Сейчас я согрешу

      Священник стоял в пустой церкви, поджигая свечи у алтаря. В храме стояла звенящая тишина, которая прерывалась лишь тихими молитвами священника. Кастиэль подошёл к алтарю и открыл книгу, начиная читать молитву на ночь, молясь за всех согрешивших и прося прощения у Бога. Неожиданно для Кастиэля огонь на свечах начал танцевать, гроза на улице стала ещё свирепее, сокрушая все на своем пути, не жалея никого. Кастиэль огляделся, но больше никого в пустой церкви не нашел. Он поежился и, посмотрев в витражное окно, на котором был изображен Святой Михаил, поразивший змея, и увидев, что за ним темно, он продолжил молиться, сложив ладони, перебирая сухими и потрескавшимися губами слова молитвы. — Так так так, что это тут у нас? — раздался смех сзади священника. Кастиэль в испуге обернулся и увидел перед собой мужчину, который стоял недалеко от алтаря и самого Кастиэля и хитро улыбался. — Кто вы? Как вы сюда попали? Я не слышал, чтобы дверь открылась, — Кастиэль спустился с платформы и остановился. Мужчина улыбнулся ещё шире и подошёл ближе, подняв подбородок вверх. — Я пришел покаяться, — мужчина подошёл ещё ближе так, что между ним и священником осталось несколько шагов, — я грешил, Святой Отец, я много грешил, мне же можно покаяться? — мужчина подошёл ещё ближе, заглядывая в глаза священнику. — Как вас зовут? — спросил Кастиэль мужчину, все ещё испуганно озираясь по сторонам. — Дин, меня зовут Дин, Святой Кастиэль, — улыбнулся Дин. — Вы хотите покаяться? — снова спросил Кастиэль. — Да, хочу, отпустите мне мои грехи и, поверьте, у меня их много. — Я считаю, что тебя можно простить Дин, Бог все видит, и он сможет отпустить тебе твои грехи, если ты постараешься больше не совершать их. Ты должен просто быть искренен со мной, и тогда я смогу тебе помочь, — ответил Кастиэль, но вместо ответа от Дина он услышал смех, который прошёлся эхом по церкви. — Хорошо, я покаюсь, я буду искренен с…тобой… Святой отец, — Кастиэль начал паниковать, но быстро оправился и провел Дина в исповедальню. — Мммм…нет, может не пойдем туда, тут же тоже можно? — Дин обвел руками скамьи и алтарь, улыбнувшись священнику. — Ну тут не положено, но раз так, то хорошо, — Кастиэль сел на скамью, Дин сел рядом, — клянись, что будешь говорить только правду и будешь искренен перед Богом, — попросил Кастиэль. — Клянусь, — все так же улыбаясь пообещал Дин. Кастиэлю совсем не нравился этот мужчина и не нравилось то, как он себя ведёт. Но он не имеет права судить людей, он имеет право понять их. — Так что же тебя тревожит, Дин? — Я убивал людей, — Кастиэль вздрогнул и сглотнул, но Дин улыбнулся и продолжил дальше, — я лгал, я предавал, я извращал людей, я делал самые страшные поступки, за что и попал в ад, — Дин склонил голову, смотря на ошарашенного Кастиэля, — я признаюсь в том, что я демон, что я грешен и что я хочу одного священника, — Дин показал свои черные глаза, хватая священника, и кинул того на пол, прямо у алтаря, — и я признаюсь, Отче, что хочу сейчас согрешить, — демон склонился к Кастиэлю и поцеловал его в губы, жадно скользя по ним языком, врываясь в рот. Кастиэль закричал в поцелуй, пытаясь скинуть с себя это существо, — прости меня , Отче, ибо я грешен, — демон перевел взгляд на Кастиэля и сверкнул своими черными глазами, показывая свой хищный оскал, — я очень грешен. — Закрой свой рот, Кастиэль, — прорычал Дин, но потом сменил гнев