Oxxxtabor

3 сентября 2016 год Хмурое небо, сильные порывы ветра, периодически с неба капал мелкий дождь. Вполне себе обычный сентябрьский день в Питере. Друзья сидели на просторной кухне и выпивали, что-то бурно обсуждая. — Мальчики, — послышался голос Жени, но ее благополучно проигнорировали. — Мальчики! — уже громче сказала она, привлекая внимание. — Вы как свиньи! Соберите пустые банки соизвольте выкинуть! До первого этажа спуститься недолго. — Чур не я! — быстро сказал Евстигнеев, задев кончик носа пальцем. Порчи, даже не поняв, что произошло, повторил за другом. — И не я! — тут же произнёс Мамай. — Да вы чё, суки?! — возмутился Мирон, взмахивая руками. — Я рыжий, что ли? — Нет. Ты лысый. И ты идёшь выкидывать мусор. — Подытожила Муродшоева, протягивая ему пакет. — Ну Жееееек!.. — взвыл рэпер. — Давай, давай! — она всучила ему мусор и столкнула со стула. Мужчина с обреченным видом поплёлся к выходу. Ворча, как старый дед, Мирон накинул кожанку и спустился на первый этаж. Толкнув ногой дверь он достал сигарету, тут же всунув ее в рот и размерными шагами направился к углу дома. «Дожили: мусор выкидывай! Скоро ещё полы в офисе мыть начну!» — всё ворчал его внутренний голос. — С каких это пор великий и ужасный Оксимирон выкидывает мусор? — где-то со стороны послышался голос. Очень знакомый, с заметным акцентом. Мирон все не как не мог вспомнить, где его слышал. — А вы, собственно, кто? — он тут же развернулся, дабы рассмотреть обладательницу этого таинственного голоса. Перед его взором восстала молодая девушка лет двадцати. Короткие, волнистые волосы, одна половина которых красная, а другая темно синяя, кончики еле касаются плеч. На ней темно-зелёный бомбер на размер больше, большая (по всей видимости мужская) футболка и объемные джинсы. Из-под футболки на шее выглядывает край татуировки, на запястьях та же история. — Совсем старый стал, уже не узнаешь! — уже на английском произнесла девушка. Подойдя к мужчине, она похлопала его по плечу. — Где мой братец? — Камилла? — произнёс наконец он, изогнув бровь в привычной манере. — Ух ты, даже имя помнишь! — съязвила она уже на русском. — Пиздец ты изменилась, — заявил Янович, приветствуя девушку. Та слегка смутилась поступку мужчины. Раньше за ним такого не наблюдалось. —Да и ты, — она провела по его лысой голове ладонью. — Настолько нервный стал, что облысел? Мирон усмехнулся, то ли словам девушки, то ли ее акценту. Как же странно слышать ее голос, когда она говорит по-русски. Тут же подул сильный ветер, растрепав волосы девушки. — Так, пойдём-ка внутрь. Остальные будут рады тебя увидеть. — Надеюсь…

