вне игры

      Взрослая жизнь футболистов это, конечно же, круто: не нужно жить в интернате под постоянным присмотром, можно гулять, веселиться сколько угодно, даже по дороге на обязательные тренировки перед важными матчами.       Миранчуки умудрялись затащить Федю в магазины до и после тренировок, не обращая внимания на время и усталое состояние своего любимого. И вроде бы тема кажется довольно-таки избитой и банальной, но Смолов действительно чувствовал себя довольно неловко. Как какой-то папочка, одевающий своих мальчиков.       Платили они за вещи сами, но нередко занимали у него, оставляя свои карточки в машине или дома. Оба. Как ни странно, возвращать деньги они не забывали. — Знаете, когда у нас начались проблемы, — протянул Федор, поудобнее устраиваясь на небольшом диванчике в магазине и наблюдая, как Антон с Лешей выбирают футболки, которые они все равно потом перепутают. — Когда? — бросил быстро старший близнец, деловито рассматривая очередную снятую с полки вещь. — Тогда, когда я платить вам начал не за то, что вы раздеваетесь, а за то, чтобы вы одевались. — Эй, — буркнул младший братик. — Мы не продаемся и покупаем все сами, во-первых. Во-вторых, у нас должно быть столько вещей в шкафу, чтобы воображаемый любовник не поместился.       Федя в ответ лишь обреченно закатил глаза, утыкаясь в мобильник и проверяя инстаграм. Мышцы ног приятно ныли после усиленной тренировки перед игрой с «Краснодаром», мысли путались, а глаза непроизвольно закрывались от изнеможения и желания поскорее оказаться в постели. — Федю вызывает Земля, прием, — Леша помахал рукой перед лицом Смолова, от чего тот сразу же вздрогнул. — Мы закончили. — Выбрали? — спросил парень, потирая затекшую шею. — Да, последний крик моды, что ты хочешь, — Антон широко улыбался с блеском в глаза так, будто не он только что отбегал на тренировочном поле пару десятков кругов. — Боюсь, что это будет последний мой крик, — заметил Федя, вставая и направляясь к кассе.       Дома же братья тут же завалились в душ, а позже в кровать, но у Смолова были другие планы, несмотря на то, что усталость валила с ног. Он тоже хотел получить что-то хорошее от этого дня; что-то помимо улыбок и невинных поцелуев в щеки от своих мальчиков. — Это нечестно, — пробормотал Федор, укутывая их троих одеялом и ложась в середину, мгновенно чувствуя, как две пары рук и ног закидываются на его тело. — С вами мы играем в ваше блядское одевание. А в раздевание-то не играем со мной, хотя оно гораздо интереснее. — Феденька, — подал голос Тоша. — Мы тебя очень любим, — продолжил Леша. — Но сегодня давай сыграем в ролевые игры, — младший Миранчук уткнулся носом в плечо Феди. — И какие же будут роли? — поинтересовался Смолов. — Роли трех сонных футболистов подойдут? — Вполне.