Проблема.

— Вали из моего дома нахер, Пиноккио! — Злобно кричал Генри, бегая за мной, чтобы надрать мой зад. Раньше я начинал утро с кофе, а сейчас с бега от моего усатого соседа, который злобно кричал и матерился за моей спиной. Ну ничего, когда я открою его чёртов подвал, он ответит за это. Да, вы можете называть мелким пакостником, вором, вандалом, или же просто мудаком, но я от своего не отрекусь. Меня зовут Джеймс, мне двадцать шесть, я омега и, как многие меня называют, пакостник. Приятно познакомится. — Шагай лесом! — Азартно прокричал я и быстро забежал по лестнице на третий этаж, убегая в комнату и прячась под кровать. Так, этот усатый крендель проверяет шкаф, смотрит по сторонам, и заходит в другую комнату. Он вышел и... Да, он спустился! Вылезая из-под кровати я поднял пыль, которая так и норовила осесть на моей одежде. Судя по-всему, она была многовековой. Из-за её количества в носу что-то неприятно защекотало. А ведь на первый взгляд не скажешь, что сосед неряха. Я чихнул настолько громко, что вороны за окном разлетелись кто куда. Шаги соседа остановились, после чего быстро понеслись на третий этаж. — Блять, приехали, называется! — В сердцах выругался я, проклиная мою аллергию, пыль под кроватью и, вдобавок, соседа, который не удосужился прибраться и помыть пол. Ну всё, теперь я как готовенький, ведь с постоянным чиханием далеко не убежишь и нигде не спрячешься. Сосед же стоял в проходе, опираясь на косяк плечом и ухмыляясь моему великому горю. Да, возможно, я преувеличиваю, но извиняться за это не буду. — Попался, аллергик? — Усмехнулся Генри, хватая меня за шкирку и идя к выходу. Вот падла, знал же, что я расчихаюсь, специально оставил пыль под кроватью. И я с удовольствием бы послал его в великое и интересное место, да постоянное чихание не даёт, к сожалению. А так хотелось! Выбросив меня из своего дома, из-за чего я проехался своим длинным носом по траве, он хлопнул дверью, оставляя меня один на один в борьбе с собственным организмом. Ну ничего, пойду домой, выпью таблетки от аллергии, и продолжу своё своеобразное исследование в этом доме. Уж поверь, если я хочу что-то узнать, я это узнаю, усатый ты мудак.

***

Отлично, пока Генри пытается меня найти на первом этаже, я поднялся на четвёртый, осматривая комнаты. С прошлого раза он куда-то спрятал лом, который лежал на втором этаже. Ну отлично, и где мне его искать, скажите на милость? Внезапно, жар прошиб всё моё тело, заставляя меня упасть на колени из-за слабости, которая разливалась в конечностях. Дыхание резко сбилось, а лицо запылало жарой, как чёртов костёр Течка. — Твою мать, твою мать! — Кажется, я уже в тысячный раз проклинаю свою сущность. Вот почему я не родился бетой?! Не страдал бы от течки или гона, жил бы в своё удовольствие. Конечно, детей бы не было, но кто отменял детские дома? Пожалуй, ситуация хуже быть не может. Хотя нет, если сосед окажется альфой, то всё будет гораздо хуже. Буду просить, молиться, приносить жертвоприношения, если понадобится, если он окажется бетой. Потому что из него хрупкая омега, которая благоухает цветами, как из меня хороший сосед. Хотя я тоже не пахну садовой клумбой, что уж говорить. Судьба всегда относилась ко мне с ненавистью, о чём я узнал во время первой течки. Ведь я пах чёртовым коньяком, что ну никак не сочеталось с моей сущностью нежной омеги, которая должна сидеть с детьми и кидаться на шею своему муженьку. Хотя, единственное, что сочетается с этой самой сущностью, это моя любовь к детям и худощавое телосложение. Так, нужно подняться, перестать жаловаться на свою судьбу, и по-тихому свалить домой, пока мой дорогой сосед не пришёл. Что-что, а