***

— Что-то он долго. — Потягиваясь, заметил Мамай. Внезапно за спиной Дарио появилась девушка, закрывая португальцу глаза. — Угадай кто! — кричит она на английском, не сдерживая улыбки. Все тут же ошарашено вздрагивают. — Мила? — услышав родной голос произносит Виейра, тут же подскакивая с места и заключает сестру в объятья. Остальные удивленно переглядываются. Мирон стоит у двери, улыбаясь и наблюдая за картиной. В воздухе повисло непонятное чувство. Какое-то странное удивление, смешанное с радостью. Ребята не до конца понимали, что происходит. Спустя, наверное, вечность Порчи отпустил девушку, давая ей наконец нормально вздохнуть. И тут же понеслись вопросы: — Что ты сделала с волосами?! Что ты вообще сделала с моей младшей скромной малышкой?! И что ты здесь делаешь?! — все тараторил Дарио, пока его взгляд бегал по девушке. — Порчи, Порчи, спокойно. — Перебил его на английском Евстигнеев, встав между ним и Милой. Секунда и она вновь в объятиях, но уже Ваниных. — Вот теперь можешь отвечать. — Ещё раз привет, ребята. — Жуткий акцент, но слова можно было разобрать. Девушка с улыбкой оглянула остальных, помахав Жене, что не осмелилась подойти к девушке из-за грозного взгляда Дарио. — Я тоже очень скучала. Может, присядем? — ребята как-то странно переглянулись и тут же расселись за столом, не сводя взгляд с гостьи. — Мне тяжело постоянно говорить на русском, поэтому я буду говорить на родном. — Быстро же она переключается с языка на язык. Все согласно кивнули и приготовились слушать. — Да что вы такие серьёзные?! — засмеялась она, усевшись поудобнее. — Давно я вас не видела… — Какими судьбами у нас? — М? А! По работе приехала. Перевели из Москвы на неопределенный срок. — Она поджала губы. — Из Москвы? И сколько же ты в России живешь? Как ты вообще русский выучила? — накинулся с вопросами Ваня. — Два года. Как закончила учиться, сразу отправилась сюда. Те каникулы мне понравились, да и весело у вас тут. Полгода курсы, а потом работа нашла меня сама. А русский… Помогли выучить. Знаю его не в совершенстве, но в целом вас понимаю. — тараторила она, точно как Дарио. Видимо, это семейное. — А кем работаешь? — поинтересовалась Женя. — Дизайнером интерьера в крупной компании. Езжу к богатеньким людишкам и обставляю их дома. Считаюсь зарубежным специалистом и все дела. — Она сложила руки в замок и вновь осмотрела всех. — Сестрёнка, а почему ты мне не позвонила? Хотя бы написать могла! — с претензией спросил Виейра старший. — Потому что, медвежонок ты мой, хотела сделать тебе сюрприз! — сделав детский голос, девушка подошла к брату, обнимая его со спины. Все тут же засмеялись. Нечасто парня так называли. — Ну ладно, а зачем ты с собой все это сделала? — в его голосе слышались грозные нотки. — За-хо-те-ла! Я взрослая самостоятельная личность и могу делать все, что захочу. Мои длинные волосы меня бесили, и я их отрезала. Со всем остальным примерно такая же история. Прежняя я меня бесила и я создала новую, пупсик. — Она стукнула его по носу и уселась обратно. Странные взгляды и небольшое напряжение летало вокруг. Это девушка действительно не та, что приезжала к ним три года назад. Той скромной, милой и тихой девочки и след простыл. Сейчас перед ними действительно другая личность, всё с тем же именем. — Ну, а вы как тут? Что-то пусто у вас стало. — Мила осмотрела комнату. Действительно пусто, почти нет мебели, приборов и прочего. — Мы продаём нашу студию и полностью переезжаем в офис. — Пояснил Илья с какой-то долей грусти. — Ууу… Расширяетесь? — Ну, мы уважаемые личности, а не какая-то «шарашкина контора»! — вдруг подал голос Мирон. — Воу-воу, полегче парень. — Усмехнулась девушка. — И что, вы типа вот так вот это отмечаете? — она кивнула в сторону стола, где скромно стояли бутылки из-под алкоголя и какие-то закуски. — Типа того. — Просто ответил Илья. — Старпёры! — воскликнула Мила и тут же получила толчок в бок от Дарио. — А я с ней согласен. — Ваня поднял руку вверх. — Тухленько все это. — Вот-вот. Знаете что? А поехали в клуб! Отметим мой переезд, ваш переезд, нормально отдохнём и выпьем. — Она «заиграла» бровями. — Тебе? В клуб? — тут же начал Порчи. — Тихо-тихо. Она права, надо развеяться. — Вступил Мамай. — И повод вон какой! — подхватил Евстигнеев. — Какой? — Порчи не переставал ворчать. — Хороший, — Вздохнула Муродшоева, взяв ключи от машины Мирона со стола. — Собирайтесь, едем в клуб. Мы в машину. — И, схватив Милу за руку, пошла к выходу.

