Дневник Heartbreaker'a

1 сентября Это уму непостижимо – как он смел так на меня смотреть. «Я не гей». Как бы не так. Говорить это и смотреть на меня так вызывающе, снизу-вверх, прожигая меня своим взглядом, что у меня аж рубашка на спине чуть не задымилась. Похоже, этот год будет очень веселым. Не правда ли, Новый Капитан. 2 сентября Это впервые на Соловьев так кто-то орал, используя при этом весьма красочные выражения. Я конечно же не Хаммел и меня таким богатым лексиконом не удивишь, но, черт побери, он назвал меня выпендрежником. Идиот. Он конечно, а не я. 3 сентября Урод. Идиот. Мудак. 4 сентября Урод. Идиот. Мудак. Но какое у него тело. Аааааа… Спасите!!! Похоже, у меня недодрах. 6 сентября Я болен. Я точно болен. Вчера у меня был секс (не супер – пупер, но и не «прогулка в парке»). Был секс, а я с жадностью рассматривал тело этого У.И.М. в раздевалки после физ. подготовки, чтобы потом подрочить. ПОДРОЧИТЬ!!! Скорую мне. Срочно!!! 7 сентября Я дрочу на этого урода, идиота, мудака… Яду мне! 8 сентября Он что издевается? С таким серьезным лицом рассказывать мне о том, что я делаю ошибку при одном из движений и при этом бессовестно лапать меня за зад. Черт… Мне нужен холодный душ – все еще ощущаю жар от его горячей ладони. 9 сентября Похоже единственный здесь идиот – это я. Зачем я поперся в этот торговый центр? Та девушка, она так липла к нему, а все что мне хотелось, это дернуть ее за руку и крикнуть в лицо: «Отвали от него». Я точно идиот. Больной идиот с разбитым сердцем. Разбитым? 12 сентября Решил его избегать. Но как? На носу отборочные и все время после уроком мы проводим в хоровой или в спорт зале, где оттачиваем танцевальные па. Впервые мне захотелось бросить хор. Что со мной? 15 сентября Впервые секс ничего не решил. Впервые вместо того чтобы почувствовать удовольствие, облегчение, я почувствовал разочарование и вину. Вину перед кем? 16 сентября Он впервые был так холоден. Даже когда я специально не попал в ноту, он даже не удостоил меня взглядом. Весь такой хмурый, неприступный, резкий. Весь такой не мой. Пишу это, а руки трясутся. 17 сентября Он видел меня. Видел с тем парнем. Мы особо и не скрывались. Корд просто прижал меня и поцеловал прямо в коридоре, наверное, на что-то надеялся после недавнего секса. Столько отвращения и осуждения во взгляде, будто я грязь, прилипшая к его ботинку. Больно. 18 сентября Он затащил меня в подсобку сразу после репетиции – такой сильный, обжигающе горячий, что у меня подкосили ноги. Он был груб, говорил резко, больно впиваясь пальцами мне в плечи, но я как зачарованный смотрел на его губы. Смотрел как они двигаются, произнося какие – то слова. Слова, которые я и не слышал, пока он не нажал мне на плечи, заставляя опуститься на колени. «Если ты такая шлюшка, то ты ведь не против у меня отсосать.» Теперь мне никогда не избавится от его вкуса, который будто втерся в мое нёбо. Теперь мне никогда не жить спокойно. 19 сентября Жар. Мое тело все горит. 21 сентября Наконец-то выпустили из лазарета. Простуда – твердил врач, но я-то знал истинную причину этого жара. Постельный режим два дня, и я как новенький. Хочу его увидеть. 22 сентября Жажду – вот, что я испытываю, смотря ему в глаза. Но чья она? Его? Или моя? 23 сентября Он смотрел на меня будто зверь – жадный, голодный, загнавший свою добычу в угол, упивающийся своею победой. Его прикосновения приносили мне боль, поцелуи казались укусами – он будто терзал мою плоть и мою душу, слизывал мои слезы, шептал слова признания. Я пуст – он меня выпил до дна. Утолил нашу общую жажду. Привязав, приковав меня к себе НАВЕК.