колыбельная восточного моря.

                                  

***

                                  

#Моцарт — Реквием

                                         Тэхён оказывается в тёмном помещении, отовсюду слышится гул. Чуть помедлив, парень начинает оглядываться по сторонам. Темнота окружает, светловолосый кутается в тёплую ткань сильнее, потому что ни чужих объятий, ни чужой руки не ощущает. Безумно боязно, а ещё всё тело иголками холода пронзает.       Он проходит дальше и видит перед собой на коленях стоящего Чонгука; тот с прикрытыми глазами расположился перед неизвестным Тэхёну мужчиной, слушает его мелодичную речь и время от времени кивает. Тэхён тяжело сглатывает и подходит ближе, пока не чувствует, как кто-то толкает его, и, в конечном итоге, юноша падает на колени и сам.       — Я ждал тебя, — произносит Чонгук, шире открывая глаза и осматривая младшего с ног до головы. Тэхён под тем взглядом ёжится. Неприятно, непривычно. Он в ответ лишь растерянно улыбается, а после поднимает глаза кверху.       Перед ними в царских одеяниях и с короной на голове сидит некто: у него властный взгляд, статная фигура и аура победителя. Именно такие люди, что-то подсказывает юноше, завоёвывают государства. Тэхен не удивился бы, узнай о том, что один из таких и покушался на его земли, покушался на него самого.       Быть драгоценностью своей земли не так просто: на тебя возлагает большие надежды твой народ, на тебя открыта постоянная охота средь соседних государств. Тэхён вечно жил в страхе, но частенько бросал этому страху вызов — играл со своей судьбой. Потому и оказался тогда перед кораблём — вечный интерес всегда был и слабостью, и погибелью.       И сейчас нет гарантий того, что Тэхён останется жив. Быть может, он подписал собственноручно договор, в котором о рабстве и скорой казни говорится.       — Скажи, ты хочешь остаться со мной? — услышать голос Чонгука сейчас — неожиданно, и Тэхён легко вздрагивает, боясь даже мельком взглянуть на темноволосого.       Пугает. До безумия страшно.       Он лишь кивает, а Чонгук улыбается нежно, беззаботно, осматривает парнишку и вдруг на ноги поднимается.       Тот самый человек, что до того восседал на троне, приподнимается и кланяется перед Чонгуком, а Тэхён ничего не понимает. Совершенно ничего, даже предположить не может.       — Спасибо, Намджун-и, — проговаривает Чонгук и сменяет молодого человека, присаживаясь на трон. Тот самый Намджун надевает на его голову корону и ещё раз кланяется, спускаясь по маленьким лестницам в сторону Тэхёна.       — Рад служить Вам, Ваше Величество.

О, как. Значит…?

      — Поднимайся на ноги. Ты теперь числишься трофеем в прекрасной коллекции моего господина. И пойдёшь со мной, — говорит Намджун и берёт Тэхёна за руку, уводя за собой.       Тэхён смотрит вслед, слышит где-то вдалеке печальные крики сирен и хочет вместе с ними уйти на тёмное дно бушующего моря.                     

***

***

***

                           Ким в последний раз слышит семь нот колыбельной восточного моря, что в сознании возникают и по сердцу без лезвия больно режут.       Он убежал, отпросившись на прогулку, а теперь стоит на берегу утёса с распростертыми в разные стороны руками — словно белыми могучими крыльями — и вдыхает воздух-свободу.       Делает шаг, прикрывает глаза и, в доказательство своего бесстрашия, принимается напевать песенку, берущую из детства свои корни; Тэхён дожидается, пока дыхание выровняется — тогда он и сделает шаг в неизвестность.       Чонгук сильно ранил, Чонгук, как и океан, лицемерен. С одной стороны — спокойный, ничего не предвещающий, а потом — ненасытный, пожирающий, утягивает на глубину и не оставляет шанса на спасение.       У Кима нет сил к сопротивлению, у Тэхёна нет другого выхода.       Поэтому…

Шаг и пропасть.

                                  

***