своё состояние мне показывать не шибко хочется. Нужно собрать всю свою силу, подняться, и... — Какого... — И учуять запах кардамона от вошедшего на четвёртый этаж соседа, который шумно вдыхает мой запах. Отлично, просто, блять, замечательно! Нужно куда-то уйти, убежать, спрятаться, нужно сделать хоть что-нибудь! И я выпрыгнул из окна. Окна на четвёртом этаже. Падая вниз, я перебрал в своей голове все известные мне ругательства со старшей школы. Достойное окончание жизни, нечего сказать. Эх, а я думал, что умру в глубокой старости в окружении детей и внуков. Иногда я сам поражаюсь своей тупости. Я упал вниз, на удивление, живой и в сознании. Неужели судьба решила побаловать идиота и подарить дополнительные деньки жизни? Но сразу вскрикнул и перевернулся на спину, так как нога жутко заболела. Я очень надеюсь, что это не перелом. Посмотрев на окно, я встретился взглядом с зелёными глазами, которые взволнованно смотрели на меня. Я быстро вскочил и попытался уйти, но из-за ноги, которая решила послать меня далеко и надолго, я вновь упал. Похоже, течку я буду проводить наедине с больной, возможно сломанной, ногой. А если не попытаюсь убежать, то ещё и с соседом. Лоб неожиданно стал мокрым, и я провёл по нему рукой. На руке осталась кровь, которая, естественно, текла из моей пустой тыквы. Видимо, судьба передумала и решила меня не щадить. Как я говорил ранее, она меня ненавидит, судя по всему, ещё с рождения. Хочется спать, и чёрт с этим соседом, который трясёт меня за плечи и громко зовёт. Он подождёт.

***

Голова на пару с ногой ныли, пытаясь, видимо, помучать меня. Ох, сколько я вчера пил и откуда по пьяни прыгал? Нет, насколько я помню, вчера я не пил, да и не на что мне пить. А который вообще час? — Джимми? — Ох, боже, я вспомнил. Внезапная течка, прыжок из окна, как в хреновом боевике, кровь. Может, если я не буду двигаться, то он подумает, что я всё ещё в отключке? — Прости меня. — Простить? За что прощать-то? Я же сам в окно сиганул. И сам постоянно лезу к нему в дом, чтобы открыть этот несчастный подвал. —Я не думал, что ты так испугаешься и прыгнешь в окно. Серьёзно, если ты не откроешь глаза, я... Я просто не знаю, что я буду делать. Всё-таки я умудрился к тебе привязаться, засранец. — Неожиданно, однако. Становится как-то стыдно, я же всё-таки живой, в сознании, а он волнуется. Но, тем не менее, очень любопытно, скажет ли Генри ещё что-нибудь. — А я ведь не хотел тебе это говорить, но, видимо, придётся. Джеймс, ты мой избранный. Я это сразу понял. — Что? Нет, это, наверное, шутка. Он же просто шутит, да? — Ты уж прости, что первый раз, когда ты пришёл знакомиться, я вышвырнул тебя. Я не хотел, чтобы ты привязывался ко мне. Ты бы нашёл себе молодого и сильного альфу, женился, завёл бы детей, и жил бы себе. Ведь на кой тебе сораколетний, не самый красивый, и пугающий всех в округе альфа, компания которого ограничивается парой ворон? — Знаешь что, Генри? Пошёл ты, я никогда не вписывался в рамки, и никогда не действовал ожидаемо. Я открыл глаза и посмотрел на своего усатого соседа. Тот смотрел в окно и гладил меня по голове. На руках, что удивительно, перчаток не было. Я уж думал, что они там на веки вечные. — А вдруг, он нужен мне? — Генри заметно вздрогнул и отдёрнул руку от моих волос, после чего повернулся ко мне и посмотрел прямо в мои глаза. — А вдруг мне нужен сорокалетний, довольно красивый, загадочный, чёрт возьми, альфа, который разговаривает с воронами? А, Генри? — Я усмехнулся и сложил руки на груди, наблюдая за тем, как Генри шокированно смотрит на меня. — Боже, ну мог хотя бы обнять, чего застыл, как статуя? — Он протягивает руку