Это катастрофа

Звонок будильника нагло ворвался в сон Адама. Уже утро? Адам, не разлепляя век, перевернулся на спину, мгновенно ощущая невероятную легкость во всем теле. События ночи быстро пробежались перед глазами. Это было великолепно! Адам с наслаждением потянулся, проводя руками по пустой кровати. Пустой? Только сейчас он понял, что лежит один, да и вообще, судя по всему, в квартире он тоже один. На обратном пути его рука наткнулась на лист бумаги. Адам заинтересованно поднес его к глазам, пробегаясь взглядом по написанному. Студент значит. Адам ухмыльнулся, но тут же вспомнил про время и вскочил с кровати. У него же самого сегодня первый рабочий день в качестве преподавателя! По закону подлости нормально соскочить он не мог. Запутавшись в одеяле, он чуть было не упал на пол, и, так до конца и не выбравшись, поскакал в душ. Быстренько приняв душ, он задумчиво уставился на шкаф. Это будет сложно. Нет, нормальной одежды у него было предостаточно, но ее еще надо было найти. Не пойдет же он к студентам в джинсах и майке? Так штаны и голубая рубашка навыпуск? Пойдет. Быстренько одевшись и на ходу заглянув в зеркало, он вылетел из квартиры. Так, аудитория номер три. Еще бы знать, где эта чертова аудитория находится! Не университет, а лабиринт какой-то. Так, первая, вторая , а…. вот и третья. Адам поправил воротник рубашки и, вспомнив, что он все-таки преподаватель, зашел в зал. Да, зоопарк на выгуле. Ну, ничего. Где наша не пропадала? — Доброе утро! – поздоровался он со студентами. По залу прокатился восхищенный женский шепот. – Меня зовут Адам Ламберт, я ваш новый преподаватель. По ходу лекции я буду с вами знакомиться. А сейчас давайте повторим прошедший материал, и мой предшественник профессор Биргман сообщил мне, что на сегодня у вас было задание, которое я опять же по ходу лекции у нескольких человек спрошу. Да, со мной такого не прокатит. Вы пришли сюда учиться, значит, будем учиться. Итак, Чарльз Диккенс “Большие надежды”. Кто скажет, какую основную идею Диккенс пытался донести до своих читателей? Адам обвел глазами аудиторию. Да, многого из них не вытянешь. Студенты смотрели на него как на восьмое чудо света, видно было, что если их и спрашивали, то крайне редко. — Ну, у кого какие мысли? -он снова поднял глаза. Руку поднял паренек на третьем ряду. — Да, мистер… — Каупервуд, сэр. — Не нужно этого “сэр”, мистер Каупервуд, — приветливо улыбнулся Адам пареньку, от чего тот ярко покраснел. — Я считаю, что одной из основных проблем, поднимающихся в этом произведении, является проблема классового неравенства, — он несмело поднял глаза на преподавателя. — Абсолютно верно, молодец, — похвалил он того, от чего тот покраснел еще гуще. – Это произведение отражает эпоху, и, как верно заметил мистер Каупервуд, этому периоду была присуща ярко выраженное социальное неравенство. Так называемая “социальная лестница”. Но это не единственная проблема. Еще идеи? Адаму нравилось издеваться над ними, ну, в хорошем смысле. Когда-то над ним точно так же измывались, и просто хотелось чуть-чуть отыграться. Надо их на первом занятии припугнуть, так, для стимула. Ему на глаза попался список имен, не хотят добровольно, будут принудительно. И пошло-поехало. Чего только он не услышал. Особенно смешными были идеи тех, кто не читал совсем. Как же трудно, наверное, гадать, если ты даже приблизительно не знаешь, о чем идет речь. Только Каупервуд постоянно тянул руку, с целью привлечь его внимание к себе. — И так, мистер Стенли … нет-нет мистер Рэтлифф, на чьем примере вы можете продемонстрировать суть данного вопроса. Обосновать его. — Я не знаю, — послышалось откуда-то сверху. По