Pulling the Wires

— Убери руки от волос. С ними все в порядке, — вздохнул Шото, когда Изуку снова запустил пальцы в свои непривычно короткие волосы. — Сейчас намного лучше, — тот неловко улыбнулся, опустив руку вниз, — у Яойорозу-сан и правда талант. — Да. — Тебе повезло с другом. — он натянул белую медицинскую маску повыше, все еще боясь, что его обнаружат. — Она и твой друг тоже. Изуку удивленно уставился на него. — Правда? Ничего себе. За мгновение на лице Шото сменилось столько эмоций, что Изуку всерьез забеспокоился. Он осторожно коснулся его руки своей. — Что-то случилось? Шото пересекся с ним взглядом и резко посмотрел в сторону. — Да нет, ничего такого. Просто Яойорозу кое-что написала. Изуку решил не расспрашивать о том, чего там она ему написала, и оставить его в покое. — Так ты знаешь какие-нибудь магазины, где мы можем купить материалы для маски? Шото нахмурился, задумываясь, прежде, чем ответить. — Мы можем зайти в хозяйственный магазин неподалеку. Ты любишь мороженое? Изуку выгнул бровь, взглянув на него. «Что можно сделать из мороженого?» — Не знаю. Я последний раз держал его в руках, когда был ребенком, — он пожал плечами. Он вообще очень давно не видел никаких сладостей. — Тогда… Как насчет купить мороженого потом? — голос Шото прозвучал очень странно. Изуку быстро взглянул на него, но тот успел отвернуться вперед, скрывая свое выражение лица. Он фыркнул от смеха прежде, чем ответить. — Хорошо. Шото медленно вздохнул, посмотрев на Изуку. Тот готов был поклясться, что видел улыбку прежде, чем Тодороки успел превратиться в типичного Шото с его обыкновенным каменным выражением лица. — С ногой все в порядке? — он сунул руки в карманы, — Мы можем идти медленнее, если тебе тяжело. — Больно, но терпимо, — Изуку взглянул на место ожога, скрытое под тканью одежды, — Я тебе скажу, если что случится. — Хорошо, — Шото вздохнул с облегчением. На этот раз Изуку с трудом мог различить на фоне уличного шума гул мыслей в собственной голове.

***

Инко сравнивала две корзинки с искусственными цветами, держа их в руках. Она планировала украсить комнату Изуку цветами, но решила выбрать те, что простоят до того момента, если…нет, когда Изуку вернется. Она уже купила клей и разноцветные ленты, теперь оставалось только выбрать цветы. Именно тогда она услышала голоса двух мальчиков, зашедших в магазин. -… Нет, ты не можешь выбрать эти два цвета. — Ну, Тодороки-кун, это будет очень круто выглядеть. Красно-белый кролик? Представь такого, летящего на скорости ста километров в час. — Ты не можешь передвигаться на такой скорости. И разве это не выдаст мою причастность к тебе? Ты много видел человек с такими волосами, как у меня? — Звучит логично… Но я все равно куплю красную и белую краску. Инко случайно подслушала их разговор, будучи совсем рядом. Чем они собирались заниматься? Возможно, планируют косплей? Тем не менее, один из голосов казался ей знакомым. Она выбрала цветы серебряного, красного и белого цветов и повернула за угол отдела, пересекаясь с этими самыми мальчиками. Она сделала вид, будто рассматривает что-то на полке, а сама покосилась на них. Один был высоким и очень симпатичным, его волосы были четко разделены надвое и были красного и белого цвета, будто два разных человека слились воедино. Лицо другого мальчика было частично скрыто капюшоном и медицинской маской. Он указывал мальчику повыше на банки с краской, его глаза блестели озорством. — Я серьезно! Давай возьмем эти два цвета, будет очень круто выглядеть. Ну же, Тодороки-кун!.. Тодороки с раздражением вздохнул, проводя рукой по своим волосам, а его друг довольный положил обе банки в корзинку. — Я не буду делать это так заметно. Может, две полоски разных цветов. А может еще противогаз возьмем? Тодороки, стоя к Инко спиной, вздохнул и снова посмотрел на полку с краской. — Ладно, хорошо, — наконец сдался он, — Только сосредоточься на функциональности, а не на внешнем виде, — он понизил голос, — Потому что, если тебя поймают, мы оба окажемся в дерьме. Именно тогда он обернулся, будто почувствовав на себе ее взгляд. Инко улыбнулась им обоим, подойдя чуть ближе. Судя по разговору, у мальчика пониже были проблемы. — Похоже, вы собираетесь делать косплей! — воскликнула она, затем взяла в руку бутылек со специальным фиксирующим средством, — Извините, если лезу не в свои дела, но вам понадобится это, иначе краска быстро смо…смоется… Она говорила ровно до того момента, как пересеклась взглядом с мальчиком в маске. Она точно знала эти глаза. Во взгляде точно читались вина, стыд и… страх? Мальчик отступил назад, его плечи поднимались и опускались в такт его ускоряющемуся дыханию. Теперь, когда Инко разглядела его получше, она смогла заметить шрамы на лице, бинты и отсутствующий палец на правой руке. Она сделала шаг ближе, протягивая руку к нему. Прежде, чем она успела спросить его имя, он развернулся и бросился бежать. Он успел поскользнуться, влететь в полку с маркерами и, бросив безумный взгляд на Тодороки и Инко, выбежать из магазина. Тодороки взглянул на нее, выглядя так же ошарашенно, как и она сама. Он неловко откашлялся, пытаясь сформулировать хоть что-то. — А, это… это мой друг, его Усаги зовут. Он совсем не умеет общаться с людьми… Извините, — Он поставил корзинку на пол и побежал следом. Она какое-то время стояла на месте, осознавая ситуацию, а после поторопилась за ними обоими, но остановилась на выходе, вглядываясь в пространство на парковке. Она несколько минут простояла на одном месте, но ни один из них не появлялся больше. «Почему он так сильно пострадал?» Инко поднесла ладонь ко рту, чувствуя, как по щекам скатываются горячие слезы. Она точно видела в глазах того мальчика страх, как он запаниковал, его ужасные шрамы и отсутствующий палец на руке. Она не была точно уверена в том, что этот мальчик был ее пропавшим сыном. Но у него точно были тяжелые времена.