и... Даёт мне подзатыльник. Ноющая боль в голове стала не ноющей, а кричащей в агонии. Нет, не этого я ожидал после признания в любви, далеко не этого. — За что?! — Я схватился за больную голову и злобно посмотрел на Генри. Если я мог, с удовольствием бы прибил его. Будто не понимает, что голове и без него не очень хорошо, так ещё и подзатыльник сверху накладывает. Хотя, не думаю, что люди часто падают с четвёртого этажа. — Совсем сдурел из окон прыгать?! — Он схватил меня за плечи и нахмурился. А скажите, пожалуйста, из-за кого я, собственно, прыгнул? Правильно, из-за своей дурной головы, которая не придумала ничего лучше, чем прыжок с четвёртого этажа. — Я признаюсь во всех смертных грехах, только не ори. Голова болит. — Сосед отпустил мои плечи и вздохнул. — Когда ты потерял сознание, я уже подумал, что ты решил отбросить коньки на моём газоне. Больше не прыгай из окон, иначе ты помрёшь из-за потери крови, а я из-за инфаркта. — Генри настолько крепко сжал меня в объятиях, что я почувствовал, как внутри меня хрустнул позвоночник. Или это были сломанные рёбра? — Если ты меня не отпустишь, я умру из-за поломки костей. — Сосед, явно нехотя, отодвинулся от меня, после чего нахмурился. — Так с хрена ли ты выпрыгнул? — Я пожал плечами, после чего усмехнулся. — Я испугался, подумал, что ты попытаешься меня изнасиловать, после чего решил сбежать. Первое, что мне пришло на ум — окно. — Сосед скептично поднял бровь. Нет, я точно уверен, что его усы только что шевельнулись. — Если честно, я хотел, но не смог. — Моя улыбка немедленно слезла, а лицо будто потемнело. С такой ситуацией я сталкивался довольно часто. — От запаха тошнит, да? — Я невесело усмехнулся, вспоминая судьбу, которая за что-то очень меня не взлюбила. Генри же помолчал, подошёл ко мне, и уткнулся носом в мою шею, щекоча её усами. От такого проявления... Эм... Заботы, я, мягко говоря, охренел и покраснел. Проведя в таком положении пару минут, Генри оторвался от своего дела, после чего поцеловал меня. Ох чёрт, ох чёрт, что мне делать? Надо положить куда-то руки? Положить их на плечи, может, обнять его? Что мне вообще делать?! Так, спокойно, мать твою, Джеймс! Не паникуй, всё нормально! Не веди себя как девственица, ей богу! Хоть ты и девственник, никого не ебёт. — Твой запах чертовски возбуждающий, Джимми, ты это знал? — Сказал Генри, укусив мою мочку уха. Ещё немного, и я сожгу диван своим жаром. Вот гад усатый, сразу нашёл моё слабое место. Но чертовски любимый гад, чтоб его. — Скажи моё имя ещё раз. — Пожалуй, я никогда так жалостно не звучал. Но то, как Генри произносит моё имя, просто уносит меня на седьмое небо. Тот, ухмыльнувшись, выдохнул мне в шею, после чего лизнул её. — Джим-м-ми. — Он протянул эту несчастную "м", слабо укусив мою шею. Кажется, я умер и заново воскрес. А если это рай, то я рад, что упал с четвёртого этажа. Я чувствую себя так, будто парю, а не лежу на диване. А, стоп, я и правда не лежу на диване. Генри взял меня на руки и, пошло улыбнувшись, понёс куда-то наверх. И правда, я думаю, что на диване будет не очень удобно. Положив меня на кровать, Генри снял с меня рубашку, посмотрел на меня, после чего повторно поцеловал. Я даже не заметил, когда комната наполнилась запахом коньяка со слабым оттенком ванили. Нотка омеги, которая появляется, когда я возбуждён. Кажется, не одному мне это нравится. — Я обожаю ваниль. — Тихо сказал Генри, вновь уткнувшись носом в шею. Если он продолжит меня так мучать, я сам повалю его на кровать. Хм, что там делали омеги в этих порнофильмах, чтобы поторопить своего избранника? — Ге-е-нри, быстрее, прошу. — Жалобно, но довольно пошло сказал я, смотря