Неодушевленный предмет

Раздражающий дрожащий звук, который запросто добирается до костного мозга и заставляет его разлагаться. Как будто кто-то стучит коготочком в стекло, тихо-тихо, часто-часто. Тесс царапает свои пальцы и под ногтями остаются кровь и кожа. Догадаться бы откуда он доносится, и сломать умнику челюсть.

***

Жёлтый. Золотой. Оранжевый. Я совсем недавно здесь – в Совете. На таком блестяще-шуршащем приёме – и вовсе первый раз. Огромные сверкающие люстры под потолком, разговоры о политике в кулуарах и снующие туда-сюда официанты – это необходимая часть жизни большой и важной организации. Здесь не круглый стол в главном зале Совета, где все друг у друга на виду, а дисциплина как высшая ценность. За одной из этих парчовых штор можно запросто сплести заговор, сколотить коалицию на одном из прекрасных витых балконов. Оглядывайся, думай, сладко и убедительно говори. Вся политика делается здесь. Я застываю на пороге и мысленно подталкиваю саму себя. Ну же. Ты так долго шла сюда. Вот, пришла. – Леди, разрешите вас пригласить? Жёлтый, золотой, оранжевый. Мятный.

***

– Замечательный вечер, правда? Даже жалко тратить его на такое скучное мероприятие с кучей глупых рож, – мне на ухо смеются, даже не подозревая, что за такие слова можно запросто стать персоной нон-грата. – Однако, почему же вы всё ещё здесь? – Думаю, я сбегу сразу же после танца с вами. Фарс. Сюда не так просто попасть, чтобы потом столь безмятежно говорить о побеге. От него пахнет дымом и терпкой мятой, так что если слишком резко втянешь воздух, от спазма в горле перехватит дыхание. Жёлтый. Золотой. Оранжевый. Чёрный. Он исчезает, так и не представившись.

***

– Вы В-в-в... В-владыка тьмы. Я ненавижу все, что заставляет меня выглядеть глупо. В данный момент, его. Но кто бы повёл себя иначе, признав в хозяине кабинета любителя сбегать с праздничных приёмов? Целое Воплощение ведёт себя, как долбодятел, и на это невозможно реагировать спокойно, даже если ты неодушевлённый предмет. И сейчас он вальяжно откинулся на спинку своего огромного кресла и демонстративно ждёт, пока я выдавлю это из себя несуразные удивления. Смотрит немного сквозь. – Я пришла за документами. – Не готовы, – беспечно и весело объявляет Ирия, как будто от этой информации я должна впасть, как минимум, в радостный припадок. Он ничего не может сделать вовремя.

***

Из девочки на побегушках я становлюсь младшим секретарём с постоянным рабочим местом. Потом старшим. Служебная лестница вообще оказывается весёлой штукой, и однажды я возвращаюсь в Совет генералом. Но я все ещё скучная, а он всё ещё смотрит немного сквозь.

***

«Неодушевлённый предмет,» – так он, кстати, называет меня за спиной.

***

«О-о-о, ты хотела бы стать моим генералом,» – дебильным голосом передразнивает Тесс у себя в голове. «Дружеские обнимашки». «Если меня вдруг не будет рядом, и... бла-бла-бла-бла» У него целый ёбаный набор ванильных фраз, чтобы цеплять девок любой масти и статуса, но ты дитя света и к тебе это не имеет никакого отношения.

***

Тесс перегибается через стол. Ты кипяток по моим оголённым нервам. Ты натриевый раствор для моих царапин и микротравм. Отбирает у Ирии его трубку и раскуривает её сама, взгромоздившись поверх важных документов. – Алло, генерал, вы попутали, – выражение когнитивного диссонанса на его лице – бесценно зрелище. Тесс скалится. Смеётся. – Хули ты мне сделаешь. Как будто кто-то стучит коготочком в стекло, тихо-тихо, часто-часто. Этот звук – он у неё в голове. Это значит, она совсем скоро сойдёт с ума. Чёрный дым вырывается вверх, крутится в воздухе. Ну вот. Сошла. – Зато теперь мы на одной волне? – недоуменно бормочет Владыка Тьмы.