***

«Нет. Нет. НЕТ! Это очень плохо. Просто беги. Беги как можно дальше. Беги и не оборачивайся!». Появившийся в его ушах громкий звон мешал сформировать хоть одну трезвую мысль. Он точно не знал, куда бежал прямо сейчас. Все, что ему сейчас нужно было — побыть в одиночестве и успокоиться.

***

Шото бежал в сторону парка, где встретился с Изуку несколько дней назад.

16:34 — Мидория — Где ты? — Просто скажи, где ты сейчас. — Я могу помочь тебе. — Я иду туда, где мы встретились несколько дней назад. — Прошу, Мидория.

— Пень. — Я у пня.

— Скоро буду.

Шото перешел с бега на быстрый шаг, чувствуя, что его легкие вот-вот сгорят. Теперь, когда он больше времени уделял окружению, то чувствовал, как воздух потрескивает от приближающейся грозы, где-то справа беспокойно пели птицы, а под ногами шуршал гравий. Совсем скоро он пришел к тому месту, куда его привел Изуку в первую вторую их встречу. Кусты, прежде надежно скрывавшие его бывшее убежище, теперь были смяты так, будто кто-то в панике прорывался сквозь них. Он беспокойно вздохнул, почесав затылок. «Вот я и на месте.» Он протиснулся сквозь то, что осталось от прочной зеленой ограды, стараясь не поцарапаться, на небольшую полянку с тем самым пнем и поваленным рядом старым заросшим деревом. Рядом, прислонившись к нему спиной, сидел Изуку закрыв уши руками. Тот поднял голову, стоило ему заметить Шото. Он сел напротив него, осторожно кладя ладонь на его колено. — Это была моя мама, — нарушил затянувшуюся тишину Изуку, убирая руки от головы. — Правда? Это была твоя- Изуку кивнул, опустив глаза. Теперь, когда Шото проанализировал случившееся, то эта незнакомая женщина оказалась очень похожа на Изуку. У них был одинаковый цвет волос, яркие зеленые глаза и добрая улыбка. Больше никто из них очень долго ничего не говорил. Шото решил ему поверить, потому что именно сейчас он не мог найти ничего, чем можно было бы его поддержать. Он действительно не знал, что ответить. «Господи, как же неловко». — Прости, что выбежал вот так. Просто… ну… — Изуку закрыл лицо руками, судорожно вздыхая, — Я столько всего хочу тебе рассказать, но. Шото почувствовал укол в груди, смотря на него. Он очень давно не испытывал этого чувства, но сразу признал его. Он чувствовал себя точно так же, когда в детстве остался без матери и не мог сделать ничего, хотя очень хотел. Он протянул руку к маске на лице Изуку, аккуратно стягивая ее вниз. На его лице читался искренний страх. — Знаешь, если бы я сейчас встретил свою мать, то вел бы себя точно так же. Изуку с удивлением посмотрел на него, и огонек потихоньку начал возвращаться в его глаза. — Серьезно? — Да. — Почему? Шото смахнул мешающуюся челку с лица. — Нас разлучили в очень. неприятной ситуации. Но я пока не хочу об этом говорить. Думаю, что ни ты, ни твоя мама еще не готовы встречаться. Изуку поднял голову, замечая, как тучи затмевают яркое ясное небо. В его глазах промелькнула тревога, но Шото решил не спрашивать сейчас об этом. Это явно было что-то личное, чем Изуку не готов был делиться. — Пообещаешь не говорить никому, если я расскажу, в чем дело? — Изуку вздохнул на этих словах и сел поудобнее, скрестив ноги. Шото на мгновение замолчал, прежде чем ответить, — Конечно. Я никому не расскажу. Изуку долго молчал, прежде чем начать говорить. Сначала его слова звучали неуверенно, но затем они накладывались друг на друга, и тот не мог толком связывать их от переполняющего его волнения. — Я родился без причуды. И меня похитил злодей с причудой варп-врат. И когда это произошло, я был с матерью и другом в парке, ими меня шантажировали. Они хорошо знают, где мы жили, и мне запрещено их видеть. Они... они убьют ее, или еще чего хуже, если я ослушаюсь приказов. Это я имел в виду, когда мы дрались, и я сказал, что у меня нет выбора. Даже, когда я попытаюсь спасти маму, этот ублюдок с варп-вратами доберется до нее быстрее, чем я. И когда это случится, они могут сделать с ней то, что произошло со мной. — его голос оборвался, а руки начали дрожать. Лицо снова стало бледным, а пот выступил на лбу. Шото не стал спрашивать, как Изуку получил причуду. Это малоизвестный факт, но если человек подвергается физическому и моральному стрессу, то он может обзавестись причудой. И правда. Его определенно точно пытали. Шото положил руку Изуку на плечо, возвращая из ужасных воспоминаний. Зеленые глаза встретились с его собственными, и какое-то время, они просто смотрели друг на друга, не говоря ничего. Затем Изуку снял капюшон, и на его лице появилась измученная слабая улыбка. — Извини, у меня есть привычка очень долго говорить. Изуку оперся рукой на пень, пытаясь встать с земли, и когда он начал медленно подниматься на ноги, Шото вскочил и взял его за руку, помогая. Они обменялись взглядами, прежде, чем Тодороки повернулся, чтобы осмотреть поляну. Чего он точно не ожидал, так это услышать смех Изуку позади себя. Смущенный Шото оглянулся через плечо, смотря на друга, который разразился в истерике. — Боже, белые штаны точно были ПЛОХОЙ идеей! Услышав это, он посмотрел на свою одежду, на которой были ярко выраженные грязные пятна от травы. «Не стоило просто сидеть на земле вот так» — ТВОЯ ЗАДНИЦА ТЕПЕРЬ ТРАВА, — громкий голос Изуку еле позволял Шото сдерживать смех. — Раз ты пытался уже меня убить, значит ты теперь газонокосилка, — ответил он невозмутимым голосом, заставляя Изуку снова смеяться. Несколько мгновений он наблюдал за его истерикой, прежде, чем засмеяться самому. Смех не прекращался долгое время, пока Шото не выдавил из себя фразу. — Думаю, пора возвращаться. Маску все же нужно сделать. В этот момент телефон Шото в кармане дал о себе знать. На его экране большими буквами выделялось «Старатель».

