вне игры

— Был я на крещении в церкви, — начал Антон. — В общем, священник попросил назвать все заповеди. И никто не назвал.       Леша и Федя, просидевшие весь день дома, занятые игрой в приставку и поеданием заказанной на обед и ужин пиццы, сейчас перебрались в спальню, куда только что прошел приехавший с крестин младший Миранчук. Выглядел он невероятно усталым, поэтому позволил старшему расстегнуть пуговицы на белоснежной уже помятой рубашке, чтобы она после составила компанию другим скинутым вещам в общей куче у шкафа. Федя же пошел на кухню за остатками ужина. — А Федя бы назвал, — заговорил Леша, садясь на кровать. — Прочитал, — усмехнулся Тоша, присоединяясь к близнецу. — С себя. Что, зря всю жизнь подсказки что ли набивал?       Они хотели уже пойти на кухню, но тут в дверном проходе появился Смолов с двумя оставшимися кусками пиццы и яблоками, которые по непонятным причинам оказались в холодильнике. — Я не знаю, ты яблоки будешь или нет? — задал вопрос Федя. — Не, не буду, — младший забрался на кровать, забирая с собой волшебную еду. — Попить можешь принести? — Я буду, — попросил Леша. — Помоешь сам, — Федя бросил ему фрукт и ушел обратно.       С мыслями о том, что настоящее полностью несправедливо к нему, старший отправился в ванную, чтобы помыть яблоко, но споткнулся об неизвестно откуда взявшуюся бутылку и чуть не упал.       Нет, сегодня что-то определенно пошло не так: Антон, ставший крестным дочке Тарасова, Федя, издевающийся над ним, а не над братом, даже его собственная квартира была против него.       В добавок к этому, когда он вернулся в спальню, Смолов и Антон так страстно целовались, что Леше пришлось покашлять, чтобы привлечь их ценнейшее внимание. — Вот знаете, я однажды видел, как во время грозы в пенек ударила молния, — старший близнец усмехнулся. — Так вот. С тех пор, милый братик, я всегда во время грозы смотрю на тебя, ожидая повторения! — Леш, прекрати, — Смолов поднялся и убрал с кровати уже пустую коробку из-под пиццы. — Скоро осень — надо уборку будет делать, избавиться от всего ненужного хлама. — Я никуда не пойду! — мгновенно сказал Леша, сверля их обоих взглядом. — Ни-ку-да. — Братик, ты такой дурак, — Антон свалил любимого на кровать, от чего тот выронил яблоко, медленно укатившееся вглубь комнаты. — Тебя мы никуда не выбросим. — Только вас вдвоем, — Федя устало вздохнул. — Если вы за собой следить не начнете. Ну что за куча хлама? Все выброшу нахрен на помойку.       Миранчуки одновременно переглянулись и повалили Смолова к себе, удерживая в своих крепких цепях.       Несправедливость — это когда с утра твой парень первым целует не тебя, а твоего брата-близнеца, но через секунду ты все равно чувствуешь прикосновение родных губ и к своей щеке. Тогда несправедливость отходит на второй план.