустилась на стул в кухне и пустым взором уставилась на стену. Рука, лежавшая на столе, сжалась в кулак, сминая какую-то бумажку. Хикари посмотрела на клочок бумаги и осторожно развернулась его. "Доброе утро, Хикари! Мы с детьми уехали гулять. Мама уехала по делам. Прости, что не взяли тебя с собой, но мы решили дать тебе отдохнуть. Не волнуйся, приедем засветло." Далее следовала приписка ровным, аккуратным, но детским почерком. "PS. Люблю тебя, мамочка. И я." Бумажка выпала из ослабевших пальцев и упала на белый кафельный пол. Хикари уронила голову на стол, чувствуя, как сковывающее ее напряжение постепенно уходит, оставляя после себя вязкое чувство опустошенности. Но и оно долго не задержалось и уступило место неконтролируемой ярости. Кулак впечатался в ничем не повинный стол, оставляя на нем вмятину, от которой по темному дереву расползались причудливые трещинки. "Он не имел никакого права забирать МОИХ детей без МОЕГО разрешения! - думала Хикари, в бессознательном порыве круша кухню. - Не хотели меня будить? Черт возьми, да я тут с ума чуть не сошла от беспокойства! Черт..." Брюнетка остановилась и глубоко вздохнула, прогоняя ненужные мысли прочь из головы. Она осознала всю бессмысленность своей злости. Кея точно надоумили дети не будить свою маму, записку они оставили, так что это она виновата, что сразу не нашла ее. Еще раз глубоко вздохнув, Хикари огляделась и чуть слышно застонала от ужаса: кухня была полностью разгромлена. На столе все так же сияла вмятина, дверцы кухонных шкафов опасно наклонились, и только черт знал, что их удерживает в таком состоянии; кафельная плитка в некоторых местах была чуть ли не раскрошена в пыль. Да-а, такое она устраивает впервые. Раньше все обходилось побитой посудой и лишь несколькими подпалинами, которые вполне можно было убрать. Теперь же кухня не подлежала восстановлению, и Хикари прикидывала в уме, во сколько выльется ремонт. Заварила кашу, теперь и расхлебывай. - Фью-ю, - присвистнула Мидори, заходя в разгромленную кухню, - здесь было жарко. Что случилось, Хикари? Брюнетка покраснела до кончиков волос и тотчас склонилась в глубоком поклоне. - Простите меня, пожалуйста! Я возмещу весь ущерб! - А ну прекращай! - прикрикнула на нее Такесима. - Все равно здесь давно надо было делать капитальный ремонт. - Но... - Ты так хочешь искупить вину? - вкрадчивым голосом поинтересовалась Мидори (точно что-то задумала!), получив ответный кивок, она продолжила. - Тогда ремонт обойдется тебе в... Поход по магазинам! - Э? - Не экай мне тут. Все, решено, мы идем по магазинам! - воодушевленно сказала Такесима и, быстро схватив Хикари, потащила ее на второй этаж. Буквально впихнув несопротивляющуюся женщину в ее комнату, бросила напоследок, - Я жду тебя внизу! Брюнетка горестно вздохнула и направилась в сторону шкафа. К сожалению, она не знала, откуда берется неуемная энергия у ее знакомой, в то время как она лишь думает о том, чтобы не разрыдаться в голос. Хикари на автомате вынула первый попавшийся комплект одежды и начала переодеваться, попутно размышляя о том, как бы лучше обратить давно созревший у нее в голове план в жизнь. Примерно набросав список покупок, Ханадзоно закончила переодеваться и вяло улыбнулась своему отражению в зеркале. Скривившись, как будто она лизнула лимон, Хикари ощутимо похлопала себя по щекам, приводя себя в порядок и придавая бодрости уставшему духу. Под конец зайдя в ванную и почистив зубы, женщина наконец спустилась на первый этаж, где ее уже ждала сгорающая от нетерпения Такесима. - Ну, наконец-то! Пойдем! Схватив за руку брюнетку, мама Кея вновь потащила ее за собой, и она не отпустила ее, пока не запихнула в машину и не уселась рядом с ней на заднее сидение. На расспросы про место назначения она не отвечала, лишь хитро прищуривала миндалевидные глаза. Оставив все свои