Новое сообщение.

— Где ты.

— Я с другом

— Что за друг? Я знаю только про ту девочку с причудой создавания вещей.

— Он из другой школы, мы столкнулись, пока ты развлекался сегодня в той драке

— Тебе лучше поторопиться. Обучение само собой не пройдет.

— Я понял. Сейчас, сходим в магазин, и я пойду домой

— Побыстрее. Запустив руку в волосы, Шото вздохнул и пробормотал, — Старатель хочет, чтобы я вернулся домой. Давай заберем нужные вещи из магазина и я помогу тебе с маской. Изуку махнул рукой, все еще сияя улыбкой. — Не волнуйся, мы можем сделать ее в другой день. Давай просто после магазина разойдемся. А так как я все же хотел сделать маску вместе с тобой, то я могу начать, а потом вместе продолжим. Тем более, в отеле у меня куча медицинских масок, так что, задания мне есть в чем выполнять. — Ты уверен? Я не хочу вот так проб- — Ты не приносишь никаких проблем. Я больше не хочу быть причиной ссор между тобой и Старателем. — Изуку кивнул на свою раненую ногу и усмехнулся, — После столкновения с ним я понял, как плохо быть его врагом. «Завтра нужно будет поменять повязки. И на руке тоже.» — И за повязки можешь не волноваться. Я же уже говорил, что у меня было много ранений, так что я научился себя перебинтовывать. — Хорошо, — неохотно согласился Шото, — но если тебе что-нибудь понадобится, то сразу пиши. — Ты как супер-властный отец себя ведешь. — Хотя бы кого-то волнуют твои болячки. — Твоя правда, — Изуку слабо рассмеялся, натягивая капюшон на голову, а маску на лицо, — Тогда нам лучше поторопиться.