***

— Я рада, что ты приехала. Я даже скучала. — С мягкой улыбкой сказала Женя, выйдя на улицу. — Я тоже. — Что произошло с твоей жизнью, что ты так изменилась? Камилла рассмеялась, усаживаясь на переднее сиденье чёрного «гелика». В ее голове начали мельтешить воспоминания, какие-то фразы, разные картинки. Да, за эти три года она поменялась, внешне и внутренне. Хотя та нежная и скромная девочка не исчезла, а лишь спряталась за стеной резкости, решимости, дерзости и даже грубости. Виейра даже не знает, как это объяснить. Может, повзрослела, а может, ошибки, падения и не самая сладкая жизнь возвели эту стену. — Жизнь в России, вот что со мной случилось. — С усмешкой отвечает она, неуверенно отводя взгляд. — Ну да, у нас тут непросто. Но ты же понимаешь, что теперь без помощи не останешься? — более серьёзно заканчивает Женя, смотря девушке прямо в глаза, будто прожигая душу. Тёплая ладонь ложится на плечо Милы. — Просто попроси и я… или вот те идиоты всегда помогут. — Муродшоева улыбнулась, глядя на то, как Ваня выскочил из здания, а за ним, громко матерясь, бежал Мирон. Всё это снимали Илья и Дарио, не сдерживая смеха. Евстигнеев запрыгнул в машину, запыхаясь. — Жека, гони или я труп! — две пары глаз непонимающе смотрели на Ваню. — Жека!!! — громче сказал он, закрывая все двери в машине. Мирон злым взглядом прожигал тонированное стекло машины. — Вам сколько лет? — нахмурилась шатенка. — Жень, не начинай. Просто заводи машину и гони в семнашку. Пожалуйста. Они уедут на тачке Мамая. — Вано, тебе пиздец, сдайся по-хорошему. — Голос Яновича звучал чётко.— Жень, открой дверь. Ты же не хочешь быть его соучастником, а в последствии и трупом? — Ты мне угрожаешь? — театрально вскинула брови Женя. Мила еле сдерживала смех. — Встретимся в семнашке, Мирон Янович. Девушка завела машину и, игнорируя выражения Окси, поехала вперёд. По всему салону разносился смех. — Ну и за что мы будем получать, Ванечка? — успокоившись спросила шатенка. — А я мобилу у него забрал. Да к тому же пароль знаю. И кому-нибудь надо обязательно написать… — устремив взгляд в сотовый, ответил он. — И кому же? — выхватив гаджет, Мила стала листать список контактов, натыкаясь в основном на девушек. — Такс-такс. — Эй, эмигрант, это временно принадлежит мне. — Вновь гаджет у Вани, но ненадолго. — Сейчас доумничаешь, по лбу получишь. — Девушка вернула себе телефон, сразу открыв камеру. Женя лишь молча вела машину. — Я буду мстить! — Замолчи, мститель, я тут послание записываю! — и вновь этот русский, и вновь этот акцент. — Дорогой Мирон Янович, когда вы увидите это видео, наверняка у вас будет похмелье. Так вот, скажу эту фразу за вас. Больше никогда не пейте, а то утром на труп похожи. Вано, передаю вам слово! — девушка навела камеру на парня. — Старикашка ты пучеглазый, с меня пиво на опохмел! И вновь смех на весь салон, за которым следует фотосессия на телефон Фёдорова, глупые видео, где все трое орут под попсу, что крутят по радио.

