Бар

Была обычная пятница и Слава вновь решил рвать клубы своими пьяными выходками.Тот обзвонил почти весь Antihype, но свободен оказался, как часто и бывает, Замай.Через неопределённое время Андрей стоял на пороге дома друга. — Бля, привет, старик, — Замай протянул руку Славе и вошёл в комнатусральник.Атмосфера была такая себе: грязные тарелки по всему полу, валяющиеся вещи на диване. — Нажремся, как коты ебанные? — с энтузиазмом спросил Слава. — А то, только где? — спросил друг и в голове уже начал перебирать всевозможные варианты.Слава делал тоже самое, только вслух.Замай всё предложения отвергал. «мы там уже сто раз бухали,», «там делать нечего», и наконец просто «Не хочу я туда, блять, идти.Мне об стену уебаться?» — 1703? — больше от безысходности, чем как вариант предложил Слава. — Да, — воскликнул друг. — Ебать ты гений! Это сарказм был, - пытается облагоразумить друга. — Давай лучше на хате заебашим всё. Оставаться в этом мусоре — хуйня вариант.Всё бы ничего, если бы Андрей не из такого же сральника приехал.Хотелось чего-то нового.Андрей посмотрел на парня вопросительным взглядом. — Пошёл, блять, нахуй, это не тру.И вообще… — Не будет там Мирона, — перебил того Замай.Андрей едеинсвенный из всего Antixype знал о том, что у Славы на душе — тоже, что у всех людей застрявшись в подростковом возрасте, а если точнее — боль и не разделённая любовь.Только у КПСС она была не только моральной, но и физической.Однажды, когда парень впервые включил трек Мирона, у него на коже образовалась металическая хуйня.Это оказалось браслетом, реагирующим на голос, вид и нахождение солумалейта рядом.Если он рядом, то браслет начинал сжиматься и иногда до такой степени, что из запястья сочилась кровь.Слава неоднократно пытался его снять, но всё четно.А разговаривать с Мироном он даже не собирался. «Этот, сраный, жид, меня нахуй быстрее пошлёт, чем выслушает ещё одно слово в свою сторону.Я несколько лет стебал его, а тут «Мы соулмейты.»Хуй там! Я тру! Я выдержу!» Андрею эта позиция, всегда, казалась смешной и детской.Ведь всегда можно забить на всё хуй и начать сначала, но КПСС был против. — Ну даже если он там будет, то как раз проговорите. — пытался подбодрить Андрей. — Пошёл нахуй.

***

Спустя хуеву тучу времени Замай всё-таки уговорил друга поехать, но всю дорогу Слава думал о том, какой же он кретин.Конечно, из-за Мирона можно и в гомосексуализм податься, но не после всего, что было. Зайдя в бар почувствовалась своя атмосфера, стиль и что браслет на запястье начал скручивать руку парня. — Ебанный пидор, — обратился Слава к Замаю. — Я хотел просто выпить.Нахуя мы здесь? В купидона поиграть решил? Мне нахуй сейчас руку оторвёт. — парень орал не своим голосом и посылал всё и вся.Никто не обращал внимание, все пили.А Андрей только хотел закатать рукав Славы, как тот отодвинулись его руки. — Всё нормально, я перегнул. «Ебать, по моему, по браслету ещё и биполярка передаётся.» Слава увидел Мирона, который сидел с Ваней за дальним столом и почувствовал жжение в груди, и кровь, которая капала во внутрь, благо, чёрной толстовки.Это заметил Андрей.Парни выпили по рюмке коньяк, первая, вторая, третья. — Я читал, что прикосновения помогают.Пойди просто с ним поздоровайся. — предложил Замай. — Нет. — Я тебя потом откачивать не буду. — друг пытался перевести все в шутку. — То есть, если у меня от этого браслета окончательно сорвёт крышу и я полезу его целовать, то ты меня откачаешь, после его удара, да? — в том же духе сказал КПСС. В ход пошла четвёртая и пятая рюмка.Народу в баре лишь прибавлялось.Слава кривился от боли и чуть не выл.Хотелось снять этот ебучий браслет и разебать его об ебучую лысую голову.Всё восхищение Окси, подражание, откровенные сны и бессонные ночи — уходили на второй план.Сейчас просто хотелось освободиться от браслета. Карелин встал со стула и подошёл к Мирону. — Мирон Янович, а не изволите ли вы выйти со мной на улицу? — пьяно улыбнулся парень.Мирон поднял взгляд, а у Славы, вроде, остановилось сердце.Он рассматривал его глаза и понял, почему именно Мир, его пара. «Где вы ещё найдёте такие глаза и ресницы? Ни у одной красотки таких нет!» — Если ты накидался — это не повод лезть к нам. — вдруг сказал Ваня. — Ладно. — ответил Мирон. — Ладно? — толкнул его друг в плечо. — тебе тоже уже спать пора, да? Окси слышал, не слушал друга.Он просто вышел, потому что ему захотелось, будто это было важно.И его чутьё не ошиблось.На улице шёл дождь, но это никого не остановило.Питер, епта. Некоторое время парни просто стояли молча, то вглядывался в лица друг другу, то Слава уводил глаза в пол. «Зачем я это сделал?Почему он ещё не ушёл, блять!Сука, легче было бы.» — Ну, блять, как сказать. — Карелин просто засучил рукав толстовки.Зрелище было не из приятных.Почти кровавое месиво, поверх которого был браслет. — Это из-за тебя. — Слава сказал это так чётко, будто боялся, что получится невнятно и придется говорить ещё раз.Это даже не признание в любви, это что-то на другом уровне. — Ничего мне не скажешь? — спросил Слава наконец подняв глаза.По его щеке стекала капля дождя, хотя, может это был и не дождь.Мирон потянул руку к его лицу и вытер её большим пальцем.Не настаивая, аккуратно, прощупывая почву.Почувствовав, что Слава не будет ёжиться и свободно впускает его в своё пространство — Мирон накрыл его губы своими и нежно, без напора, поцеловал парня, сжимая сначала верхнюю, а затем нижнюю губу и чувствуя, как Карелин старается сдерживать улыбку, дабы не разорвать поцелуй, который он так давно желал. Отстранившись, Мирон закатил рукава розовой рубашки, из-под которой виднелся браслет точь в точь повторяющий Славин.