***

Изуку был дома уже порядка полутора часов, занимаясь эскизами новой маски в блокноте. На его лице была непонятная смутная улыбка, подушки поддерживали часть его тела. На улице было темно, так что невозможно было заметить, как небо покрывалось тучами. Грохот с улицы напрочь стер улыбку с лица Изуку, заставляя его посмотреть в окно. Он занервничал, понимая, что голоса в его голове становились громче. Он никогда не умел контролировать себя во время грозы, в любом случае, не тогда, когда это было одним из способов поиздеваться над ним. Он снова вспомнил как, будучи ребенком, стучался в запертую дверь какого-то сарая, в который его бросали время от времени. Иногда выкидывали прямо на улицу, иногда запирали в маленьких темных местах, в которых грохот был громче и ярче. Это будет плохая ночь. Убегай. Спрятать. Где Тодороки? Тодороки может помочь. Убегай. Спрятать. Спрятать. СКРЫВАТЬ. Он встал и подошел, чтобы зажечь свет в своей комнате. Наморщив лоб, он уже мог предвидеть ужасный визг в голове и звон в ушах, которые заглушили бы любой звук в окружающем его мире. Он чувствовал, что у него, вероятно, также были галлюцинации, поскольку они были довольно обычным явлением во время штормов. Изуку знал, что у него что-то наподобие ПТСР*, но не был уверен, являются ли галлюцинации реальными, или это все еще последствия его ужасной жизни. В любом случае, в таком состоянии со стрессом было очень трудно справляться. Как грохот с улицы становился громче, так и голоса в затылке все больше не давали покоя. Изуку решил начать разбирать пакет из магазина, напевая себе что-нибудь, пытаясь успокоиться и отвлечься. По его телу растеклось тепло от пламени, излучающее спокойствие. Изуку напрягся, когда на мгновение его пальцы снова покрыла липкая красная жидкость, но он встряхнул головой, приводя себя в нормальное состояние. Когда в очередной раз прогремел гром, Изуку с визгом упал на корточки, его пальцы впились в столешницу, лбом он прижался к дверце кухонного шкафчика, а сам он пытался успокоить свое быстро бьющееся сердце. ПРЯЧЬСЯ. ПРЯЧЬСЯ. СЛИШКОМ ГРОМКО. ПРЯЧЬСЯ И БЕГИ. Медленно он снова поднялся на ноги, прислушался на пару мгновений, прежде, чем продолжить разбирать покупки и рассматривать все. ПРЯЧЬСЯ И БЕГИ. ТЕБЕ ЖЕ СТРАШНО. Но один голос отчетливо выделялся на фоне остальных, звуча так, будто кто-то шептал ему прямо на ухо. Ты же помнишь, как Шигараки запирал тебя в такой шторм одного. Почему же не бежишь? ПРЯЧЬСЯ! — Я не на улице, я в безопасности, — ответил Изуку, нахмурившись. Прямо сейчас в нем больше играла злость, чем страх. Эти голоса сейчас были больше помехой, чем реально пугающей силой, с которой приходится мириться. Тем не менее, страх никуда не уходил, даже, если он был меньше, чем тогда. Изуку сделал глубокий вдох, задержал дыхание, затем выдохнул и ушел в ванную, повернувшись к зеркалу. Он скинул с лица челку, насколько это было возможно, ловя себя на мысли, что стоит подстричься как можно быстрее. Мысль быстро улетучилась с новым раскатом грома. Изуку снова опустился на пол, крепко закрывая уши руками, но это не помогало от голосов, насмехающихся над ним внутри его головы. Какой же ты трус! Его сильно трясло, но, несмотря на это, на его лице все еще читалась враждебность и отвращение к самому себе. В ушах сильно звенело. «Каждый раз так сильно раздражает» Где же вся твоя агрессивность? УБЕЙ КОГО-НИБУДЬ УЖЕ! УБЕЙ И ПРЯЧЬСЯ! Заставь их истекать кровью лежа в грязи, и молить о пощаде! Нет, лучше беги и ПРЯЧЬСЯ! — Нет. — возразил он вслух, надеясь, что это поможет, — Так лучше не станет. Поднявшись на ватных ногах он потянулся к полотенцу. Намочив его в горячей воде, вытер им лицо, немного приводя себя в чувство, но снова вздрагивая, когда снаружи раздался еще один гром. Изуку медленно убрал полотенце от лица, понимая, что снова видит галлюцинации. «Это все не на самом деле. Все не так, все в порядке» В зеркале было видно его собственное отражение, но глаза у него были совсем ледяными, лишенными всякой жизни, а одежда и руки были испачканы в крови. Его или чужой — совсем не имело значения. Краем глаза он заметил мелькающую тень сбоку, но, конечно же, никого там не было. — Ты же так боишься того, чего натворил. Тебя такого точно никто и никогда не примет, так почему бы просто не смириться? — Заткнись уже! — крикнул Изуку и с силой ударил кулаком по стене так, что в ней осталась небольшая вмятина. На смену гневу пришло разочарование. Им так легко овладевают эмоции. Насколько же он жалкий. Шум снаружи заставил его вновь заткнуть уши. Когда он опустился на пол, свернувшись клубочком, воспоминания и галлюцинации поразили его с новой силой. Смутно различимые звуки предсмертной агонии разносились эхом в голове, вкус желчи подступал к горлу, стоило Изуку вспомнить весь ужас пыток Шигараки. Мир вокруг него замолчал, за исключением его собственного голоса в голове и криков в его воспоминаниях. Паника позволяла дышать только рваными рывками, от этого голова шла кругом. — Я в порядке, все хорошо. Это пройдет, как и всегда, а потом все будет в порядке, да, как обычно, — его сильно трясло. Телефон в его кармане вибрацией напомнил о себе знать, заставляя вцепиться в себя дрожащими пальцами.

Новое сообщение.

— Как успехи с маской? Еще не придумал дизайн? Изуку попытался что-нибудь ответить, но не смог написать ничего связного и понятного. Прежде, чем он решился позвонить, появилось новое сообщение. — Старателя вызвали на помощь в битве с каким-то злодеем с земной причудой, поэтому нашу тренировку прервали. Сегодня можно о нем не волноваться, его могут даже отправить в другой город! Вот так. — Я совсем забыл про мороженое сегодня. Можем сходить за ним завтра, если получится.

