Невыполнимые зарисовки

Хант висел, едва удерживаясь немеющими пальцами за прутья на днище лифта. Как же унизительно это было. Уокер же спокойно, оценивающе разглядывал противника, возвышаясь над Итаном, как огромная скала. Жалкий, запыхавшийся и совершенно растерянный, агент понимал, что сейчас его жизнь в руках этого предателя, и ждал, готовый принять смерть от его руки. Прямо сейчас его могли убить как минимум двумя способами: выстрелить в лицо, что и порывался сделать в первый момент Август, или же просто наступить на слабеющие пальцы. И Хант, болтаясь над пропастью, пошел ва-банк. - Ты ведь не убьешь меня? - голос дрогнул. Не от страха, а от того, как сильно сбилось дыхание после долгого бега. Уокер тяжело вздохнул, чуть отвел глаза и прикрыл их, как будто сожалея. - Нет, не убью. Итан прерывисто вздохнул, непонимающе прищуриваясь. "Почему же, Август? Потому что твой босс помешан на мне?" Говорить это вслух не стоило, и Хант не сказал. Смотрел на него - красивого, уверенного в своих действиях и своей идее. Жаждущего довести дело до конца. Да вот только все менялось, когда взгляд Уокера фокусировался на Итане. Брови сдвигались к переносице, желваки ходили ходуном, а глаза как будто горели сожалением. - Я злю тебя? - Да, - прорычал Август, скрещивая руки на груди. Хант ждал. Ждал, что сейчас ему скажут причину. Нет, разумеется, все и так ясно: он мешается у Уокера под ногами, не давая завершить задуманное. Зачем спрашивать. Почему так хочется, чтобы он сказал это вслух. - Почему, Уокер? - перестань его провоцировать, Хант, ведь ты не в выигрышном положении. - Потому что... я тебя.., - лифт с грохотом остановился, не давая Августу договорить. Толчок будто сбил его с мысли, и он, тряхнув головой, отогнал ненужное и лишнее сейчас. Уокер развернулся и вышел из лифта, поднимаясь по лестнице на крышу. Итану было никак не успеть, но услышать ответ до конца хотелось настолько сильно, что он все равно побежал следом, продолжая погоню. С крыши уже взмыл в воздух вертолет. Из него на Ханта жадно смотрел Соломон Лейн. Но сейчас Итану было не до Лейна. Его интересовал только Август. Поймав его полный боли взгляд, Уокер махнул неопределенно рукой, прикрыл на секунду глаза, будто прощаясь. Хант был уверен (а может, ему показалось), что губы Августа все-таки шевельнулись, договаривая начатую в лифте фразу. "Люблю".