***

Не зря Мила вытащила всех в клуб. Когда все собрались уже в родном для многих баре, Мирон сначала долго возмущался и орал матом, потом его напоили. Потом выпили все. Дело шло к вечеру. — Где моя сестра? — вдруг перебил Женю Порчи, оглядываясь. — Вон идёт. Кого она ещё привела? — уже хорошо выпивший Мирон изогнул бровь, поднеся стакан к губам. Компания тут же обернулась. — Так, ребята, знакомьтесь. Это моя подруга Маша, по совместительству учитель русского языка. — Сообщила Виейра, подталкивая вперёд девушку. Ей было на вид лет двадцать, может двадцать пять. Длинные светлые волосы, милое личико, большая грудь, да и в целом девушка выглядела очень сексуально. — Мария, а я не мог вас где-то видеть? — чуть заплетаясь спросил Янович. — Видел. Я гримёр. Гримировала тебя к одному из твоих клипов. — Подала сладкий голос Мария. Вся она выглядела как-то сладко. Нет, это не выглядело приторно или как-то противно, просто необычно. Мария плавными движениями прошла вперёд, садясь между Ильёй и Мироном. — А это… — уже куда скромнее начала Вийера младшая. — А это Никита. Никита мой парень. — После этих слов Дарио немного поперхнулся, устремляя взгляд в парня. Довольно молодой, симпатичный, хотя, лучше сказать — смазливый. На голову выше Милы. Никита уверенно пожал всем руки и тут же вернулся к девушке, по хозяйски укладывая свою руку на ее талии. — Никита? Ну, садись, поговорим. — Довольно сдержанно произнёс Порчи. Все остальные молчали, то ли чего-то ожидая, то ли от неловкости. — Он не понимает по-английски. — Тут же ответила Мила. — Мой брат хочет с тобой поговорить. — Объяснила она парню, из-за чего тот слегка напрягся. — Крошка, пойдём лучше потанцуем. Мы же не разговаривать сюда пришли, — ответил Никита. Мила на секунду застыла, нервно закусывая губу, после чего объяснила все брату и не дожидаясь его реакции убежала куда-то на танцпол. — Говорить не хочет, значит… — пробубнил Дарио. — Брат, расслабься. — Усмехнулся Вано. — Они вместе уже… — задумалась Маша. — Почти полгода. Порчи услышал родную речь, внимательно разглядев девушку. — И как? — Честно? Любит он её, да и она вроде как… Но, скажем так, он не божий одуванчик. — Что это значит? — Это значит, что надо ещё выпить! — встрял Евстигнеев. На часах два часа ночи. Мамай мирно спит, игнорируя громкую музыку и пуская слюни на стол. Мирон «облепил » Марию своим вниманием, затирая свои пьяные бредни про империю и русский рэп, что стоит на коленях. Женя все ещё не может допить третий бокал вина, уткнувшись в телефон, где в очередной раз всплыла важная работа. Дарио сидит рядом, пьёт уже непонятно какой по счёту стакан непонятно чего, высматривая сестру и её ненаглядного. А Мила в это время пытается расслабиться, но ничего путного не выходит. В голове мысли о том, что знакомить парня с братом в баре — не самая лучшая идея. Руки Никиты ежесекундно пытаются устроиться на заднице девушки, резкие и грубые поцелуи покрывают её шею прямо на глазах у людей, что танцуют рядом. Жутко пахнет алкоголем. Вокруг всё кажется грязным, противным, и Мила не выдерживает, в очередной раз отталкивая парня. — Всё, перестань! — устало, но со злостью говорит она, но парню всё равно. Он так же грубо прижимает её к себе, нагло улыбаясь. Алкоголь хорошо ударил в его голову. — Ало, Никитос, ты не слышал, что ли?! Она попросила отпустить! Или ты и по-русски не понимаешь?! — откуда-то еле-еле пробивался голос Вани. — Чё сказал?! — резко взъерошился Никита, не отпуская Милу. — Да чё слышал! — непонятно какой чёрт ударил в голову Евстигнеева, но тот ударил Никиту в нос и через пару секунд получил в ответ. Началась бы драка, если бы их быстро не разняли. — Так, мне надо бежать! — резко вскочила Маша, подбегая к парочке. — На минуту вас оставить нельзя! — Камилла, что за херня?! — уже не выдержал Дарио, хватая сестру за руку. — Всё нормально! Маш, такси! И выведи его на улицу. — Английская речь, словно скороговорка вылетает из её уст. Маша беспрекословно, будто обученная выполняет просьбы подруги. — Вань, все хорошо? — тут же спрашивает Мила, обернувшись. Никита ударил в скулу, что уже покраснела, хотя Евстигнеев выглядел вполне нормально. — Порядок, — кивнул он. — Помочь с этим? — Ваня кивнул в сторону выхода. — Нет. Все хорошо. — Но… — все-таки попытался вставить слово Порчи, но Мила тут же отрезала. — Все хорошо! Дарио… Мы поедем домой, и дома я тебе напишу. Завтра поговорим. А сейчас отдохни и слушайся Женю. И когда она стала такой самостоятельной, такой решительной, такой взрослой? Дарио был в ступоре. Алкоголь затуманивал разум, замедляя мыслительный процесс. Он молча стоял, наблюдая, как его сестра уверенной походкой направилась к выходу. Завтра она точно от него не отделается.