— Помоги

— У тебя столько проблем с маской, лол?

— ГРЛОЗВА

— Мидория?

— МГЕ СТРВШНЛ

— Ты боишься грозы?

— ДА — ПОМОГИ

*** Шото сразу же выпрямился на кровати, на которой пару мгновений назад спокойно лежал. Было трудно понять сообщения Изуку, но если у него паническая атака, тогда это все объясняет. Он долго думал, что написать, но вместо этого позвонил. После десятка гудков Изуку все же ответил. — Тодороки?.. — Да, это я. С тобой все в порядке? После долгой паузы снаружи рявкнул гром, и Шото понял, что Изуку очень тяжело дышит. — Тебе не обязательно приходить, в этом ничего нового, так постоянно происходит. — Мидория. Изуку долго молчал, прежде, чем ответить, но отчетливо было слышно его тяжелое дыхание. — У меня паника. Это из-за грома. — Я сейчас приду. — Тодороки вскочил с кровати, хватая по пути свою толстовку с капюшоном нежно-голубого цвета, — Не отключайся только, хорошо? Изуку продолжал молчать. По привычке Шото запихнул наушники в карман и направился на выход. Там он наткнулся на сестру, которая тут же начала протестовать. — Ты куда собрался в такой час? Там же ливень из кошек и собак! — Мой друг боится грозы, — он опустил телефон, надевая кроссовки, — и он сейчас дома один. Если отец вернется, скажешь, что я у друга, или что-то похожее. Просто прикрой, хорошо? Фуюми было открыла рот, чтобы запротестовать, но сдалась. — Ты будешь не в состоянии пойти в школу. — От одного дня ничего не изменится, — затем он выскочил из дома, поднося телефон к уху. — Мидория, ты еще здесь? -.да. — Я уже иду. Изуку ничего не ответил, но по скорым звукам рвоты было легко определить, что он еще на проводе. Неужели он так сильно нервничает? Ему не понадобилось много времени, чтобы по знакомому пути добежать до отеля. Он бегает сюда уже очень много ради Изуку. Возможно, очень много. «Нужно научиться меньше бегать и больше думать» Его телефон оказался полностью залит водой, и он благодарил всех богов мира за то, что додумался купить водонепроницаемый чехол. Старатель точно не обрадовался бы сломанному телефону. Он медленно открыл дверь, надеясь, что на ресепшене никого не будет, но, к его разочарованию, девушка-администратор была на месте, которая при его виде громко ахнула. — Не могу поверить, что вы были на улице в такую погоду! Выглядел он не очень. Обычно ровные и прямые волосы теперь смешались и образовали настоящий взрыв на голове, смесь из красных и белых волос прилипла к лицу, мешая нормально видеть, и с них рекой лилась дождевая вода. Он без особого энтузиазма вытер ноги о коврик и оперся на стойку руками, пытаясь, насколько можно сильнее передать важность ситуации одним выражением своего лица. — Моему другу сейчас плохо, его зовут Усаги Сато, — Шото был рад тому, что смог вспомнить его вымышленное имя, которым сам же наградил Изуку, — Я хочу к нему пройти сейчас, пожалуйста. — Извини, дорогой. — девушка возилась пальцем с прядью своих серебристо-голубых волос, возясь в компьютере, — Я не могу тебе ничем помочь, пока не поговорю с мистером Сато напрямую. — Я сын Старателя, Шото Тодороки, а Энджи Тодороки мой отец, поэтому мне абсолютно наплевать, за какие ниточки мне придется потянуть, чтобы пройти, но если у вас будут из-за этого какие-то проблемы, то я возьму всю вину на себя. — Шото успел это сказать раньше, чем понял, насколько напряженный и отчаянный был его голос. Отчаянный?.. Очень странно. — Ох. — девушка всмотрелась внимательнее в его лицо, после чего тихо вздохнула, — Хорошо, идите. Похоже, вы очень за него переживаете, поэтому помогите, чем сможете. Шото выдохнул с облегчением и рванул в коридор, через плечо кидая: «Большое спасибо!» — Мидория, я здесь, открой дверь. — сказал он в телефон, уже стоя перед дверью в нужный номер. После длинной паузы Изуку сбросил вызов, и Шото стал терпеливо стоять, пока тот откроет дверь. Он стоял так долго, что Тодороки уже было потянулся к телефону, чтобы позвонить снова, но в этот момент дверь перед ним скрипнула и открылась. За ней стоял Изуку с настолько бледным лицом, что оно стало