крайней мере, честно. — Почему? — В каком смысле почему? – переспросил Томми. Вот же Ж**А! — Мне интересно, почему вы не можете ответить на такой легкий вопрос, — пояснил Адам, начиная медленно подниматься по лестнице к отвечающему студенту. — Легкий для вас? – язвительно спросил Томми. ПУСТЬ ОН ОСТАНОВИТСЯ. — Для любого, кто читал эту книгу, мистер Рэтлифф, — Адам остановился, не дойдя пару ступенек до нужного уровня, и посмотрел на парня в очках. Откуда он знает этот голос? — Я не читал ее. -Вы так легко признаетесь в этом? — А чего врать-то? Если хотите, я могу даже заплакать для полноты картины, что мне безумно жалко, что я не имел удовольствие прочитать ее. — Перестаньте паясничать, мистер Рэтлифф, — что за наглость так разговаривать с преподавателем? – И все же ответьте мне на вопрос, почему? — Не было времени, — огрызнулся тот, — устроит ответ? — Нет, мистер Рэтлифф, — язвительно улыбнулся Адам, — у вас было достаточно времени на подготовку. Если не успеваете, то, думаю, несколькими вечеринками можно и пожертвовать, не так ли? Вам был задан небольшой отрывок, который с легкостью можно было прочитать за пару часов. Легли бы спать чуть позже, трагедии бы не случилось. Так чем вы занимались этой ночью, мистер Рэтлифф? “БЛЯТЬ!!! Ты, что слепой? Так, Томми, надо успокоиться”: пронеслось в голове у блондина. — Я не обязан перед вами отчитываться, — отрезал он. — Вы не уделяете внимание моему предмету, и я имею право знать почему, — невозмутимо ответил Адам. А парень строптивый! – Так что, чем вы занимались? — Не думаю, что вам это интересно, — улыбнулся ему Томми. — А вы уж постарайтесь меня заинтересовать, мистер Рэтлифф, — ухмыльнулся Адам, — я жду ответ на вопрос о вашем времяпровождении. — Чем я занимался? Тааак…чем же я занимался, — протянул Томми, изобразив на лице сложный мыслительный процесс, одной рукой снимая с лица очки, — дайте-ка подумать…. БОЖЕ, ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ!!! Адам был в таком шоке, узнав в наглом студенте своего любовника. ЧТО ЖЕ ДЕЛАТЬ? Успокоиться и взять себя в руки. — Все с вами ясно, мистер Рэтлифф, — невозмутимо произнес он, встречаясь взглядом с глазами цвета горячего шоколада, — задержитесь после пары. Это понятно? — Да, мистер Ламберт, — съязвил блондин, улыбаясь одной из своих самых красивых улыбок. ЭТО КАТАСТРОФА!!! Что он ему скажет? Адам пока не знал. — Твою мать, Томми, что это еще за фокусы? – взорвался Мэтт, едва прозвенел звонок. — Тсс, Метт, давай потом поговорим, — ответил Томми, прокручивая в голове возможный предстоящий диалог. Наконец, последний человек покинул аудиторию. — Я ничего никому не скажу, — быстро проговорил Томми, подходя к Адаму, — так что можете не волноваться по этому поводу. Просто забудем. — Да, забудем, — Адам посмотрел на Томми. Его взгляд упал на засос на шее, и в голове прокрутилась их горячая прелюдия в коридоре. ТАК, ОБ ЭТОМ НАДО ЗАБЫТЬ. — Вот и порешили, так я могу идти, мистер Ламберт? – поинтересовался Томми, стараясь как можно быстрее сбежать отсюда. Какой же этот чертов Ламберт красивый!!! — Не называй меня так наедине, — это неожиданно, — когда мы вдвоем, говори мне ты. Я не могу быть на “вы “ с человеком, с которым трахался. — Хорошо,… Адам, — согласился Томми. Адам дернулся от того, как сладко прозвучало его имя с этих прекрасных губ. ХВААААТИТ. — И еще одно,… — Томми, меня зовут Томми. — Томми, ты мой студент, и впредь я не потерплю подобной подготовки к занятию. И тот факт, что мы с тобой переспали, никак на это не повлияет. Понятно? — Конечно, — ослепительно улыбнулся в ответ блондин и вышел из зала. Господи, его улыбка….. Да, Адам, это будет сложнее.