на милость, — ну же, Кас — демон невежливо сократил имя священника, проводя пальцами по его губам, — ты же хочешь, я это знаю, я чувствую это, я же демон. Я чувствую все твои страхи, все твои желания, я чувствую все, — демон посмотрел в глаза испугавшемуся Касу, улыбаясь, — ты боишься меня. Правильно делаешь. Я опасен, я очень опасен, даже для тебя, хотя тебе мне хочется делать больно больше всех, — демон улыбнулся, облизывая свои губы, — такой чистый, меня сейчас стошнит. Я хочу тебя. — З…зачем я тебе?! — закричал Кастиэль, начиная читать молитву, стараясь не смотреть на Дина. — Смешно, ты ещё в меня святой водой плесни, — улыбнулся Дин, — на меня это не действует. Может, на каких-то мелких шавок, но не на меня точно, ну что? Начнем греходеяния? — Дин снова поцеловал Кастиэля, срывая с него одежду, оглаживая сопротивляющееся тело руками, — не надо сопротивляться, хотя тебе в любом случае будет больно, но это твое дело, на тебя мне плевать, — Дин перешёл на шею, ставя кровавые засосы, кусая ее до крови, смотря на все это с каким-то садистким выражением лица, — и ты ещё священник? Служитель Бога? А вот и обломись этому зазнобу, ты — мой. Ты моя маленькая овечка, которая боится меня и будет слушаться, как только я занесу над ней хлыст. Ты не божье создание, ты исчадие Ада, настоящее, — Дин уже любовался голым телом, которое лежало под ним. Кастиэль рыдал, пытаясь прикрыться и оттолкнуть демона, все время сквозь слезы нашептывая молитвы, пытаясь просить помощи у Бога, но тот будто не слышал его.       Кас закричал. Нет, он не просто закричал, он завизжал, когда Дин раздвинул его ягодицы в стороны и, немного сплюнув на дырочку, вошёл. Буквально на сухую, раздирая своим членом анус Кастиэля, двигаясь почти сразу и набирая быстрый темп. Кастиэль рыдал. Он молил прекратить это, но Дин его будто не слышал, он улыбался и смеялся на каждый вскрик или всхлип Кастиэля, любуясь, как из ануса вытекает кровь. Порвал. И хорошо так порвал, заживёт не сразу. Дин конечно мог бы и вылечить, но он этого делать не будет, конечно, потому что этот священник должен помнить, чей он и кому принадлежит, он собственность Ада. Собственность Дина. Демон трахал его прямо напротив алтаря, рыча, вбивая того в пол. — П…прошу, не надо, остановись! Прекрати это! — орал Кастиэль, но Дин на его слова лишь сильнее трахал его, сверкая своими черными глазами. Казалось, что вот-вот и у него вырастут рога и хвост. Когда Дин понял, что скоро кончит, он прокусил кожу на шее Кастиэля и с громким стоном кончил внутрь, заполняя разорванный анус спермой. Кастиэль закричал от боли, кончил с огромным позором, удовлетворяя этим Дина. Демон вышел из священника и встал, сразу оказываясь в одежде и непринужденно улыбаясь, будто ничего не случилось. Кастиэля потряхивало. Анус болел, его тошнило от отвращения к этому демону, к самому себе, казалось, что его сейчас вырвет на пол, но Кастиэль сдержался и просто ждал своей смерти, потому что жить после того, что сейчас было, бессмысленно. — Ха, ещё чего, не умрёшь ты, сладенький, ты ещё нужен мне ну и немного этому… Как его там?.. Ах да, точно, Богу, — Дин откинул Кастиэля ближе к алтарю и подошёл к священнику. — Гори в Аду, — выдавил Кас. — Горел уже, ничего интересного. Увидимся, прелесть, — Дин исчез, а Кастиэль поднял заплывшие глаза к изображению Михаила и закричал, ударив кулаком по полу. — Прости меня, Отче, ибо я грешен…