похоже на снег. Его плечи были втянуты в тело, из-за чего парень казался еще меньше, чем был. — Тодороки?.. — Да, это я. — Тем не менее, Изуку протянул ладонь, касаясь ею груди Шото, чтобы убедиться, что тот не очередная галлюцинация, и убрал ее с облегчением, когда его опасения не подтвердились. — Я могу войти? — мягко спросил Шото, на что Изуку кивнул и открыл дверь пошире. Оказавшись внутри комнаты, Шото заметил, что включены были абсолютно все источники света, даже телевизор — и тот работал, а окна плотно занавешены шторами. Он уже хотел бы все это прокомментировать, но Изуку подорвался с места и бросился в ванную, из которой тут же послышались рвотные позывы. Шото пошел следом, остановившись в дверном проеме. «Он совсем не тот злобный убийца, каким его изображают в СМИ» Шото стащил с себя мокрую насквозь толстовку и бросил ее на бортик ванной, не имея понятия о том, что ему нужно делать. Похоже, Изуку нуждался в каком-то человеческом тепле, поэтому Шото присел на колени рядом с ним, кладя ладонь на спину и изучая его лицо, все покрытое старыми белыми шрамами от ожогов и порезов. Сквозь них можно заметить россыпь веснушек, покрывавшую щеки и нос. Потом они столкнулись взглядами. — Извини. Я снова доставляю неприятности. — Прекрати, никаких неприятностей. Все хорошо, — Шото вздохнул и переместил ладонь на его голову, гладя по волосам. Тогда в его голову пришла только одна мысль. Мягкие. Его волосы до смешного мягкие и пушистые, что Шото сразу ими очаровался, путаясь пальцами в прядях, а на его лице смешались удивление и любопытство. — То-тодороки? Что ты. Шото резко убрал руку, пытаясь придумать какое-нибудь оправдание, но его заткнул очередной раскат грома. Изуку тяжело сглотнул. «Что, черт возьми, мне вообще делать с этим?» Шото задумался над проблемой. Звук грома был одной ее частью, и, судя по всему, темнота была второй. Также есть возможность изоляции или заброшенности, но он не до конца понял, как это связано с состоянием Изуку. Внезапно Изуку поднялся на ноги, не сводя глаз с своего отражения в зеркале, на его лице смешались ужас и страх, а руками он начал касаться своей одежды, будто на них что-то было. «Галлюцинация?» Он тоже встал, схватил Изуку за плечи и развернул лицом к себе, так, чтобы тот больше не видел свое отражение. Затуманенные глаза напротив начали проясняться. — С тобой все в порядке? Там ничего нет, ты в безопасности. Здесь тебе не о чем беспокоиться, Мидория, здесь никто и ничто не причинит тебе вреда. Изуку несколько раз моргнул, пока его взгляд не сфокусировался на лице Шото. Постепенно он начал возвращаться в реальность, именно тогда Шото отпустил его плечи, и в его голову пришла идея. — Подожди секунду. Он повернулся и полез в карманы своей толстовки, вытаскивая телефон и наушники. Затем он вставил их в порт в телефоне и протянул Изуку. — Вставь их себе в уши, — проинструктировал Шото, листая тем временем свой плейлист, подбирая, что бы смогло заглушить звук грома и успокоить Изуку. Давай. Шото остановился по Портере Робинсоне. К тому времени Изуку уже успел вставить наушники в уши и Шото нажал на значок перемешивания. Изуку вздрогнул, когда заиграла музыка, но удивление на его лице сменилось задумчивость. Все это время Шото ждал, затаив дыхание, наблюдая за ним, пока его плечи не расслабились и напряжение полностью не покинуло тело. Изуку тяжело вздохнул, встречаясь взглядом с двухцветными глазами Шото. Снаружи прозвучал очередной раскат грома, но Изуку, похоже, не услышал его, а только облегченно улыбнулся Шото. «Не могу поверить, что это сработало. Шото вздохнул с облегчением и провел рукой по мокрой красно-белой шевелюре, прежде, чем передать телефон Изуку и потянуться за полотенцем. Он собрался было сушить волосы, когда понял, что Изуку, вероятно, нужно налить немного воды, а его горло должно быть похоже сейчас на второй желудок. Он пошел на кухню, накинув полотенце на плечи, а позади раздался звук смыва. Ему удалось найти стакан и налить в него воды, тем временем Изуку вышел из ванной и остановился