на то, как загораются глаза моего любовника. Кажется, сработало, он в восторге. — Ты хоть понимаешь, как я хочу тебя? — Генри оставил ярко-алый засос на моей шее, из-за чего я не выдержал и застонал. — Я люблю тебя, мерзавец. — Я тоже тебя люблю, гад, но если ты не продолжишь, я сойду с ума. — Я шеей почувствовал его улыбку, после чего он вновь лизнул меня. Нет, он точно хочет, чтобы я свихнулся от перевозбуждения. Pov Автор. Джеймс поднялся на локтях и снял с Генри фиолетовую безрукавку, после чего начал соблазнительно растёгивать пуговицы, пытаясь подразнить нетерпиливо порыкивающего альфу, который пытался сдержаться и не повалить длинноносого хитреца. Но следующий поступок снял все тормоза и дал зелёный свет Генри. Джеймс, наклонившись, лизнул член соседа через его брюки, смотря ему прямо в глаза, после облизнулся и улыбнулся. Генри нетерпеливо поцеловал Джеймса, надавив рукой на бугорок в джинсах, получив в ответ благодарный стон и те же действия со стороны омеги. Неожиданно, Джеймс залез на бёдра своего соседа, смотря ему в глаза, и потёрся задом о проблемное место Генри, после чего прошептал ему на ухо: — А как хорошо он будет чувствоваться во мне, м? — Генри усмехнулся и снова повалил Джеймса на спину, растёгивая его штаны, попутно целуя его. — Ты маленький развратник, Джимми, ты знаешь? — Наконец отправив джинсы в далёкое путешествие в угол комнаты, Генри оторвался от поцелуев, решившись насладиться видом раскрасневшегося, тяжело дышавшего омеги, который нетерпеливо стонал под ним. — Но я твой маленький развратник, Генри. — Джеймс растегнул ширинку соседа, что получилось далеко не с первого раза из-за дрожащих пальцев, и снял его боксёры, открывая вид на довольно немаленьких размеров член. Генри, поняв идею омеги, устроился поудобнее для себя и для Джеймса, сразу захлебнувшись стоном, когда парень взял в рот достоинство своего любовника, смело орудуя языком и доставляя удовольствие альфе. После пары минут таких действий Генри потянул Джеймса наверх для поцелуя и снял более не нужный и последний элемент одежды омеги. — Готов? — Генри вновь прикусил мочку уха парня, на что получил тихий стон и кивок. Медленно войдя в него, Генри остановился, давая Джеймсу возможность привыкнуть к ощущениям, хотя сам сгорал от возбуждения и желания. — Блять, Джеймс, какой же ты узкий. Я люблю тебя. — Джеймс простонал и двинул бёдрами навстречу, давая понять, что готов к продолжению. Генри нетерпеливо рыкнул и начал двигаться, получая неземное удовольствие от одного вида и стонов омеги. Джеймс же обнял своего любовника за шею и шептал ему на ухо какие-то пошлости и просьбы. Почувствовав, что приближается к развязке, Генри укусил омегу за шею, оставляя метку, на что получил громкий стон от Джеймса, и тот кончил, сжимая соседа настолько сильно, что у того начали танцевать звёзды перед глазами, и он кончил вслед за омегой, завязывая внутри узел. Генри лёг, нет, упал рядом с Джеймсом, пытаясь востановить дыхание. Когда он более-менее отдышался, он обратил внимание на своего любовника, который трогал свою метку, размазывая кровь. — Ох чёрт, прости, я... — Закончить ему не дал Джеймс, который обнял его за шею и поцеловал. — И за что ты извиняешься? Раз уж мы избранные, то я рад, что теперь у меня есть метка, чтоб ты знал. — Сонно пробурчал парень и лёг на своего усатого соседа. Генри с облегчением вздохнул, радуясь, что Джеймс ни о чём не жалеет. Пока он размышлял об этом, Джеймс успел уснуть, что-то тихо бурча себе под нос. Генри, поправив одеяло, обнял омегу и, последовав его примеру, уснул. Ведь течка будет продолжаться ещё около недели, так что у них есть, чем заняться.