попытки, Хикари решила понаблюдать за пейзажем. За окном проносились небольшие кустарники, высаженные в строгом порядке деревья, и где-то там, вдали, виднелась голубая кромка океана. Прислонившись лбом к окну, женщина пустым взором наблюдала за пролетавшими мимо кустиками. Она задавалась вопросом: куда все подевалось? Куда исчезло ее жизнелюбие? Оптимизм? И желание узнать все на свете? Раньше бы она пошла бы в магазины с Акирой, они бы с ней перемерили все платья и закидали коробками Тадаси. Куда, куда все это ушло? Просочилось сквозь пальцы, как песок? Куда? - Приехали! - веселый голос насильно вырвал из меланхолии, и цепкая рука вытащила Хикари из машины на улицу прямо перед огромным, занимающем весь квартал зданием викторианской эпохи. Вывеска перед входом гласила: "Queen Victoria Building".* Хикари чуть приоткрыла рот в изумлении, витрины блестели, переливались всеми цветами радуги, захватывали взгляд своим великолепием. Мидори хмыкнула и вновь потащила брюнетку. - Да, да, это все, конечно, красиво, но давай мы лучше зайдем внутрь. Внутри было еще красивее. Входы в дорогие бутики были выполнены в виде резных, деревянных арок, тут и там можно было увидеть колонны, украшенные причудливым узором. Все было пропитано великолепием, благородством, богатством. Заглядевшись, Хикари не замечала, что пакеты в руках растут, как на дрожжах, и очнулась, лишь тогда, когда они начали заметно оттягивать руки. Взглянув на выбирающую другие вещи Мидори, она заметила точно такое же количество вещей. - Мидори! Дайте мне Ваши пакеты, пожалуйста. - Нет-нет-нет, я несу свои, ты - свои. Все по-честному, - блондинка вяло отмахнулась рукой от Хикари и продолжила проходить мимо стеллажей. - Смотри какая миленькая толстовка! Как на Хидеки шили! - Мидори... Вы и так накупили много всего для нас, и я даже не знаю, как с Вами рассчитаться за всю Вашу доброту. - Хикари, - брюнетка вздрогнула от холода, сквозившего в голосе, - вы для меня, как настоящая семья: ты - дочь, а детишки - внуки. Я не могла дать должной любви Кею и Суи, полностью отдавая себя работе. Но позволь мне, хотя бы раз, почувствовать себя в кругу семьи. - Простите меня, - Хикари сожалела о том, что вообще завела об этом разговор, столько боли слышалось в каждом слове, сказанном Такесимой. - Не извиняйся, а лучше помоги мне, пожалуйста. Последующие часы шоппинга прошли без происшествий и пререканий. Хикари послушно следовала за воодушевленной Мидори, иногда не давая ей покупать некоторые вещи для детей, учитывая их вкусы. Например, Хидеки ненавидел всяких роботов, машинок и прочие игрушки, кроме плюшевых зайцев, он вообще любил этих животных. А Рури ненавидела розовый цвет, когда она была маленькой, девочка отчаянно плакала, когда носила что-то розового цвета. Может показаться бредом, но это правда. В конце концов, они накупили кучу вещей и игрушек для детей, а так же несколько книг для Хидеки, Хикари купила все, что ей надо было. Мидори ошеломленно наблюдала за тем, как брюнетка несла несколько тяжелых упаковок с цветной бумагой и шариками, отмахиваясь от водителя, пытавшегося ей помочь. Домой они приехали ближе к семи вечера, чуть не опоздав на ужин, и Хикари изрядно удивилась, увидев отремонтированную кухню. Дети воодушевленно делились своими впечатлениями после поездки по Сиднею и его окрестностях, а после ужина радостно прыгали по гостиной, разбирая пакеты с вещами. Заснули они далеко за полночь, прямо в гостиной, обнимая новоприобретенные игрушки. Подхватив по ребенку, Хикари с Кеем осторожно поднимались на второй этаж, тихо переговариваясь о всяких мелочах. Уложив детей, брюнетка договорилась с семейством Такесима об одном дельце, и на этом насыщенный для всех день закончился. * - http://www.ayda.ru/australia/sydney/places/queen-victoria-building-qvb-8681 Прошу прощения за долгое ожидание!