рядом с ним с любопытством на лице. Некоторое время они смотрели друг на друга, прежде, чем Шото протянул ему стакан. После небольшого замешательства до Изуку дошло, зачем ему нужен стакан с водой, и забрал его из рук Шото. Подойдя к раковине, он первым делом прополоскал рот, умылся и вновь налил воды, начиная жадными большими глотками пить. Шото похлопал его по спине, крикнув, чтобы тот притормозил, и, к счастью, Изуку понял, о чем тот говорит, и начал делать глотки поменьше, выжидая какое-то время. Медленно Шото обошел его и выключил несколько светильников. Изуку начал что-то говорить, но Шото встретился с ним взглядом, прошептав: «Не все». Тот тяжело вздохнул и закрыл глаза, прислоняясь спиной к столешнице. Шото наблюдал за ним несколько мгновений, прежде, чем начать уборку в комнате. Он наводил порядок в ванной, когда заметил небольшую вмятину размером с небольшой апельсин. Неужели это Изуку сделал? Он взглянул на Изуку, который теперь с любопытством наблюдал за его действиями. Шото озадаченно указал на вмятину. — Я иногда бью что-нибудь, когда у меня паника. Извини. Шото покачал головой, махнув рукой. Это не имеет никакого значения, он может за это заплатить. Грохот снаружи стал затихать, но ветер на улице все еще жутко завывал, а дождь хлестал в окно, будто град. Изуку было бы не очень кстати снимать наушники. Все старания пошли бы насмарку, если внезапный раскат грома раздался бы из неоткуда. Шото закончил убираться и выключать свет, пока единственными лампочками не остались подсветка над плитой, свет в ванной и два прикроватных светильника в комнате. Изуку вытащил один наушник и снова встретился взглядом с Шото. — Ты должен надеть его обратно. Я не знаю, когда гром появится снова. — Спасибо, — Изуку снова вздохнул, — Но мне нужно просто отвлечься от своих мыслей. Твой голос тоже очень приятно слушать, и он отвлекает не хуже музыки. После этого заявления оба застыли на месте в удивлении. Лицо Изуку снова обрело розовый оттенок в смущении, он поднял руки, пытаясь оправдаться. — Не то, чтобы я отказывался от твоей помощи, просто я правда запаниковал, а ты дал мне свой телефон, хотя я не сильно заслуживаю доверия, что-то такое, а ты доверяешь мне слушать твою музыку и, о боже, я снова мямлю, извини. — Мидория. Изуку остановился, смотря, как Шото мягко улыбается. — Ничего страшного, все хорошо. Я просто боюсь, что ты можешь увидеть что-нибудь еще. — Изуку опустил взгляд на разбитые костяшки своей руки. — Верно, я могу тебе навредить. — Я совсем не это имел в виду. Здесь ты можешь чувствовать себя в безопасности. Я не боюсь тебя, поэтому тебе не о чем беспокоиться. — Спасибо. — Изуку опустил руку, улыбнувшись, — Это очень много для меня значит. — Угу, — Шото поднес полотенце к голове, начав наконец сушить волосы. Когда он стянул полотенце на плечи, Изуку попытался, безуспешно, конечно, подавить смех. Шото не нужно было спрашивать, чтобы узнать, над чем тот смеется. Его волосы наверняка были похожи на красно-белое гнездо. И, вместо того, чтобы сделать вид, что так и должно быть, Шото решил рассмешить Изуку еще больше, чтобы отвлечь от грозы. Руками он еще больше взъерошил волосы, пока они не стали похожи на волосы Изуку. Затем он встал в смешную позу и нахмурил брови. — Я — Кролик, молчаливый убийца, который не может повернуть ручку душа, чтобы спасти свою жизнь! Изуку рассмеялся, сразу же выдернув наушники из уха, говоря: «Ща, погоди», прежде, чем засунуться головой в раковину на кухне и включить воду. Волосы выпрямились и прилипли к его лицу, вода с них начала стекать на одежду и пол, когда тот выпрямился и скрестил руки на груди, делая лицо максимально лишенным чувств. — Я — Шото Тодороки, симпатичный мальчик-эмо, который ненавидит улыбаться! — Я так не говорил никогда, — заметил Шото, но в конце концов рассмеялся, впервые за долгое время. Изуку тоже рассмеялся, согнувшись пополам, и они оба на время забыли о грохоте грома снаружи. Однако внезапный раскат грома заставил Изуку подпрыгнуть на месте и засунуть наушники обратно в уши.

***

Изуку открыл глаза, по ощущениям, примерно через час после того, как они оба вырубились без сил на кровати. Небо было практически полностью чистым от облаков. Убывающая луна светила в окно, освещая взлохмаченные пряди растрепанных волос Шото. До его ушей доносилось «Sea of Voices» Портера Робинсона. Звон, который слышал Изуку, теперь полностью прекратился, и мысли в его голове были заглушены расслабляющей мелодией песни. Изуку потребовалось мгновение, чтобы посмотреть на лицо спящего Шото, прежде, чем понять, что вообще произошло. «Шото Тодороки спит в моей кровати?» Его сердце начало биться сильнее. Почему он так волнуется? Эта мысль крепко засела у него в голове. «ШОТО ТОДОРОКИ СПИТ В МОЕЙ КРОВАТИ» Изуку глубоко вздохнул, прежде, чем повернуться на бок, чтобы лучше рассмотреть Шото. Его рот был слегка приоткрыт, и именно в этот момент Изуку понял, что, о боги, тот выглядит очень нелепо. Изуку сел на кровати, оценивая состояние своего спящего друга. Его волосы были в безбожном беспорядке, рот был открыт, а по подбородку текла тонкая струйка слюны. Он развалился на спине, и Изуку вообще не имеет ни малейшего понятия, что за хрень творится с ногами Шото. Они были больше похожи на запутанные шнурки. Изуку подавил смех, но его дрожащее тело каким-то образом заставило Шото резко вдохнуть, прежде, чем проснуться. Изуку зажал рот рукой, его глаза расширились, а на лице появился румянец, когда Шото сел и потер глаза. Его рот двигался, но Изуку не понял, что именно тот говорил. Он бросил в последний раз взгляд в окно, чтобы убедиться, что гроза закончилась, и вытащил наушники из ушей. Сожаление поразило его, стоило ему это сделать, потому что гудение роя мыслей вновь вернулось в голову. — Извини, я не услышал. — Я спросил, что случилось? Ты весь дрожишь. - окей, ты меня извини, но я проснулся, а ты весь такой нелепый, и я начал смеяться, черт возьми, у тебя все еще текут слюни, и… Шото сразу же полностью проснулся, смущенно вытирая рукой подбородок. Затем он провел рукой по волосам, вздыхая и улыбаясь. — Я похож на тебя, да? — Да, — Изуку улыбнулся ему в ответ, — Ну и кто теперь здесь дикий ребенок? — Может, я всегда был странными. В конце концов, я помог тебе, несмотря на то, что ты злодей. А теперь, если тебя поймают, меня тоже начнут считать злодеем. Странно получается, да? Изуку опустил взгляд. — Верно. Это моя в- — Но не смей думать, что ты в этом виноват. Я сам решил тебе помочь. Изуку с удивлением посмотрел на него. «Он будто читает мои мысли» Изуку снова упал в кровать с тяжелым вздохом. Какое-то время ни один из них не говорил ничего. Только сейчас Изуку понял, что они находятся в темной комнате, и стоило ему это осознать, как по телу пробежала дрожь, а мысли начали формироваться в шепчущиеся голоса. Он перевернулся и дрожащими пальцами нажал на переключатель, включая светильник у кровати, сразу чувствуя утешение в маленьком огоньке, залившим комнату светом. Изуку остро ощущал, как Шото с любопытством наблюдает за ним, прожигая взглядом затылок. Сейчас самое подходящее время, чтобы все объяснить. — Тодороки?.. — Да? — Думаю мне… Тебе следует знать, почему я так боюсь грозы. И темноты тоже. Шото молчал, затем повернулся к Изуку, тоже сев на кровати. — Я буду слушать, но если будет тяжело, то можешь ничего не говорить. «Спасибо» И тогда Изуку начал рассказывать. Его слова звучали мягко, время от времени он жестикулировал, все время он не отрывал взгляда от потолка. Он рассказывал, как сначала его оставляли на улице во время грозы, как его «начальство» находило забавным то, что Изуку «слаб даже для такого маленького дождика». Он хмурился, пока рассказывал в деталях, как над ним начинали издеваться сильнее и чаще. В первую ночь его заперли в сарае во время шторма. Как его держали в комнатах без света и изолировали до тех пор, пока он не мог этого перенести, и ему не приходилось использовать причуду. Пока он рассказывал, голоса в его голове разговаривали друг с другом, одни кричали, чтобы он перестал говорить, другие побуждали рассказывать Шото абсолютно все. Это раздражало, и он снова начинал слышать звон, но все равно продолжал говорить. -.но хуже всего была та комната. Когда я допускал ошибку, меня запирали в ней. Сейчас они не так часто ею пользуются, но это. это просто помещение с низкой крышей и цементным полом. Они выключали свет, оставляли меня босиком и кидали на пол разные вещи, заставляя меня искать предметы в темноте, обычно восемь-девять. Ох, и там было битое стекло, гвозди и колючая проволока на полу, но тебе не стоит беспокоиться, я не был там уже три года, и поэтому. Его слова оборвались от прикосновения мягких пальцев к его руке. Изуку повернул голову и увидел, что Шото смотрит на него с ужасом на лице. Его глаза сузились, как если бы он сдерживал слезы, а лицо было напряженным. Медленно он придвинулся ближе, будто хотел обнять Изуку, но в конце концов уперся лбом в его. Дыхание Шото было поверхностным, но Изуку услышал его шепот: — Ты этого не заслуживаешь. Изуку долго молчал, слушая его дыхание, пытаясь игнорировать шум в собственной голове. Он поднял левую руку, размышляя стоит ли касаться волос Шото или нет, но решив в конце концов не делать этого. — Ты тоже через многое прошел, да? В смысле, со своей семьей. Если кто и не заслуживает все то дерьмо, так это ты. Шото снова лег рядом с Изуку. Черты его лица немного смягчились. — Думаю, мы оба многого натерпелись в этой жизни. Изуку издал что-то похожее на грустный смешок, сложив руки на груди. — Мы оба повстречали тех еще ублюдков, да? — Я бы не так сказал, но да. А, и извини за то, что только что было. Я не должен был быть так близко, не спросив. — Я не против. Было приятно. Такое случается нечасто. Шото тяжело вздохнул, закрыв глаза. — Думаю, нам обоим следует хорошо отдохнуть. — Да. ты прав. Извини, что завалил тебя рассказами о своей жизни… — Нет, я не об этом. Я о панике, стрессе и плохой ночи в общем. Тебе нужен отдых. — С тобой рядом это пережить намного легче. Ему потребовалась ровно секунда, чтобы понять, что он только сказал. Тогда он быстро развернулся с Шото спиной и сунул наушники в уши, пытаясь сосредоточиться на музыке. — В-в любом случае, спокойной ночи! Он думал просто заснуть, но прежде он вытащил один наушник. — Ничего, если я оставлю свет? — Конечно. Спокойной ночи, Мидория. — Шото очень сонно бормотал, будто уже практически спал. — Изуку закрыл глаза, расслабленно выдохнув, достаточно расслабившись, чтобы снова удобно лечь на спину. Вскоре он тоже начал погружаться в сон Он не заметил, как во сне их пальцы переплелись.